Игра без правил (СИ)
Мы-то понимаем, кто тут на самом деле главный: я – мозг, Блекджек – хребет. Мозг и хребет друг без друга не могут ничего, но так уж в природе устроено, что команды подает головной мозг, находящийся в хребте спинной рассылает эти команды дальше. То есть, со стороны не очень умного «пирата» это выглядит так, словно я – главный, и вот как раз этого нам надо избежать. Блекджек правил железной рукой до моего появления, и показать, что теперь «условно главный» я, никак нельзя. Просто потому, что лидер, которого преспокойно смещает пацан – не лидер в глазах обычных пиратов. Ну а я – тоже не лидер де-факто, у меня нет навыков управления такой бандой, как нет и силы, чтобы отстоять место лидера. И любые мысли о том, что Блекджек размяк, весьма и весьма чреваты.
Драка без правил тем временем перешла в борьбу без правил: Сингх, ловко подставив предплечье под основание дубинки, выбил ее из руки Родни. Американец не остался в долгу и врезал индусу кастетом, после чего они сцепились и упали в песок. Кастет, надетый на пальцы, так просто не отнять, но выяснилось, что не очень-то и большое преимущество он дает: когда лицо противника в тридцати сантиметрах, сильно ударить не получится, к тому же Сингх, при чуть меньшем весе и силе, оказался ловчее.
Две минуты спустя противники, катаясь по земле, уже разбили друг другу лица и сыпанули в глаза песком. Драка пошла практически вслепую, затем Кейн умудрился ногами оттолкнуть Сингха, оба вскочили на ноги, размахивая кулаками. Индус, ориентируясь по слуху, удачно ударил ногой, попав Родни в пах, но кулак с кастетом уже летел по не менее удачной траектории. Удар, хоть и скользящий, пришелся в челюсть Сингха, после чего бой де-факто закончился: индус свалился, как подрубленный, американец, схватившись за пораженный орган, упал на колени.
- Что-то они не очень долго продержались, - громко сказал я. – Ну да это ж вам не кино, тут все всерьез и быстро. На ножах так вообще все закончилось бы в считанные секунды. Пока у меня все, от имени Ильзы спасибо за ваши голоса – ей как раз надо похмелиться! Шучу! Так, у кого там топор – двигай за дровами.
Блекджек отлип от стены и указал пальцем на оруженосцев:
- Вы – ко мне. Этих двоих тоже притащите, как оклемаются до вменяемого состояния.
Он повернулся и пошел в хибару, мы с Ильзой – за ним следом.
Когда мы оказались внутри, Блекджек сказал:
- Неплохо ты это провернул. Восемьдесят с гаком очков просто на ровном месте, из воздуха. Мне, признаться, не приходило в голову превратить дисциплинарные меры в шоу…
Я уселся на колченогий стул и забросил ногу на ногу.
- Чтобы это не заставляло тебя чувствовать себя тупым – вот простой факт. Способ лечения холеры был найден спустя двести лет после того, как это стало возможным с точки зрения развития науки. Не потому, что врачи были тупыми, а потому что для этого нужно быть еще и химиком. Вопрос не в интеллекте – а в багаже знаний. Рингер открыл состав, названный его именем, только в конце девятнадцатого века, проводя исследования, с холерой не связанные. Есть куча других открытий, которые можно было совершить лишь на стыке наук, и потому они были сделаны много позже фактической возможности, только когда нашелся ученый, совмещающий все знания в одной голове. Тут то же самое. Ты – военный, да еще и «тюлень», скрытный и незаметный. Устроить шоу ты не мог лишь оттого, что это в принципе противоречит твоему способу мышления.
Тут в хибару начали набиваться «оруженосцы», притащившие под руки бойцов, которым уже оказали минимальную помощь и промыли глаза. Блекджек быстро прочел им проповедь о пользе дисциплины и вреде ее несоблюдения и отправил восвояси, а затем забрал у оруженосцев их ПЦП и подсчитал очки.
- Неплохо, - сказал он, сверившись с записями, - девяносто шесть очков. Так, парни, заказывайте виски.
