Дом крови (ЛП)

Она только что наблюдала последний закат в своей жизни.
С последним чувством сожаления она отвернулась от темной панорамы долины внизу и вернулась в спальню. Кинг стоял у камина без рубашки, повернувшись к ней спиной, и смотрел на танцующие языки пламени. Она подошла к нему и положила руку ему между лопаток. Он повернулся к ней, обнял своими сильными руками и прижал к себе.
- Я люблю тебя, Дрим.
Она почувствовала, как возбужденный член уперся в его брюки.
- Я тоже тебя люблю.
Но слова застряли у нее в горле, как богохульство.
Она клялась в любви убийце. Монстру. Она не любила это мерзкое создание. Она ненавидела эту чертову тварь. Ее мучительное путешествие по коридору и унизительная встреча с мисс Викман прояснили эту реальность с такой ясностью, какую не смогла бы затмить никакая сексуальная магия.
Но ее ненависть к нему была неуместна. Она подвела своих друзей, обрекая их на гибель своим молчаливым согласием с желаниями Кинга. Сейчас она ничем не могла им помочь. Но она могла почтить их память, убедившись, что подобное никогда больше не повторится ни с кем другим. Она не беспокоилась ни о мисс Викман, ни о других учениках Кинга, чувствуя, что они будут барахтаться без своего Хозяина, который мог бы направлять и контролировать их.
Она запустила руку в брюки Кинга и обхватила пальцами его член, заставив его застонать. Она обхватила его ногой и положила голову ему на грудь. Ей было приятно прижиматься к его теплому телу, уютно и безопасно, как к убежищу от жизненных невзгод. Она не могла представить себе более горькой иронии. Несмотря на отвращение, которое она испытывала к нему, она начала испытывать возбуждение.
Но это было нормально.
Она даже приветствовала это.
Она использовала секс так же, как и он, как метод контроля и манипулирования. Она бы изнасиловала его, заставила испытать такое наслаждение, что он не почувствовал бы ее обмана до самой своей смерти. Она целовала его, пробуя на вкус его язык, покусывая его губы и царапая твердую плоть его спины ногтями. Она спустила с него брюки и повалила его на пол, куда он без колебаний бросился, лежа на спине, направив на нее свой пенис.
Она улыбнулась.
Приподнялa подол ночной рубашки.
И взялa себя в руки.
На время.
* * *
Эдди резко открыл глаза, очнувшись от очередного поразительного сна.
Еще один сон, который, возможно, вовсе и не был сном. Его глаза отыскали Жизель, сидевшую за письменным столом.
У него перехватило горло.
- Они идут, - прохрипел он. Она улыбнулась. - Я знаю.
* * *
Грузовик резко затормозил, сбросив с сидений нескольких пассажиров в заднем отсеке. Чeд испытал чувство дежа-вю, когда его бросило вперед. Мачете, выпавшее из его руки, с грохотом отлетело в дальний конец отсека. Он бросился за оружием, обхватил его рукоять рукой и тяжело задышал.
- Что за хрень?
Голос Джека Парадайза. Они были в панике, напряжены до предела. Было неприятно осознавать, что даже такой внушительный и невозмутимый человек, как Парадайз, может испытывать такой ужас. С другой стороны, ужас был единственной разумной реакцией на то, что они услышали.
Прежние завывания сменились рычанием и визгом. И звуками раздирания. Чeд представил, как зубы волка раздирают человеческую плоть. Его трясло, у него сводило яйца, и он абсолютно ничего не мог поделать с ужасом, который грозил поглотить его. Звуковая дорожка "жестокой бойни" становилась все более диссонирующей, нарастая крещендо агонии и страха. Он хотел выбраться из этого грузовика, хотел найти какой-нибудь темный угол, куда можно было бы заползти и спрятаться, но тут чья-то рука схватила его сзади за рубашку и рывком подняла на ноги.
Он повернулся и встретился взглядом с горящими глазами Джека Парадайза.
- Мальчики и девочки, вылезайте из грузовика, - oн подтолкнул Чеда к задней части грузовика. - С этого момента мы пойдем пешком.
