"Фантастика 2023-111", Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
Мастерские гильдии были огромны. Стояли нескончаемые ряды верстаков, приспособления для склейки и прочие штуки, которые выглядят, на мой неискушенный взгляд, как орудия пыток. Но интересно. Мир шел по рядам верстаков. Я недоумевала, чего он тянет.
— По росту выбирает, — пояснил дедусь, — ты голубка иди, табурет — дело небыстрое даже в четыре руки. Через пару часов возвращайся, как раз доделки застанешь.
И то правда, зачем мне эти мужские забавы? Хуже футбола, право слово.
— Ты думаешь наши справятся? — Уточнила я на всякий случай у деда. В мастерской все сидели на самодельных табуретах, это я знала, а вот кто их делал — не задумывалась. — Не разобьется табуретка у наших, как думаешь, дедусь?
— Обязательно разобьется! — Дед ухмыльнулся в усы, довольный произведенным эффектом. — Да ты не пугайся. Путный табурет за пару часов не сделаешь, хоть и вдвоем.
— Так зачем же им невыполнимую задачу дали? — суть этой интриги оставалась для меня загадкой.
— Да ты не поняла. Тут вся подоплека в том, у кого хуже получится, а кто даже в таких условиях сделает все по максимуму. Материал сможет подобрать, времени не пожалеет, да склеит все правильно, а не как удобно. Да и клей, хоть и магический, а выдержки требует, значит, надо начать с сидения. Видишь, Вирт и Мир именно этим и занимаются. А те, — указал он на наших противников, — начали с чего полегче.
Вот почему мастер Берт хмурится. Его ученики уже ошиблись.
Глава 23
Слушать комментарии деда было интересно, но нужно было возвращаться к работе. Рамона и Рауль пришли на внука взглянуть, а увязли в нашем детском саду и торговле.
Торговля меж тем шла бойко. Картина, представшая моему взору, отдавала сюрреализмом.
Рамона стояла у стенда и любезно беседовала с покупательницей о всяких мелких женских радостях, которые можно хранить в той или иной шкатулке. Рядом с ней, открыв рот, стоял ленивый Блум, который явно открывал для себя новую вселенную, имя которой — женская психология. Это не мешало ему быстро делать подсчеты. Дама приобрела три перламутровых шкатулки, три гребня и россыпь шпилек, украшенных ракушками. Да, этот аспект мы упустили — весна все ближе, новогодье, пора подарков. Ну, я-то ладно, у меня земные стереотипы, а Беатрис-то…
А Беатрис ожесточенно торговалась с лощеным господином. Подходя ближе, я уловила обрывки разговора:
— … приобрести качалку! Леди Диметра сказала, что…
— Мне ничего об этом неизвестно! — видимо, уже не в первый раз сообщает Беатрис, сдерживая раздражение, которое улавливалось в резких движениях. Женщина больше походила на кошку, которой наступили на хвост. Гляди, того гляди и цапнет бедолагу.
Как я поняла, мужчина был кем-то вроде доверенного дворецкого бабушкиной знакомой. И сейчас он ожесточенно выбивал из Беатрис скидку ссылаясь на имя Деметры.
— Здравствуйте, — встреваю в разговор. Господин, пробежавшись по мне взглядом, умудрился принять еще более напыщенный вид, хотя куда уж больше. — Вы меня извините, но моя бабушка не предупреждала, что придут важные для нее знакомые. Я сейчас попробую с ней связаться, чтобы уточнить информацию и мы быстро решим вопрос.
Беатрис тихонько выдохнула, одним взглядом поблагодарив меня за вмешательство. Кажется, мужчина допек её.
— Нет-нет, не стоит беспокоить пожилую леди, — я с удивлением наблюдала, как вся напыщенность исчезает, а сам поверенный идет на попятный. — Я готов оплатить вот эти два экземпляра, они ведь одинаковые?
— Да-да, это комплект, существующий в единственном экземпляре.
Беатрис заканчивает обслуживание клиента и снаряжает нескольких подростков, чтобы те помогли с транспортировкой товара. Мне и самой было жаль единственного носильщика, который не знал, как ухватиться за покупки, когда руки заняты коробками.
— Сильно он тебя достал? — спрашиваю, смотря вслед удаляющемуся покупателю.
— Терпимо. Но если бы ты не подошла, я, наверное, охрану вызвала. Скидку ему в полцены подавай, потому что он знает, как зовут твою бабушку. Напыщенный индюк!
