Не изгой (ЛП)

Три часа спустя
Четыре женщины танцевали тверк у меня на кухне, когда я пришел домой.
Я остановился в прихожей и оглянулся. Я вошел в правильный дом, верно?
Затем я начал узнавать их.
Шайенн была той, кто надела хоккейные щитки вместе с футболкой «Мустангов» с моим именем. На ее лице была черная лыжная маска, но ее тело я узнал бы в чем угодно.
Светлые волосы, выбивающиеся из-под хоккейного шлема, должно быть была «как бы русская».
Черные волосы, выбивающиеся из-под хоккейного шлема вратаря, который однажды подарила мне девушка, потому что понятия не имела, на какой позиции я играю, — это Мелани.
Последняя была загадкой, пока она не сделала сальто, и я не узнал эти руки. Кэсси. Она регулярно упиралась локтями в мое тело.
Ну конечно. Мне стоило сразу догадаться.
Мне потребовалась минута, потому что на ней была маска гориллы. Где, черт возьми, они нашли маску гориллы?
Я хлопнул дверью, и все четверо ахнули, обернувшись ко мне.
Я выгнул бровь.
— Я удивлен, что вы услышали, учитывая, что я за квартал слышал вашу музыку. — Я жил в конце своего квартала. Здесь было много домов.
— О БОЖЕ МОЙ!
Шайенн сняла лыжную маску и, казалось, была готова упасть в обморок. Она сделала шаг назад.
— Я полностью потеряла счет времени. — Она взглянула на остальных. — И я единственная трезвая.
Остальные трое начали смеяться, будто тренировались.
Они достали водку. Рядом с ней стоял ром. Кто-то пил виски, и куча миксеров была разбросана по кухонному островку. Все кухня была забита выпивкой.
— Привет, привет, привет. — Шайенн подошла, потянулась и поцеловала меня. — Это… эм…
— Шайенн. — Обычный шлем нахмурился.
Шлем вратаря добавил:
— Учись лгать, женщина. Это хорошая цель в жизни.
— Я знаю, как лгать, — прошипела она им, вцепившись руками в мою футболку. (Ту, что была на мне). Она оглянулась на них, потом на меня, снова на них и повернулась прямо ко мне. При этом она покусывала губу.
— Что вы здесь делаете? — Я проявил жалость и спросил.
— О, черт. — Саша шагнула вперед, снимая шлем. — Мы пришли, чтобы повозиться с телефоном Чеда.
Я позволил себе немного смыслить это.
Затем посмотрел на Шайенн, которая помахала.
— Привет.
Привет, ага, как же.
— Ты рассказала?
— Только Саше.
Сквозь шлем вратаря:
— Эм, но теперь, когда я знаю, что ей есть что сказать, она собирается сказать и мне тоже.
Я перевел взгляд на Кэсси, которая сняла маску гориллы. Ее волосы встали дыбом, завиваясь. Ее глаза были широко раскрыты, и я покачал головой.
— Я даже спрашивать не буду. Как тебе такое?
Господи.
Я наклонил голову, прижавшись лбом к затылку Шайенн.
— Я отослал его ради тебя.
Она сильнее прижалась ко мне и прошептала мне в грудь:
— Они не расскажут. Обещаю.
Боже.
— Это было ради тебя.
— Я знаю, и действительно ценю это. — Она подняла свои глаза на меня. Целая волна чего-то сильного прошла сквозь меня. Затем она добавила: — Они моя семья.
Блядь.
Я застонал.
— Я пожалею об этом.
— Нет, не пожалеешь. Это я тоже обещаю.
Тем не менее. Я только что выслал из страны человека, которого считал членом семьи, так что моя уверенность в этом была немного шаткой.
Я крепко обнял ее, потому что мне это было нужно.
— Ладно. Верю тебе.
— Ты собираешься спросить, что мы сделали с его телефоном?
Я не знал, кто задал этот вопрос, и, не поднимая глаз, покачал головой.
— Ни за что на свете.
Кто-то прошептал:
— Правдоподобное отрицание.
Глава 45
Шайенн
Кат уезжал сегодня на выездную игру, и, проснувшись, я не хотела вставать с кровати. Мой мочевой пузырь хотел, но сердце держалось крепко.
Я перевернулась, а Кат смотрел прямо на меня.
— Привет.
— Привет. — Затем я ухмыльнулась. — Не так давно я, возможно, скатилась бы на пол и по-армейски доползла бы до ванной, прежде чем убежать и спрятаться за живой изгородью из деревьев на тротуаре.
