Право на Жизнь (СИ)

Пролог
— Ты думаешь так будет правильно? — спросила Хатон у Гора.
— Я думая да! — ответил Гор и крепко обнял жену.
Они еще раз посмотрели в шар, в котором отразилась молодая девушка лет 25 неспешно идущая по улице.
— Ну что ж- сказала Хатон- может ты и прав.
И проведя рукой по шару, прошептала.
— Надеюсь, ты будешь счастлива дитя мое!
Шар заволокло туманам, и через минуту их взорам предстала маленькая девочка, неподвижно лежащая на белоснежных простынях. Крик ужаса застыл на ее губах, а уже безжизненные золотые глаза застилала смертельная пелена. Вокруг ребенка закружили тени читая на непонятном языке заклинания и вот от тела ребенка отделился маленький полупрозрачный комок ее души, поднялся над заснувшей навечно принцессой и, улыбнувшись, растворился в ярком свете.
— Так должно было произойти, поверь.
— Я знаю дорогой, но, как же тяжело видеть как твое творение, твой ребенок умирает.
— Не плачь, Хатон, прошу тебя. Она вернется, обязательно вернется, вот увидишь.
Усадив жену к себе на колени, Гор стал перебирать ее золотистые локоны. Уткнувшись в шею мужа, Хатон потихоньку успокаивалась, вдыхая ни с чем несравнимый, запах сирени, запах ее любви, ее мужа.
— Надеюсь, она сможет завершить начатое…
— Она должна, иначе она бы не являлась принцессой этого мира, и нашей дочерью.
— Ты думаешь, ей хватит сил?
— Я уверен в этом. А теперь спи моя радость. — проведя рукой по голове Хатон Гор отправил ее в безмятежный мир сновидений и повернувшись к шару не смог сдержать улыбки.
— А ты выросла и так повзрослела. — и уже тише добавил. — Ты будешь прекрасной правительницей дочь моя.
А из хрустального шара на него смотрела девушка с яркими точно утреннее небо глазами.
— Я уверен ты все сможешь! — уже про себя подумал Гор.
Глава 1
Анжелика
— Маленькая госпожа просыпайтесь. — кто-то нежно погладил меня по щеке. Нехотя разлепив веки, я увидела перед собой пожилую женщину с мягкими чертами лица, морщинки только начали появляться в уголках губ. Она была полненькой с красивыми формами, наверное, в молодости ни один кавалер за ней ухаживал. На ней было длинное серое платье, поверх которого был одет передник. Уже начавшие седеть волосы были убраны под чепчик. — Доброе утро моя дорогая, пора вставать, завтрак уже стынет на столе.
— Да, спасибо я уже встаю. — сказала я звонким детским голоском. Что? Детским? Не может быть! Поднеся к лицу руки, я увидела не привычные мне женские, с ярким маникюром, а маленькие худенькие детские ручонки. Подскочив с кровати, я начала озираться в поисках зеркала, которое спокойненько так себе стояло возле входной двери. Подбежав к зеркалу я остолбенела от увиденного и не в силах была вымолвить и слова, из зеркала на меня взирала маленькая девчушка лет пяти с яркими золотыми глазами, очерченными густыми ресницами. Волосы черные как смоль густой копной лежали на плечах. Не в силах поверить, что это мое отражение я коснулась рукой зеркальной глади, по которой тут же пошла рябь. Испуганно одернув руку, я отошла от зеркала от греха подальше.
— Госпожа с вами все хорошо? — спросила обеспокоенно женщина.
— Нет. Кто вы? И что со мной случилось, почему я маленькая девочка и почему вы зовете меня госпожой? Что вообще здесь происходит?
— Потому что вы моя госпожа, а я ваша личная горничная. Придворный маг говорил, что после такого вы либо не очнетесь, либо потеряете память. — начала нести какую-то чушь женщина.
— После чего? — не поняла я.
— Вас пытались отравить.
— Что? Что за бред? Что вы вообще несете? Вы хоть слышите себя? Какой маг, да еще и придворный? Какая личная горничная? У меня отродясь-то горничной не было, и о каком отравлении вообще идет речь?
— Вчера на балу вам в кубок с соком подлили яд медленного действия, который должен был вас сначала обездвижить, затем лишить рассудка, а после убить. Мы вовремя спохватились и заставили вас выпить противоядие. И слава богам вы живы. — в порыве чувств она так крепко меня стиснула в объятиях что у меня затрещали кости. — А то, что вы ничего не помните, это не беда, мы поможем вам все вспомнить. Не переживайте, отныне я и на шаг от вас не отойду моя госпожа, я больше никому не позволю причинить вам вреда и уж тем более убить!
 