Итак, Чед спрыгнул с грузовика на землю, каким-то чудом удержавшись на ногах. Следующим был Парадайз. Затем Лазарь. Затем охранники высыпали из грузовика и заняли оборонительные позиции по обе стороны от машины. Лазарь достал из-за пояса пистолет и присоединился к ним. На мгновение воцарилась мертвая тишина, в течение которой сюрреалистичность ситуации заставила Чeда поверить, что все это ему почудилось. Он посмотрел в том направлении, откуда они пришли, зная, что где-то позади находится арьергард изгнанников, пробирающихся пешком по туннелям, большинство из них вооружены только палками и ножами. Если передовому отряду не удастся справиться с воющими чудовищами, этим людям конец.
 
Затем в ушах у него прогремел первый выстрел из дробовика.
Охранники продвинулись вглубь туннеля, с бешеной скоростью разряжая свое оружие, и теперь туннели оглашались звуками дикой агонии.
Рука Парадайза снова легла на спину Чeда.
Но теперь он не нуждался в подсказках.
У него действительно больше не было выбора.
Он поднял мачете и пошел за охранниками.
* * *
Дрим закричала и упала на огромную кровать.
Хозяин пристроился к ней сзади, схватил за волосы, запрокинул голову и вошел в нее. Поза, в которой он покорил ее прошлой ночью. Но в этом ощущении не было ничего от опьяняющей эротической силы той встречи. В нем не было утонченности. Не было постепенного нарастания экстаза. Это было чистое, отчаянное безумие, поступок некогда гордого существа, находящегося на грани потери контроля.
Она заплакала и обхватила руками кровать, проклиная себя за то, что вообразила, будто может сделать с ним то же, что он сделал с ней.
Какая наивность.
Какая, черт возьми, наивность.
И теперь он кричал.
Звук, который проник в нее и сжал ее колотящееся сердце, словно ледяные руки смерти.
* * *
В темноте вырисовывалась бесформенная голова существа, его желтые глаза сверкали, как неоновая вывеска в витрине бара. Чед издал вопль камикадзе и бросился вперед, перепрыгнув через искалеченное тело. Морда оборотня широко раскрылась, его губы обнажили ряды блестящих зубов. Он метнулся к Чеду со скоростью, которая посрамила бы борзую собаку, но Чед вовремя взмахнул мачете - удар был идеально рассчитан. Лезвие вонзилось в мускулистую шею существа, заставив его замереть на месте.
Чeд выдернул лезвие и с первобытным удовлетворением наблюдал, как из раны хлещет кровь, которая казалась одновременно чужой и знакомой, отголоском коллективного бессознательного - из тех времен, когда его предки жили в пещерах и убивали свой обед копьями.
Он поднял мачете высоко над головой и с силой опустил его, одним сокрушительным ударом рассекая голову оборотня пополам. Рукоять мачете вибрировала от силы, и эта сила струилась по его рукам, приободряя его и наполняя силой, которой он не должен был обладать. Он снова выдернул клинок и отшвырнул ногой падающую тушу мертвого оборотня в сторону.
Из темноты выскочил еще один оборотень.
Чeд двигался, не задумываясь, ведомый силой, наполняющей мачете, и лезвие пронзило еще один холм толстой плоти и спутанного меха, пронзив сердце существа кончиком лезвия.
В туннеле раздался громкий звук выстрела, взрывной и мощный.
И эффективный.
Проход был завален телами поверженных зверей. Но Чeд не завидовал огневой мощи охранников. Оружие в его руках казалось самым мощным оружием на земле. И он был его Хозяином.
Высшим судьей жизни и смерти.
Затем, внезапно, наступила тишина.
Оружие замолчало.
Чед, тяжело дыша, стоял в туннеле. Он медленно повернулся, чтобы осмотреть место побоища. Он увидел тела Тодда Хейнса и Джейка Барнса. Старик был выпотрошен. Горло Тодда превратилось в кровавое месиво. Ванда стояла над ним, рыдая. Джек Парадайз привалился к стене туннеля, из раны на его плече хлестала кровь.