 
Его брови поползли вверх.
— Это то, что ты сделала тем утром?
Я кивнула.
— Не самые лучшие мои решения.
Он хмыкнул, затем смягчился.
— Это сработало.
— Сработало.
Я потянулась, улыбаясь ему, и меня охватили все эти нежные чувства. У кого-то вроде меня не было этих чувств, а если и были, то мы их сразу теряли. Их у нас отняли. Это было правилом Вселенной, но, черт возьми. Я так сильно влюбилась в него.
Нет. Я уже была там, просто должна была позволить себе вспомнить те чувства.
— Что не так? Я вижу это по тебе.
Как всегда, Кат увидел меня. Ну, за исключением тех случаев в старшей школе, когда он понятия не имел, кто я такая.
И это напомнило мне.
— Я была на хоккейной вечеринке в Силварде, когда ты был там.
— Правда? — Он сел, прислонившись к спинке кровати.
Я кивнула, приподнимаясь, чтобы сесть на колени. Моя задница была на пятках.
— Ты нечасто бывал на вечеринках, так что я ходила только на большие.
Он вздохнул, откидывая голову назад.
— Как я уже говорил тебя, я был помешан на хоккее. — Его взгляд опустился к ложбинке между моими грудями. В этой майке декольте было свободным и открытым. Я подумывала о том, чтобы спать в его футболке, но с Катом в постели жарко. И он обнимается. Отсюда и майка вместо полноценной футболки. Я была рада, что выбрала именно эту.
Прищурившись, он склонил голову набок.
— Я многое упустил.
— Но ты осуществил свою мечту.
— Да. Осуществил.
Я прищурилась, глядя на него в ответ, склонив голову набок, чтобы скопировать его взгляд.
— Ты недоволен тем, где находишься?
Он взял меня за руку, но не притянул к себе. Он играл с моими пальцами, проводя своими вверх-вниз и вокруг моей ладони.
Я пыталась игнорировать щекотку, которая смешивалась с чувственными ощущениями. И то, и другое пронзало меня.
Он пробормотал, поднимая мою ладонь и переплетая наши пальцы:
— Я бы хотел тебя тогда.
— Нет, не хотел бы.
— Хотел.
— Ты видел меня в старшей школе, и ты не хотел.
— Однажды. — Он одарил меня предостерегающей улыбкой, подняв палец.
Я потянулась за ним, и он рассмеялся, вместо этого поймав мою руку, и на этот раз он притянул меня к себе на колени.
Я устроилась на нем, оседлав, и откинулась назад. Наши лица были в нескольких сантиметрах друг от друга. Мы смотрели друг на друга.
Его глаза блуждали по моему лицу, опускаясь к губам.
— Я помню тебя по старшей школе.
— Ты лжешь.
— Нет. Я помню тебя. Это заняло некоторое время. Я не сразу вспомнил, но ты уходила отсюда на днях утром и оглянулась. Ты сказала: «Привет». И я вспомнил тебя. Я вспомнил, что ты мне тоже нравилась, но потом одна из девушек спросила меня о моей хоккейной игре, а когда я оглянулся, тебя уже не было.
— Ты серьезно?
Он кивнул, опустив руки на мои бедра, и начал массировать их. Его большие пальцы скользнули мне под нижнее белье.
— Я также искал тебя позже, но больше никто тебя не видел. Один раз мне показалось, что я увидел тебя, но к тому времени, когда догнал тебя, это была не ты. Это была какая-то другая девушка.
— Я был в машине, когда Чеду пришлось выйти, чтобы поговорить с Натали.
Мое сердце бешено колотилось. Я понятия не имела, почему это имело значения. Не должно было. Это было так давно, так банально, так незначительно, но… так и было. Это имело значения.
— Я не мог тебя видеть. И он сказал мне, что его маме пришлось отвезти какую-то девушку домой. — Он поднес руку к моей груди, прижав ее между моими грудями. Он почувствовал, как сильно стучит мое сердце. — Я не верю в любовь с первого взгляда. Никогда не верил, но я знаю, что она существует для некоторых людей. Я также не верю, что у нас с тобой ничего бы не получилось, если бы я не помнил тебя в школе. Люди есть люди. Мальчики, как правило, глупы в этом возрасте и обычно думают только о сексе. Я думал о сексе и хоккее, в основном о хоккее. Но я не вру насчет того, когда я вспомнил о тебе и вспомнил, что заметил тебя.