Близость (СИ)
Катя пожимает плечами, встав на носочки, демонстративно целует меня в щёку, и с ехидной улыбкой помахав рукой пыхтящей от возмущения Кристине, убегает вверх по лестнице.
От её поцелуя, щека начинает гореть, а внутренности делают сальто. Я настолько сбит с толку неожиданным проявлением нежности со стороны сестры, что даже забываю, что в доме кто-то ещё есть. Просто стою, и, как дурак, пялюсь на удаляющуюся вверх по лестнице сестру. Меня приводит в чувство дикий визг.
— Котёнок?! Андрей, что это значит? Мало того, что ты привёл в дом какую-то дешёвую малолетнюю шлюху, так ещё и на моих глазах отправляешь её в спальню и называешь Котёнком!
Подскакиваю к девке и хватаю её за подбородок, сжимая пальцами щёки и, тем самым, заставляя замолчать.
— Я предупреждал тебя, Корсакова, — шиплю ей в лицо. — Закрой свой поганый рот. Не нужно меня выводить.
Кристина таращит на меня обезумевшие от страха глаза. Убедившись, что до неё наконец дошёл смысл моих слов, отпускаю её лицо и разворачиваюсь в сторону прихожей, чтобы стянуть с себя ботинки, которые не снял впопыхах, летя со всех ног домой на визги, которые, как оказалось, издавала эта придурошная.
— Это моя сестра, идиотка — бросаю ей через плечо — И если из твоего натруженного рта вылетит ещё хоть слово в её сторону, пеняй на себя. Даже смотреть на неё не смей, поняла?
— Андрюша…. — растерянно бормочет Кристина — малыш, прости меня. Я не знала, что у тебя есть сестра. — немного придя в себя, блондинка подходит ко мне, берёт под руку и трётся силиконовым бюстом о мой локоть. — Если бы ты меня предупредил, я бы ни за что не стала так говорить с твоей сестрёнкой, котик, поверь.
— И с какого это хера, позволь узнать, ты вдруг стала моей невестой? — спрашиваю, брезгливо отцепляя от себя её руки.
Корсакова обиженно дует губы, но потом берёт себя в руки и отвечает с извиняющейся интонацией в голосе:
— Ну прости, малыш. Хотела эту шлю…. То есть твою сестрёнку поставить на место. Просто чтобы показать кто тут главный.
— Если я трахаю тебя и за это спонсирую, это ещё не значит, что ты можешь без спроса заявляться в мой дом, Кристина.
Чёрт меня дёрнул повестись на уговоры и дать этой идиотке ключи от дома. Сосёт она конечно отменно, этого у неё не отнять. Да и вообще в постели старается на славу. Именно поэтому я её ещё не послал. С Кристиной Корсаковой я познакомился в своём клубе. Эта высокая стройная блондинка с силиконовыми буферами так старательно крутила возле меня задом, что пришлось оттрахать её прямо в кабинете. К слову сказать, отработала она отменно. Я не страдаю дефицитом женского внимания, но Корсакова так настойчиво предлагала себя и соглашалась абсолютно на любые эксперименты, что я решил оставить её на постоянной основе. Разумеется, я не дул ей в уши о любви с первого взгляда или вообще каких-либо романтических отношениях между нами, хотя и не скупился на спонсирование её хотелок. В том числе и отдых в Барселоне, с которого она недавно вернулась, был оплачен мною «от» и «до». Но границы наших партнёрских, так сказать, отношений мной были расставлены чётко. Я сразу разъяснил девке, что между нами только секс. И казалось, такой расклад её вполне устраивал. Но видимо это только на словах, а на деле эта тупая курица с рабочим гудком решила заявить на меня права. Надо бы завязывать с ней. Тем более, что я и так собирался после её приезда с ней распрощаться, слишком уж она стала навязчивая. Да и эти её "котик", "милый", "зая" бесят так, что блевануть хочется.
Выпроводив явно обиженную Корсакову за порог, отправляюсь к Кате в комнату. Постучав в дверь и услышав разрешение войти, прохожу в спальню и застаю сестру лежащей в постели. Не без удовольствия, отмечаю, что она снова надела на себя мою футболку. Признаться, я размышлял над тем, в чём она сегодня ляжет спать, пока поднимался по лестнице, и, если честно, боялся увидеть её в одной из недавно купленных пижам. Я сам себе не могу объяснить свои мысли, но почему-то тот факт, что Катя предпочитает спать в моей футболке стал для меня важен и значим. Дурость какая-то…
— Ты не говорил, что собираешься жениться — вырывает меня из собственных мыслей голос сестры. Катя произносит эти слова безразличным тоном, давая мне понять, что этот факт никак на неё не подействовал, но я улавливаю в её глазах странный огонёк, напоминающий…. не знаю, разочарование что ли. Не могу точно разобрать, какие именно чувства скрывает в себе сестра, но то, что моя мнимая женитьба ей не безразлична чувствую однозначно.
