"Фантастика 2023-111", Компиляция. Книги 1-15 (СИ)
Евстигнеев слышал слова Бафомета уже словно сквозь вату. Пришелец вещал, но вместе с тем активно «обрабатывал» сознание охотника скрытыми способами, закладывал нечто, похожее на программу. Когда-то Орден точно так же «кодировал» Романа-Рокома на служение Свету. Теперь происходит процесс обратный.
Рот на бледном и морщинистом лице Бафомета открывался и закрывался, глаза чуть печально, но тем не менее не без иронического блеска, смотрели на Евстигнеева, а охотник уплывал на тёплых волнах гипнотического транса неведомо куда...
Обнаружил он себя уже в спальной комнате Павла Коркина. Чуть впереди стояла Леночка Карбинская, сержант красноярского отделения Ордена Света. Девушка задумчиво водила в темноте головой и разглядывала упавшую вместе со шторами гардину.
— Что ты об этом думаешь, Рома? — спросила она напарника.
— Я думаю, всё было устроено специально.
— То есть?
Она повернулась. В глазах девушки успела промелькнуть лишь тень сожаления, после чего девятимиллиметровая серебряная пуля вместе с мозгами вырвала из охотницы жизнь. Мрачно посмотрев на распластанное на полу тело, Евстигнеев поднял голову и сквозь двойное стекло вгляделся в почти полную луну, обрамленную легким гало. Из глаз оборотня вился призрачный ядовито-зеленый туман, а радужная оболочка глаз раскалилась до красна...
* * *Опять кома, существование тела с отключенным сознанием, полная тьма и небытие. Опять неприятное, тягостное пробуждение. Одной из первых пришла мысль, что в последнее время я слишком часто погружаюсь на тот уровень существования, где приходится балансировать между жизнью и смертью, и непонятно, сумею ли пройти по этой тонкой грани. В конце концов, оборотни смертны, их можно расстрелять, порвать, расчленить и так далее. Надо что-то делать со своим положением, ведь до добра такой образ жизни довести не может.
Открыв глаза, я уже по привычной траектории обвел взглядом потолок и стены помещения, повернул голову, получше рассмотрел обстановку: тумбочка с советским телевизором, расслаивающийся журнальный столик, пустой сервант и грязное окно, занавешенное грязной занавеской.
Я попытался встать. Попытка увенчалась успехом. Опустив ноги на холодный и грязный линолеум, я не нашел никаких тапочек, поэтому принял решение сделать обход жилища, в котором черт знает как оказался, босиком. Обход, впрочем, завершился сразу же, едва начавшись. Я, придерживаясь рукой за стены, пришлёпал в грязную кухню. За грязным столом сидел мрачный Диерс и мрачно смотрел на меня.
— Настя, — хрипло обратился я к вампиру. — Где она.
— Спит во второй комнате, — тихо ответил охотник.
Я не хотел верить ни одному слову этого человека, втянувшего меня в кошмарное приключение, конца которому не видать, но, тем не менее, поверил. Переведя взгляд на грязную плиту, я простонал:
— Жрать хочу, не могу.
— Там котлеты есть и картошка, — так же тихо указал Диерс на пару кастрюль. — Мы с твоей дочкой сегодня приготовили.
Я открыл одну из кастрюль. В нос ударил возбуждающий зверский голод запах жареного мяса. Не беспокоясь о приличиях, я прямо рукой достал одну котлету, мигом затолкал в захлебывающийся слюной рот, потом съел ещё одну котлету. И ещё. На картошку мне в данный момент было наплевать. Наконец, когда котлет вовсе не осталось, я почувствовал, что утолил голод.
— Настя мне не дочь. Ну, не родная во всяком случае.
Повинуясь импульсу, я рассказал Диерсу историю об убийстве родителей Сергеевой Насти и о том, как решил «нелегально» удочерить её. На что вампир ответил:
— Если бы ты похитил ребенка исходя из благих побуждений, я начал бы тебя уважать. Но ты всего лишь спасал собственную задницу от меча правосудия. Впрочем, я всё это уже знаю. Настя рассказала.
— Как она? И... где мы, если не секрет?
— Девочка в порядке. Я объяснил, что тебя искусали собаки, и она поверила — умение убеждать стоит не на последнем списке моих умений. А находимся мы на окраине, в арендованной квартире. Дерьмовая квартирка, надо сказать!