— А кто он?
— Дворецкий баронессы Мейнштар. Спроси у бабушки, что за люди? Это ж надо, с сирот скидку требовать! Хотя, может, действительно Деметра посоветовала…
— Если это и впрямь было так, то он не пошел бы на попятный. Да и бабушка знает, как мы трудимся, не стала бы обещать ничего подобного не поговорив со мной. А где дети?
— Поели и спят вповалку за ширмой. Ты сама-то ела?
— Нет, и Ричард не ел, и парни… — я растерянно заозиралась, прикидывая кого отправить в мастерские. Звать к обеду или передать бизнес-ланчи?
— Куда все рассосались, Лиза? — Рамона, заскучала без внимания. — И где Ричард? А Гевин?
— В гильдейских мастерских. Соревнования смотрят. Наши с учениками гильдии схлестнулись. Сейчас на спор табуретки делают.
Рамона понимающе ухмыльнулась.
— Мой, значит, тоже там. Раз Батрис освободилась, может, и мы пойдем посмотрим?
— Отец присмотрит, пойдемте. — Беатрис рада была отвлечься и не надолго переложить ответственность. Девис энергично помахивал рукой, мол идите уже, нам с Василой и без вас неплохо.
Мастерские гудели как растревоженный улей. Кто бы мог подумать, что бессмысленный спор между подростками вызовет такой интерес. Среди гильдейской формы изредка мелькала Обероновская парадка. Впрочем, найти наших было несложно. В той стороне, где, как я помню, Мир выбрал себе верстак, на плечах ребят постарше сидели шкодята и орали:
— Дай любую работенку — все под силу соколенку!
Мир и Вирт недаром были давними друзьями, хотя змеиный талант Мира несколько проредил их плотное общение. На мой неискушенный взгляд, они двигались вокруг верстаков как два лихих тангеро волей обстоятельств вставшие в танцевальную пару. Ни лишних движений и затянутых ожиданий, даже разговоров не было. Вопреки предсказаниям Ульха, дуэлянты уже заканчивали свою работу.
— Что мы пропустили? — невзначай интересуюсь у команды поддержки, вклиниваясь в ряды своих воспитанников.
— У Мира рубанок совсем тупой, — услышала я комментарий Пепла. — Я бы заточил, да не дали, и лёзгу заменить не дали, так и мучается тупым.
— А кто выигрывает? — Рамона оказалась азартной болельщицей.
— Да никто пока. В финале узнаем, — Тормун тоже изнывал. — У наших чистоты работы нет, инструмент-то чужой. Мир любит, чтоб дощечка была, как щечки Туты, это он сам так говорит. А эти на сидушку цельную плаху налепили, от дурни, расколется же с ноги, не то что об пол. Так что мы уже почти выиграли, — рассказ получился сумбурным, но общий смысл был понятен всем присутствующим.
Я указала Рамоне на Димку. День так интересно сложился, что они не пересеклись, но это и к лучшему. Не дело это, прилюдно такое важное знакомство устраивать. Свекровь, похоже, мое мнение разделяла и проявила выдержку. А сейчас с интересом наблюдала за Димкой, который с азартом выкрикивал какие-то советы и комментарии.
— Смотрите, закончили, качество проверяют! — передавали из уст в уста.
Толпа отхлынула от ближайшего верстака и на него юркой саламандрой скользнул Гевин. Ему подали изделие наших противников. На соседний верстак взгромоздился мастер Берт, и торопливо оглядел творение Мира и Вирта.
— Ишь, хитрюга, — ворчал Пепел. — Слабые места выискивает, прикидывает по-быстрому, как ударить, чтоб с наибольшим уроном.
Этому парню, возможно, не дано творить, но он так хорошо просчитывает все действия, что становится очевидно, как здорово он разбирается в теме. Жаль, что в этом мире еще нет профессии «технолог», потому что это явно про нашего Пепла, тфу, Винсента!
По знаку Гевин и Берт подняли табуреты над головой — а потом БАБАХ! — и все потонуло в радостных воплях Обероновцев. Все еще стоящие на верстаках мастера продемонстрировали обломки, которые им подали помощники.
— Вооот! — Вопил Тормун. — Я же говорил, что их сидушка расколется в хлам! А у наших только сколы на ножках, ну, может, еще где по клею треснуло, отсюда не видать…