Не изгой (ЛП)

— Ты не против этого? — Теперь мой голос был мягким, таким чертовски нежным. Я поднял руку, обхватив ее затылок.
Я почувствовал, как она напряглась, затем снова опустила голову. Еще один кивок.
Некоторое напряжение начало спадать. Я не пугал ее. Спасибо, Господи.
Затем, не будучи парнем, который валял дурака, я спросил:
— Хочешь убраться отсюда?
После этого вопроса она подняла на меня глаза. Боже мой, ее глаза.
Что-то щелкнуло. Прямо в этот момент.
Они были словно лед. Они были словно ледник.
Что бы это ни было, что-то встало на свои места, и эта девушка действительно была моей. Теперь она тоже это увидела. Может быть, прошлые жизни? Я не знал, но мне казалось, что это правильно, и я должен был удивляться тому, насколько это правильно, но я не удивлялся. Я не мог заставить себя удивляться.
Но я должен был убедиться.
— Ты пьяна? Ты знаешь, на что соглашаешься? И если ты этого не хочешь, ничего страшного. Мы можем найти уголок, поговорить… — Ее рука метнулась к моей груди, и она прижалась к ней ладонью. Она чувствовала, как мое сердце тоже билось с невероятной скоростью. Я был так же поражен, как и она.
Затем, еще мгновение, когда из нее вырвались слова:
— Отвези меня домой.
У меня вырвалось рычание.
— Блядь, да.
Я был готов к этому.
Я взял ее за руку.
***
От: Шайшай
Кому: Медвежонок
Тема: Я попала
Глава 3
Шайенн
Он выглядел хорошо.
Он выглядел чертовски хорошо.
Я чувствовала его на вечеринке. Типа все время. Я была в ужасе, а затем почувствовала облегчение, когда увидела, как он передал Сашу товарищу по команде, и, кстати, я знала каждого из них. Абонементы и все такое, не то чтобы кто-то знал, что у меня есть абонементы, но пусть будет так. Это было мое дело.
И он. Он определенно был моим.
Я не могла прийти в себя от того, как хорошо он выглядел.
Я видела его на афишах и гигантских плакатах. Я видела его изображение на ESPN (примеч. ESPN — американский международный базовый кабельный спортивный канал), и на YouTube, и во всех без исключения местах, где размещались фотографии местных знаменитых спортсменов, но лично… Да, это было не то же самое. Кат всегда был красив.
В старших классах он не был так сложен. Он был худощавым парнем, и это делало его на льду быстрым. Но у него были красивые глаза, высокие скулы (хотя все еще мальчишеские), а волосы тогда были русыми. Наблюдая за ним в колледже, а затем в НХЛ, я заметила, что он изменился.
Теперь он был настоящим мужчиной.
Он по-прежнему был быстр на льду, один из самых быстрых в лиге, но он определенно уже не был тем мальчиком. Он был мужественным.
Воздух, казалось, исходил от него рябью.
Горящие темные глаза. Его волосы были коротко подстрижены и теперь немного потемнели, но линия подбородка выделялась. Квадратные. Эти скулы, в них больше не было ничего мальчишеского.
Весь сексуальный.
Сексуальные губы. Я хотела зарыться лицом в его плечи, в его грудь, в эту великолепную грудь, и я мельком увидела впадину на его груди и животе, и была причина, по которой о нем так много говорили на всех медиа-платформах. Спортивные шоу, но так же и светские хроники, хотя на сайтах сплетен не о чем говорить. Кат был закрытым, чертовски закрытым, и это сводило их с ума.
Я почувствовала его, когда он заметил меня, и это было похоже на то, что мои легкие были надутыми шариками, и кто-то воткнул в них иглу, не в силах выдохнуть воздух. Когда он подкрался ко мне, я была не в состоянии ничего сделать.
Он подошел ко мне, как хищник, но я была добровольной добычей. Я сходила с ума, потому что это ни в коем случае не было реальной жизнью.
Это было просто чересчур.
Слишком быстро. Слишком много.
Но нет, вовсе нет.