— Но почему же?..
— Почему дерьмовая, или почему мы тут? — невинно улыбнулся вампир. — Дерьмовая, потому что дерьмовая, в жизни не видал более отвратительного клоповника, чем этот. Но мы вынуждены отсиживаться здесь до поры до времени. Герадо не отстанет от тебя, пока не прикончит. Остатки стаи Ирикон — тоже. Первым делом они, как существа, номинально обладающие разумом и чутьем, нагрянут в гости по твоей прописке. Потом начнут рыскать в округе.
Я ужаснулся:
— Всю жизнь бегать от них, что ли!
— Не исключено. Коготь Шивы, чтоб его, утерян.
— То есть как это — утерян? Не хочешь ли ты сказать, мой дорогой чернокожий друг, что вся эта херня затевалась зря?! У тебя же на шее амулетик какой-то висит!
— Амулетик не сигнализирует о близости артефакта. Он потух, едва твоя fiancee [57] испустила дух. Что касается остального... Я начинаю думать, что знаю далеко не всё. Коготь должен был попасть в наши руки относительно быстро и относительно же легко, но всё пошло наперекосяк. Всё пошло явно не так. Но, как говорится, omne ignotum pro maginifico [58], возможно, мы по-прежнему на верном пути. Однако я, должен признаться, не имею ни малейшего понятия, куда данный путь нас приведёт и скоро ли. Где искать артефакт, не знаю, что делать с твоей дочкой — тоже.
— Как тебя понимать? — насторожился я. — Настя-то причём?
— Она — самое слабое звено в нашем теперешнем положении. Определенные силы могут воспользоваться фактом её существования, сыграть на этом в свою пользу. Девочка, мягко говоря, отягощает сложившуюся ситуацию.
За окном вовсю властвовал вечер. Сумерки сгустились, холодная туманная дымка поглотила жилые кварталы.
— Как долго я был без сознания?
— Неделю. Я специально поддерживал тебя в бессознательном состоянии, а то ведь ты парень непоседливый. Зато теперь — как огурчик.
Пропустив мимо ушей несколько шуточек в свой адрес, я поставил вопрос ребром:
— Каков план действий. Что теперь, после утраты артефакта, ты собираешься делать?
— А что бы сделал ты? — вопросом на вопрос ответил Диерс.
— Я бы свалил подальше отсюда. В Нигерию, блин, на родину твою. Где нет Герадо, волков Ирикона, артефактов и прочих головоломных проблем.
— Ну, родина моя на самом деле Заир, если тебе интересно. А Герадо найдет тебя хоть в Антарктиде, дай только время. Но твои слова не лишены смысла, хочу прямо сказать. Без какой-то дополнительной информации любой наш шаг может привести к трагедии. Той или иной. Но ни та ни другая нам не нужны. Посему мы отныне должны действовать cum grano salis [59], ибо omnia Roma venalia sunt [60], условно говоря. Кто наш враг, а кто союзник, остается лишь догадываться.
— Ты все же намерен найти Коготь?
— Естественно. Это моя миссия, моё, если хочешь, предназначение. И отчего-то я подозреваю, что некто в Актарсисе имеет представление, где Коготь находится в данный момент. И завтра я потребую веских объяснений и полной информации по порученной мне операции. The show must go on, dude. We have to over this stinkin' job [61]. Хотим того или нет.
— Шоу маст го он, — задумчиво пожевал я губами, повторяя сказанные вампиром слова. — Для тебя, Джонатан, это шоу, игра. Для меня же — дорога в никуда, в пасть неизвестности и, вероятно, смерти.
— Не горюй, в случае чего я позабочусь о девочке.
Пошутил Диерс, или же сказал совершенно серьезно, я не смог понять.
— Страшно подумать, сколько всего я пережил после знакомства с тобой, охотник, — тихо проговорил я, наблюдая, как уличные фонари один за другим разгорались в морозном тумане ниспадающей ночи. И почему уличное освещение включается не до наступления темноты, а после? У всех маньяков, бандитов, грабителей и иже с ними есть более чем достаточно времени для свершения своих грязных деяний под покровом темноты, пока горбатые фонари не разбавят мглу жидким, но всё же таким желанным светом. — Не представляю, что за интриганы сидят в Актарсисе и плетут настолько грязные игры.