"Фантастика 2023-111", Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
А мужчина присел с краешка и начал творить чудо обычным перочинным ножом. На каждом гребешке он оставлял какую-то неповторимую красивость, простенькую но очень милую. Когда, после отповеди Ульха, Тормун попросил у меня готовые гребни на доработку, я не дала. Дерево есть дерево, испортить руну ничего не стоит. Рауль же был магом и большим мастером, так что за продукцию я не волновалась.
Я, наверное, действительно выглядела очень юно в своем наряде, потому что обращение ко мне довольно пожилой матроны застало врасплох.
— Детка, поди-ка, спроси у барышни, — указывает на Рамону, — можно мне попробовать этот ваш гребень? — Ричард давился самопроизвольными смешками, Аришка спешно подкалывала волосы Малики и яростно кивала головой, соглашаясь.
Навести локоны в стиле Любови Орловой на седеющие, но вполне достойные волосы посетительницы не составило труда, подколоть двузубой деревянной шпилькой с перламутровым навершием — тоже. Дама осталась довольна и охотно расплатилась и за шпильку и за пять гребешков, которые Нея с Маликой споро упаковали в бумажные пакетики с эмблемой-соколом. Нея не удержалась от вопроса:
— А зачем вам столько, ведь их через год менять придется?
— Себе и дочкам. А что менять, так это не беда. Приятно дарить мелкие обновки. А вы сами такие откуда будете? Я столичные пансионы все знаю.
— Мы из Королевского приюта для сирот имени графа Тадеуса Оберона, — хором отчеканили девочки с видимым удовольствием и даже присели в подобии книксена. Получилось очень кривенько, но чем богаты, как говорится… Дама приподняла выразительную бровь так, что я напряглась.
— Сироты? В столице такого приюта нет.
— Мы живем под N-ском, — все так же слажено ответили девочки.
— Сироты из глухой провинции в тканях мануфактуры самого господина Осияра? Похоже, я что-то в жизни упускаю.
Дама еще раз с удовольствием оглядела себя в зеркале и царственно удалилась.
— Ух, — выдохнула рядом со мной Беатрис, — сама госпожа Арсила Доминтас, вдова королевского советника Доминтаса, покровительствует пансионам для бедных.
— А что она здесь делает? — задала я сакраментальный вопрос.
— Стипендиата выбирает, наверное. Раз в год ее благотворительное общество выбирает юношу или девушку, которым выплачивают какие-то средства, — Беатрис пожала скульптурными плечами. Роскошная женщина, все-таки, а все вдовеет. А теперь еще и с нами связалась. Зарабатывает прилично, ум свой перестала прятать. На такую не у всякого пороху хватит.
Мои невеселые мысли были прерваны самым чудесным образом: к нам стремительно приближалась галдящая семейка разноцветных медвежат. Алик притормозил перед незнакомой тетей, а потом, видимо, сочтя ее безопасной, так как сидит та в кресле-качалке облачившись в мою шаль, да ещё и с Василой болтает, шлепнул ей на колени яркую книжку и многозначительно произнес:
— Во! Новая! Моя! — И начал деловито выпутывать пуговки-желуди из петелек.
— Какая у тебя курточка красивая! — Неловкие пальчики ребенка перекрутили витой шнур, из которого была сделана петелька и мама Рамона кинулась помогать. Она была так очарована, что не замечала ничего вокруг.
— Ты чья? — Алик чувствовал себя совершенно спокойно, купаясь в волнах этой очарованности, — кррасивая! — Подумав добавил, — И добррая!
На это детское форсированное Р давно следовало обратить внимание, но черт, у Алика и Туты так мило получалось. Ну как их можно одергивать, когда они так наслаждаются новым умением?
Я поймала грустный и нежный взгляд Рауля, обращенный на жену. Рамона явно не реализовала себя в материнстве, грусть Рауля понятна. Ричард ответил на мой неозвученный вопрос:
— Они не решились заводить еще детей из-за меня. Уж очень нервное у меня выдалось детство. Я этого, правда не помню, но отец говорил, что мама с ума сходила от переживаний, когда раз за разом у меня не получался оборот. Она так нанервничалась, что зареклась подвергать себя и будущего ребенка таким испытаниям.