С учетом того, что бутылка виски стоит пять очков, мы разжились семнадцатью бутылками высокоградусной жидкости: «оруженосцы», которых Блекджек выбрал из числа самых добросовестных и дисциплинированных бойцов, получили по бутылке на четверых. Они, конечно же, малость скисли от осознания того, что аж семнадцать бутылок проплыло мимо, но реалии им были разъяснены еще вчера: бутылка на четверых на ровном месте и без малейших усилий – это что-то, альтернатива – ничего не получить. К тому же, Блекджек четко до них донес, что быть «оруженосцем» - это поощрение, а вообще виски нам нужно для дела: жидкость с содержанием спирта в шестьдесят пять процентов – это очень горючая жидкость, и потому «апачей», которые алкоголь из посылки Боливара выпивают в тот же день, ждет очень горячий сюрприз.
Затем Шрайвер снарядил шесть человек вместе с Ильзой на поиски Маргарет Сноу и повернулся ко мне:
- Что у нас дальше по плану?
- Пока мы не наладим сам знаешь какую оборону – ничего такого, что возбудит подозрение противника. Хотя кое-что можно сделать… Бумага есть?
Я начертил схему острова и обозначил ориентиры:
- Вот тут находятся ключевые точки. Девяносто процентов новых игроков выбирают для высадки горную часть острова – там безлюдно. Идея в том, чтобы расставить посты и оперативно ловить новоприбывших, увеличивая таким образом нашу численность.
Блекджек почесал затылок.
- Нам не все подряд подходят. Понимаешь, есть люди, которые в принципе не могут быть солдатами. Не способны работать в команде, уживаться с другими, признавать авторитеты…
- Я знаю. Потому, когда мы поймаем нового человека, я сразу расскажу тебе, кто есть кто.
На лице Шрайвера появилось неподдельное любопытство:
- А откуда ты это узнаешь? Ты мог изучить тех, кто попал на остров до тебя, но вот тех, кто попадет после…
- Их я тоже изучил. На момент, когда за мной приехали копы, в странах «Восьмерки» имелось восемьсот пятьдесят два человека, находящихся либо под следствием, либо под судом по делу об убийстве или похуже и с высокой вероятностью обвинительного приговора. Я изучил дела их всех. Свыше пятисот человек абсолютно точно виновны. Для простых людей их вина не очевидна, но шансы на оправдание у них невелики.
- Профессор, ты изучил и запомнил дела восьми с половиной сотен людей?!
-… В дополнение к делам всех игроков на Острове. Что тебя так удивляет, Блекджек? Александр Македонский знал в лицо и по имени всех солдат своей армии, или как минимум всех македонцев, а это несколько десятков тысяч человек. Ким Пик помнил дословно все прочитанные им книги и мог рассказать, как доехать из точки А в точку Б в любом крупном американском городе, в том числе в тех, в которых никогда не бывал. Живой GPS-навигатор. В плане памяти на адреса и лица Ким с Александром меня превосходят немножко, но дела менее чем двух тысяч человек – так, пустяк для того, кто выучил двадцать шесть языков.
- Ты говоришь на двадцати шести языках?!
- Не считая двух родных.
* * *Ильза вернулась к вечеру и привела с собой малость одичавшую женщину лет сорока с чем-то на вид: Маргарет Сноу сильно сдала за время, проведенное на острове.
- Пришлось связать и привести на веревке, - сказала Ильза, наливая себе на два пальца виски, - потому что она никак не верит, что ее тут не убьют и не съедят. Что с людьми одиночество делает…
По моему указанию Сноу посадили за стол, освободили одну руку и поставили перед ней открытую жестянку с тушенкой.
- Маргарет, - сказал я, сидя напротив, - мы не собираемся тебя есть, у нас еды хватает. Мы тебе не враги – напротив, мы хотим дружить. Ты поможешь нам выбраться с острова и выберешься вместе с нами. Ильза, налей ей немного, что ли.
Виски подействовало очень быстро: алкоголь притупляет чувство страха, и паническое ожидание неминуемой смерти слегка отпустило Сноу. Ровно настолько, что она начала кое-как соображать и задавать закономерные вопросы.
- Как я вам помогу? Если б я могла выбраться, я бы…
- Ты не можешь. Никто не может. С Острова нельзя выбраться самостоятельно. Но все вместе мы выберемся.