Исцеление любовью (СИ)
Кати отмывали в ванной с ароматическими отварами, натирали кожу зельями для удаления волос — в результате на коже девушки не осталось ни одного волоска, — обработали ногти на руках и ногах, — Катя залюбовалась розовыми удлиненными ноготками, — и под конец втерли в волосы гель для укладки и волосы на глазах завились в крупные локоны, горничным осталось только уложить их и украсить диадемой и шпильками с маленькими драгоценными камнями.
Император, в благодарность за оказание помощи в раскрытии финансовой аферы и предотвращения заселения враждебными сущностями, принес в дар, помимо титула, несколько наборов драгоценностей и магических артефактов. Вот эти шпильки и являлись одними из них. Они отводили любые магические воздействия и стоили целое состояние, но император, помятуя о пикантном фильме, настоял, чтобы Кати приняла этот подарок.
И сейчас девушка стояла в облаке белоснежного шедевра придворных портных и блистала украшениями с самыми дорогими камнями.
— Леди Катарина! — с придыханием сообщила одна из горничных. — Вы самая красивая невеста нашего мира!
— Мы так рады, что Вы будете нашей хозяйкой!
— Его Светлость заслужил такое сокровище!
Горничные порхали вокруг, пытаясь довести до совершенства образ невесты своего хозяина.
В покои, предварительно постучав, вошел принц. Именно он поведет Кати к алтарю.
— Детка! Ты обворожительна! — он почтительно поклонился. — Я позволю себе так назвать тебя в последний раз! Потом герцог Мар оторвет мне голову, если услышит!
Кати слегка присела, приветствуя монарха.
Николас предложил ей локоть и не спеша повел в родовую часовню для заключения брака.
Вейден.
Вейден волновался как мальчишка. Он знал, что их связь давно одобрена Создателем, о чем свидетельствовала татуировка на руке, но все равно волновался — вдруг Кати передумает или её уведут перед самой дверью? Когда Николас предложил свою кандидатуру на роль приемного отца, Вейдену стало чуток легче. Немного найдется тех, кто захочет перейти дорогу принцу. Но чувство страха сковывало сердце каменным обручем и отпустило только тогда, когда он увидел свою Кати в дверях часовни.
Сердце билось в такт её шагам. Принц вел Кати так медленно, что он чуть сам не кинулся навстречу, да император придержал.
Да! На свадьбе присутствовал сам император Цериус!
Наконец, Вейден спокойно вздохнул — Кати рядом. Он железными клещами вцепился в руку невесты. Вейден ничего не слышал и только на автомате повторял за жрецом слова клятвы. Он смотрел на Кати и на её руки — последнее произнесенное слово должно окрасить татуировку в яркий цвет. И вот оно — последнее слово служителя храма — отныне вы едины!
Кати ойкнула, Вейден слегка поморщился и облегченно вздохнул — брачная вязь вспыхнула золотом, обвила руки до самого плеча и остыла, превращаясь в черное кружево. Абсолютно одинаковое!
Вейден приник к губам невесты и все присутствующие дружно ахнули — новобрачных окутало сиянием! Боги благословили истинную пару!!! Так долго в империи не случалось такого! Гости в волнении перешептывались и каждый, не связанный узами брака, надеялся оказаться у алтаря в таком же сиянии.
Праздничный пир продолжался до рассвета. А на рассвете молодые выпустили в небо стаю белых птиц, как символ нерушимой любви и согласия.
Глава 37
— Я думал, это никогда не закончиться!
Вейден устало скинул сапоги и отшвырнул их в дальний угол. Кати тоже избавилась от своей обуви и с наслаждением прошлась по мягкому ковру их, теперь уже общей спальни. Герцог, наплевав на устои высшей знати, категорически заявил, что спать они будут всегда в одной комнате. По этому случаю, 2 смежных комнате в родовом замке объединили в одну и получилась огромная спальня. Кровать, такая же огромная, еле поместилась в специально переделанном алькове, зато новоиспеченная герцогиня могла нежиться в постели, отгородившись от утренней суеты горничных. Вейден зачаровал полог и тот не пропускал теперь никаких звуков. Всю ночь он не мог дождаться, когда сможет стянуть с жены это платье и прикоснуться к светлой обнаженной коже груди. За неделю, предшествующую свадьбе, стараниями своего главного повара, Кати немного поправилась. Вейден ощущал это при каждом прикосновении. За то он оголодал. Нет, не так — он ОГОЛОДАЛ! Приходилось соблюсти все предсвадебные формальности и они спали в разных комнатах. Теперь герцога разрывало 2 желания — поскорее начать брачную ночь — вернее утро, и подольше растянуть удовольствие от раздевания своей супруги. Даже горничных выгнал, так хотелось самому наблюдать, как из шикарной невесты Кати превращается в обворожительную новобрачную.