— Как это грустно. Но сейчас-то все поправимо. Сайтон и Димка разберутся. Быть может, не завтра и не с первого раза, но разберутся. Твои родители еще полны сил, им еще пятерых родить можно, если ты, конечно не возражаешь, — закончила я лукаво. Ричард фыркнул.
— С чего мне возражать? Ты посмотри, как она счастлива!
Рамона, меж тем, уже помогала раздеться Туте, а остальные терпеливо дожидались своей очереди. Зачем им Мейала? Новая тетя гораздо интересней!
Понаблюдать за этой умилительной картинкой собралась небольшая толпа. Мелкие устроились на нераспроданных качающихся коняшках и расположились в непосредственной близости от Рамоны, которая явно вознамерилась почитать им Аликову книжку.
Полюбоваться дальше мне не довелось, меня подозвали к стенду со шкатулками. Беатрис отлучилась, а некий важный господин не пожелал обсуждать покупку с парнями, дежурство которых выпало на этот час. Остальные носились по ярмарке, набираясь впечатлений.
Тучный мужчина с дорогой тростью и пахнущий отличным табаком нацелился на «змеиные шкатулки». На все! Точнее на те, которые были приспособлены для хранения трубок и табака. Даже я понимала, насколько тонкую работу сделали Ульх и Ричард с мальчишками: все эти перегородочки, крышечки, подпорочки для трубок, превращали шкатулку в органайзер для хранения курительных принадлежностей. Разумеется, они были самыми дорогими!
Господин охотно поведал нам, что является владельцем большой гостиницы и оборудует курительную комнату. Дорогая шиквея, брутальная кожа рептилий и простота исполнения как нельзя лучше ему подходят. А главное — все выдержано в едином стиле!
Расплатился он более чем щедро и горько сетовал, что товара в подобном оформлении не столь много. Все, что отделано кожей он готов скупать у нас чуть ли не глядя.
— Ну так вам надо столик сделать… — влез в разговор дежуривший Крафт.
— Ага, скажи еще — качалку со змеиными подлокотниками, — подколол его Беон. Но покупатель сарказма не заметил и неожиданно загорелся идеей.
— Лично для вас? — Спросил посерьёзневший Беон, с прищуром оглядывая тучного мужчину. — Можно. Только весной, если вы готовы подождать.
— Почему?
— Весной можно много змеек одинаковых изловить, чтобы комплект получился в цвет, — добродушно пояснил Крафт.
— Неужели сами? — Глаза покупателя загорелись фанатичным огнем.
— Сами, сами, все сами, — заверила я важного господина. — У нас много талантов.
Этого оказалось достаточно, чтобы фантазия мужчины разгулялась, а наши парни получили свой первый крупный заказ на оформление мебели в едином стиле для курительной комнаты. Тут и кресла-качалки, и столики, и шкатулки. И все в змеином оформлении. Пока мальчишки наслаждались заслуженным вниманием — ещё бы, такой скрытый комплимент! — я размышляла о том, что нужно донести до парней всю серьезность и важность подобного заказа. Если они отлично справятся с изготовлением мебели для курительной комнаты, я больше чем уверена, что владелец гостиницы обратится ещё не раз. А во-вторых, не всякая гостиница оснащена подобными помещениями, да ещё и с таким оформлением. Значит, заведение для состоятельных и знатных господ, а это уже ого-го какая реклама! Так что самое время парням начать работать на свою репутацию.
— Может, уже и для писем шкатулки заберете? — предложила, обмениваясь контактами с первым крупным клиентом. — Всего три ларчика осталось. Первый день весны скоро, подарите кому-нибудь.
Ребята переглянулись и зашептались и Вирт выдал:
— Первым весенним утром дари шкатулку с перламутром!
Господин засмеялся, сказал, что перламутр для девиц, но ларцы забрать согласился. Видимо, есть кого порадовать.
— Поверьте мне, скоро за вещичками с этой птичкой, — скаламбурил он, указывая на нашу эмблему, — будут гоняться, как за коллекционным вином к празднику. Старый Дальстен не ошибается в таких вещах.
— Кто бы мог подумать, что такие шишки посещают распродажи, — качая головой шептала подошедшая Беатрис, принимая у меня выручку. — И ведь одет как обычный горожанин! Видимо, специально, чтоб торговцы не прилипали. Идите погуляйте, тут есть на что посмотреть.