Я была влюблена в Ката Райдера со средней школы, но он понятия не имел. Совсем. Что я точно знала, так это то, что он не помнил меня, потому что я знала, что выгляжу по-другому. Я имею в виду, что мои глаза были такими же. Кто мог забыть мои глаза? Ну, кто-то, кто никогда не замечал их раньше. И если подумать, то был всего один раз, когда он посмотрел на меня. Один раз, о котором я знаю.
 
Все это было странно, но, черт возьми.
Черт!
Он подошел и назвал меня «детка», и обычно это заставляет чувствовать себя некомфортно, но с ним была противоположная реакция. И он спросил, не хочу ли я уйти, и теперь он держал меня за руку, и мы уходили… я серьезно пыталась на задыхаться, пытаясь осознать все, что обрушилось на меня одновременно.
Для игроков были услуги водителей, так что мы взяли одного из них, и всю дорогу до его дома — целых тридцать минут (и это из-за пробок — мы не сводили друг с друга глаз). Я даже не знала, куда мы направляемся, насколько это смешно? Он думал, я понятия не имею. Он думал, что везет меня неизвестно куда?
Я могла бы указать водителю дорогу.
Я должна была сказать ему.
Нет.
О чем я только думала?
Одна ночь.
Вот и все.
Одна ночь.
После того как он узнает, а я знала, что он узнает. Он наверняка узнает утром, и в этом случае, если все произойдет так, как я предполагала, но одна ночь. Одна гребаная ночь. После этого он не захотел бы иметь со мной ничего общего из-за того, кем я была.
Но сейчас я не смогла бы уйти, даже если бы кто-то приставил пистолет к моей голове.
Я не могла сказать ему. Это было бы то же самое, что уйти.
Так что. Да. Одна ночь. Я могла справиться с этим в течение одной ночи.
Во время поездки не было произнесено ни слова. Я имею в виду, что мы могли сказать такого, чего уже не было сказано нашими глазами и нашими намерениями еще на вечеринке? Мы сидели сзади, порознь. Он был на одной стороне. Я — на другой. Водитель вел машину, а потом мы оказались у него дома. Ну, и у Чеда тоже. Я знала, что они были соседями.
Не жутко, правда?
Теперь мы выходили из машины.
Просто дыши, Шайенн.
Он вел меня вверх по дорожке.
Даже в темноте я могла видеть кирпичное строение, но потом мы оказались внутри.
И… опа!
Он прижал меня к двери, наклонился и запер ее.
Он придвинулся ближе, почти касаясь меня.
Нет. Он касался меня.
Его рука была на моем бедре и скользнула вверх, к животу, забираясь под рубашку. Он наклонился, касаясь губами моего плеча, и я уже начала таять. Я протянула обе руки к его талии, просто удерживая его. Мне нужно было каким-то образом сцепиться с ним.
— Ты уверена, что хочешь сделать это?
Даже этот вопрос, сказанный мне в шею, вызывал у меня желание наброситься на него. Мне не нужны были другие аргументы.
— Что? — У меня слегка перехватило горло. Мой пульс тоже участился.
Он провел носом по линии моего подбородка, двигаясь все выше, пока его губы не оказались прямо около моих. Не прикасаясь. Но рядом.
— Ты не сказала в машине ни слова. Ты передумала?
Мне пришлось прикусить губу, чтобы сдержать полуистерический смех. Если бы он только знал. Но я покачала головой, все еще кусая губу, не доверяя себе, чтобы сказать что-то еще, все, что я могла выдавить было:
— Нет. Я в порядке.
Его рука переместилась на мою шею, обхватывая ладонью мою голову и наклоняя меня, чтобы я посмотрела не него снизу вверх. Он откинул голову назад, его глаза смотрели на меня при свете полной луны, светившей в окно.
— Ты уверена?
Я кивнула, скользнув взглядом по его лицу к губам. Я просто хотела, чтобы они были на мне, где угодно, везде. Я хотела этого десять лет.
— Хорошо.
Его рука переместилась.
Я думала он поцелует меня.
Но нет. Он этого не сделал.
Его другая рука двинулась на юг, минуя мою юбку, отодвигая стринги в сторону, и он нашел мой вход за две секунды. И о-о-о-ох!