Сам не знаю для чего я это делаю, но вместо того, чтобы опровергнуть слова Кристины произношу:
— Не успел тебе сказать просто. Как-то повода подходящего пока не находилось. А что, тебя это расстраивает?
Мне хочется, чтобы Катя сказала, что расстроена, чтобы разозлилась, кричала, требовала, чтобы я не женился на Кристине, проявила хоть какие-то эмоции на этот счёт, но она лишь пожимает плечами и устремляет полный безразличия взгляд в телевизор, так что мне уже начинает казаться, что ту искорку разочарования, которая ещё минуту назад полыхнула в её глазах, я сам себе придумал.
Уже собираюсь покинуть спальню сестры, как та вдруг подскакивает с кровати, и, быстры шагом приблизившись ко мне, хватает за руку.
— Что это такое? — спрашивает сестра, рассерженно смотря на разбитые костяшки пальцев. — Андрей, ты с кем-то подрался?
Её руки такие мягкие, тонкие изящные пальчики мёртвой хваткой вцепись в мою ладонь.
— Да ничего страшного, Котёнок. Так, слегка повздорил с одним знакомым, ничего серьёзного, не волнуйся. — мне не хочется пугать сестру, и уж тем более я не собираюсь рассказывать ей, что ездил в гости к Быстрову, но провались я под землю, если скажу, что не испытал удовольствие от того, что Катя за меня переживает.
— Тебе пять лет что ли, все вопросы кулаками решать? — хмурится сестра. — Аптечка у тебя где?
Конечно, мне не нужна никакая аптечка. Разбитые костяшки — не повод поднимать панику, но я зачем-то всё равно послушно иду за ней и вручаю сестре. Как завороженный наблюдаю за тем, как Катя обрабатывает раны перекисью, даже соглашаюсь на зелёнку, наплевав на то, что буду потом как дибил конченый ходить с зелёными кулаками.
Мазнув зелёнкой по разбитой коже, сестра складывает пухлые губки в трубочку и легонько дует на ранку, заставляя мои внутренности сначала похолодеть, потом поджариться и снова провалиться в холодную пучину. Невольно всздрагиваю от непривычных ощущений.
— Больно, да? — Катя поднимает на меня взволнованный взгляд.
— Нет — хрипло выдавливаю из себя, не сводя глаз с сестры. Она такая красивая, моя девочка. Мне так хочется снова почувствовать её запах, просто забыть обо всём, сжать её в своих объятиях, так крепко, как это только возможно, укрыть от всего мира… Странные, неправильные, необъяснимые чувства заполняют мою грудь, сердце, душу, всё моё существо. Чувства, в которых я не готов признаться никому. Ни самому себе, ни тем более ей. Чувства, которые бесспорно уничтожат меня в конечном итоге. Вопрос только в том, смогу ли я уберечь Катю от своего сумасшествия или погублю вместе с собой. Вопрос, ответ на который для меня очень прост и в то же время неимоверно сложен.
Катя
Лето неумолимо близится к концу, и погода начинает портиться. Я лежу в постели и никак не могу уснуть. В голову лезут дурацкие, ненужные мысли, не дают покоя, давят на подкорку, вызывая приступ острой головной боли. Перед глазами стоит образ пышногрудой блондинки. И что Андрей в ней нашёл? Она же вся ненатуральная, как кукла из магазина для взрослых. На вкус и цвет все фломастеры разные, конечно, но лично в моём представлении не так должна выглядеть невеста…
Не знаю, почему меня так задел его выбор. Всё равно ведь должно быть. Но почему-то мне не всё равно. И это злит, заставляет ненавидеть брата ещё больше. Пытаюсь всеми силами успокоить вулкан внутри себя. Убеждаю себя, что так даже лучше. Андрей женится, заведёт семью, и, наконец, оставит меня в покое. Ведь я же именно этого и хотела…. Так ведь? Конечно этого! Я всё ещё придерживаюсь своего плана вернуться в квартиру родителей по достижении совершеннолетия. А Андрей со своей силиконовой долиной может катиться к чёрту!