— Похоже, у них все же получилось убить бедную девочку. — Подумала я, вырываясь из объятий теперь уже моей личной горничной и поворачиваясь к зеркалу. — То что я это не она я знала точно. Ну не могла я быть этим милым ребенком, уж больно хорошо я помнила всю свою жизнь до сегодняшнего дня. Вот только как я оказалась в теле ребенка я не могу понять…
— Со временем ты все поймешь дитя мое! — услышала я, чей-то мелодичный голос в своей голове. Завертев головой в разные стороны, я пыталась найти хозяйку этого голоса, но за место этого услышала веселый смех. — Не верти головой милая, а то она у тебя отвалиться. Ты все равно не сможешь меня увидеть, не потому что не можешь, а потому что я не позволяю, до определенного дня ты не должна нас видеть.
— Вас? — еще больше удивилась я.
— Да, дорогая, нас. А сейчас послушай меня внимательно. Все что тебе сказала Ирида правда. Виленсию на самом деле отравил, и хрупкий организм не справился, она умерла, только никто кроме нас с тобой этого не знает и пообещай мне что не узнает.
— Но почему? Почему я в ее теле?
— Потому что так нужно дитя мое! В твоем мире, который ты считаешь родным, тебя уже не существует, ты умерла там и возродилась в этом, в теле этой маленькой девочки. Тебе суждено изменить этот мир, изменить себя…со временем ты все поймешь, а сейчас прощай мой цветочек, мы еще увидимся с тобой и не раз.
И она исчезла, я просто поняла, что ее уже нет в этой комнате, ее присутствия не наблюдалось.
— Получается, я умерла в своем мире? Но как? — я попыталась восстановить картину вчерашнего дня.
Вот я выхожу с работы и медленно бреду по улицам города, на душе такая тяжесть, от осознания того, что дома ни кто меня не ждет, родители давно уехали в другой город, сославшись на то что там много перспектив для их дальнейшей жизни, сестра вечно где-то пропадает и как только я завожу разговор по поводу ее поведения она отмахивается и говорит что пора бы мне уже найти себе парня и ему промывать мозги, а не ей, видите ли, она самодостаточная взрослая женщина и в праве сама решат, что и как ей делась.
В раздумьях я не замечаю, как подхожу к остановке, и на меня летит внедорожник, сшибая все на своем пути. Не затормозив, машина врезается в столб возле остановки и, разворачиваясь на сто восемьдесят градусов сшибает меня с ног.
Вокруг суетятся люди, кто-то вызвал скорую, молодая девушка пытается привести меня в чувство.
Люди расступаются и меня подхватывают и перекладывают на носилки, затем темнота….
Через минуту я уже вижу, как лежу на операционном столе вокруг меня столпилось несколько человек в белых халатах. Медики всеми силами пытались вернуть меня к жизни, но…..
Подождите, но, я же не умерла.
Следующее что я увидела, было мое бессознательное тело, лежащее на кровати под капельницами, за меня дышал аппарат, я была в коме, но живая… я жива, жива!
— Я жива! — сказала я вслух.
— Да госпожа и мы этому несказанно рады.
— Если я жива, значит нужно найти способ вернуться назад или хотя бы как то попытаться переместить мое тело в этот мир, а там уже будем смотреть по обстоятельствам. Если мою душу переместили в это тело, значит, в этом мире существует магия, и получается у меня больше шансов вернуться обратно в свое тело только в этом мире. Значит нужно найти лазейку, но где?
 
Из раздумий меня вырвал голос моей горничной.
— Госпожа Виленсия с вами все в порядке?
— Да Ирида спасибо.
— О, вы вспомнили мое имя! Значит еще ничего не потерянно! Я так рада моя госпожа. — и не успела я моргнуть глазом как оказалась в ее крепких объятиях. — Я так рада вы даже себе представить не можете…Ладно пора идти завтракать. Пойдемте.