Стелла (СИ)

— Идём. Нас уже заждались, наверное, — он подкинул меня опять и пошел вперёд уже увереннее.
Я попыталась посмотреть вокруг и у меня перехватило дух, потому что это оказалось чертовски красиво — не бояться ничего в надежных руках.
Спуск отказался намного проще. Намного легче и намного веселее, если не учитывать, что кое-кто решил прокатиться на подобие саней вниз.
Короче, развлекуха ещё та — ты садишься в нечто невообразимой формы, которое напоминает лодку или байдарку. И на этом металлическом звере едешь по склонам вниз к подножию по специальной херне, как на американских горках.
Нет, ну тут меня уже было не отцепить от Кая никак. Потому дружным паровозиком по трое в одной "байдарке", все мы удачно помчали вниз. Наш звездный экипаж принял в свои руки, неожиданно Чи Джина, который сел впереди, и решил что он штурман.
— Господин Пак, вы там поосторожнее, а то ж на повороте и вылететь в кювет можем, — я честно не сдержалась.
Когда мужики усадили свой зад в это творение гениальной инженерной мысли, я решила, что вот сейчас госпожа Корн готова усадить свои телеса на трон.
— Не переживайте, я на поворотах очень нежно буду притормаживать, не потеряем никого! — он поправил кепку и наигранно-мило улыбнулся.
— Судя из ваших добрых намерений и ласковой улыбки, меня надо искать где-то у подножия, при первом же повороте, — я села сзади и обогнув двоих парней ногами, прижала Кая сильнее к себе.
"Что-то этот Чупик больно борзый стал!"
— Что вы? Ведь здесь Кай, он совершенно точно не даст госпоже Корн ударить лицом в болото у подножия…
— Чи Джин!
Я замерла, а Чупик застыл, смотря на то как Кай выпрямился между нами и строго отрезал:
— Я бы попросил!
И мне реально стало страшно после этого баса в исполнении Кая, но вот Чи Джин прищурился и на помеси непонятных звуков выругался, а потом припечатал замогильным тоном:
— На этом агентстве проклятие!!! Вот точно! Это просто уже невозможно! И этот туда же! Вы помещались все что ли?
— Пак Чи Джин! — прозвучал другой голос, от которого этот парень побледнел разом.
— Нуна?
— Ты рулил куда-то? — переспросила Эн, а парень кивнул.
— Вот и рули. Мы же ждём! — отрезала женщина и незаметно подмигнула мне.
— Вот она! Это всё с Нуны началось. Говорил Саю — кранты, так нет он меня не слушал! Теперь мужиками руководят женщины. А где традиции, где покорность? Милое и нежное поведение? — всё это Чупс приговаривал пока я откровенно хрюкала от смеха в спину Кая.
Цветочек тоже дрожал и еле сдерживался, пока Чупс брался за управление и продолжал ворчать о проклятиях и женщине, которая перевернула всё с ног на голову ещё семь лет назад.
— Нет, ну он в чем-то прав, — прошептал на нашем Кай и начал всё-таки смеяться.
— Ага… Поговори мне ещё, Цветочек! — шикнула, а Чи Джин умолк и повернулся ко мне с каменным лицом.
— Тебе хана, Кай-ши! Она точная копия всех моих нун. Спасайся бегством, хубэ, пока это возможно.
— Поздно, Хён. Трогай! — кивнул Кай, а у меня по коже мороз прошел.
"Ну всё! Теперь секрет и не секрет вовсе… Хотя всем и так всё ясно. Чё мне париться?"
 
Вот от этой поездочки я была в диком восторге. Скорость невысокая, и вокруг офигительная природа. Но проводить новогодние праздники так ещё раз? Нет…
— Куда бы вы хотели на следующий год поехать? — Сай передавал огромное блюдо через стол Джею, пока Эн накидывала ему в тарелку чем побольше лапши.
— Нэ чонса, я не съем столько.
— Ешь и помалкивай, — после этого Сай застыл над столом, а все вокруг разразились хохотом.
— Я хочу в Лапландию, аппа*(папа) — Санни, а так тут все называли его старшую дочь, взяла на руки Сару и малышка кивнула с ответом:
— Нэ… *(Да).
Всё вокруг будто застыло, а я не понимала что происходит. Нахмурилась, а Кай тут же шепнул мне:
— У нас пунктик на маленьких детей. Им почти никогда ни в чем не отказывают. Если ребенок что-то просит — отказать нереально. Это стыд.
"А Лапландия это не дёшево…" — подумалось мне и я решила, что Саю бы не баловать их, но тут же услышала голос Тая и одного из его парней, кажется того звали Тэ.
— А мы тоже хотим в Лапландию.
— Но с одним условием, — Тай сложил руки на груди и посмотрел на девочек, — Санни закончит писать музыку к нашей песне. Ты мне обещала струнную партию скрипки, помнишь?
Пока они говорили всё это казалось какофонией звуков, но так как моя клумба обсела меня со всех сторон, синхронный перевод был обеспечен тут же.
Санни кивнула и протянула кулак Таю, а тот к моему удивлению сделал тоже самое.
— Значит, Лапландия, Хён, — с хохотом и пережевывая курицу и лапшу поставил точку Джей.
Я видела много агентств. Видела много их руководителей. Видела корпоративы и даже несколько закрытых вечеринок, но тут было что-то другое.
Не понимая этой культуры и ментальности, не соображая почему нельзя отказывать детям, не вникая в то, зачем эти люди едят фактически сидя на полу, почему спят не в кроватях (потому что в этом доме их просто не было), я настолько стала очарованной их отношениями между собой, что даже язва Чупс, сейчас казался мне необычайно родным человеком.
Признаюсь, первые два дня я чувствовала себя, как не в своей тарелке. Так, словно, влезла в чужой дом и совершенно не подходила ему. И Кай это видел. Он прямо заставлял меня начать понимать этих людей. Ведь остальные девушки смогли?
Но я была не копией Эн, как сказал Чи Джин. Нет. Внутри Светлана Задорожная давно похоронила эти теплые отношения. Она когда-то о них мечтала, но мир, в котором родилась "Стелла Корн" — жесток, местами аморален и беспощаден.
Тот ужин я запомнила на всю жизнь. Потому что хотела такой семьи — огромной, дружной и сплоченной. Я хотела такой коллектив в своём ателье, но всё, что создала — завистников, которые меня ненавидели и терпели.
Но эти люди — они не просто держались друг за друга. Они ели с одной тарелки, травили байки о своей жизни, подбадривали более молодых членов этой семьи, а те ровнялись на старших и смотрели на них с восхищением. И это не было из зависти. Это было искренне.
 
— Что с тобой? — Кай перехватил меня в одном из коридоров, который вел в сад.
Я сбежала. Когда поняла насколько мне самой больно понимать, где я ошиблась. Насколько неприятна зависть к этим людям… Я встала и, сославшись на плохое самочувствие, ушла вслед за несколькими девочками и американками. Они пошли по комнатам, а я шла дальше, потому что по моим щекам текли слезы.