Он начал с тончайшей кисеи, укрепленной на волосах магическими шпильками — вытащил одну за одной, волосы девушки падали на плечи черными волнами. Вейден вдыхал их запах, видел переплетение длинных локонов, а перед глазами стоял момент — Кати острым камнем обрезала свои волосы и кинула в костер. Ничего для него не пожалела! А ведь волосы для ведьмы — это вместилище силы.
Дрожащими от желания пальцами, он расшнуровывал платье. И кто ж это придумал — все эти веревочки, петелечки! Это же самое настоящее пыточное приспособление! К концу шнуровки, Вейден уже еле сдерживал себя. Платье упало к ногам белоснежным сверкающим чудом. И это было всё, на что хватило терпения. Дальше он просто лапой с длинными когтями разорвал нижние сорочки и трусики и бегом отнес девушку в постель. Самому раздеться понадобились секунды.
И вот он уже созерцает молочную красоту на белоснежных простынях. Локоны жены смоляными жгутами раскидались по подушкам. Темные вершинки грудей подрагивали от возбуждения, мгновенно затвердевая под его ладонями.
Нет, голод туманил разум и не давал насладиться взору. Вейден резко, одним движением наполнил собой жену. Она слегка дернулась, зрачки расширились от удивления и легкой боли. Он не стал больше сдерживаться. Потом. Всё потом. Сейчас необходимо утолить первый голод иначе он просто сойдет с ума. Вейден двигался неистово, ему хотелось залить своим семенем все внутри Кати, чтобы она пропиталась им от кончиков смоляных локонов до розовых ноготков на пальчиках. Он рычал и яростно вколачивался, сжимая в руках нежное тело возлюбленной. Мощная струя горячим фонтаном била прямо в цель. Вейден почувствовал, как из лона вытекает его сперма. Выходить из него не хотелось. Но тут в голову пришла замечательная идея — омыть любимую в ванной и продолжить там.
Осторожно вышел, подхватил легкое тело на руки — неужели она всегда будет таким перышком?
Вода теплым водопадом струилась по белоснежному камню. Вейден опустил Кати, но прижимал к себе. Нежно погладил спинку, спустился на попку, когда пальцы коснулись влажных лепестков, желание снова взорвало голову. Он целовал её, полностью завладев ртом, а руки жадно блуждали по телу. Вейден рванул тело любимой вверх и насадил на себя. Девушка охнула и выгнулась, обхватив его торс ножками. Прямо перед глазами задрожали тугие грудки с темными кружками. Он всосал горошинку и с мычанием покатал на языке. Боги! Какая она сладкая! Голову снесло в очередной раз. Вейден двигался, вскидывая жену и насаживая на член, она же сама приникла к его губам и завладела языком. Маленький горячий язычок оплел его. Вейден сгорал, пил её как долгожданную влагу. Очередной взрыв сопроводился гортанным рыком и безмолвным криком Кати. И хотя он слышал её ментально, в этот момент взгрустнулось, что она никогда не сможет закричать под ним вслух. А впрочем — какая разница? Главное — кричит! И как кричит! Никто из его бывших не стонал и не кричал так, как она.
Вейден применил очищающее заклинание на постель и положил жену на чистые прохладные простыни. После первичного утоления голода, можно заняться любовью не торопясь, растягивая блаженство до следующего утра. Им никто не помешает. В спальне на столе стоит целый поднос с едой, можно вообще не выходить. Принц дал ему целую неделю отпуска! И Вейден намеревался эту неделю провести на Кати. Или — под Кати. Неважно. Главное — слитно.