Наследнички 2 (СИ)

Отец стремительно пошёл за Паразитом, а я отпустил Ольгу и ломанулся за ними.
— Подожди, мне нужно с тобой поговорить, — проговорил я, выскакивая из палаты в коридор. — Ромка, похоже, наложил на Ларису оберег, но не знает, когда и как это произошло, — выпалил я. — Настя за ужином упомянула, что он потенциально способен на это.
— Так, — протянул отец. — С завтрашнего дня Рома занимается только со своей прабабкой.
— Я ему так и сказал, — кивнув, я задумался. — Что такое оберег? То есть я знаю, что это что-то вроде стража, только не убивает, а защищает…
— Оберег не защищает, — отец покачал головой. — Он предупреждает. Это квинтэссенция дара смерти и дара малифециума, причём, когда они задействованы одновременно. Например, малефик не сможет наложить оберег, и некромант не сможет. А вот твой брат — вполне. Думаю, что ты и Ольга тоже будете на это способны, но после длительного обучения и осознанно. А вот с Ромкой надо что-то делать. — Он задумался, а затем продолжил. — Оберег предчувствует, даже не так: предвидит скорую смерть и предупреждает о ней.
— Если бы Лариса не повернулась, услышав, якобы Ромкин голос…
— Пуля попала бы в сердце, — закончил за меня отец. — И, да, если бы в итоге не Кира и убийца завершил начатое, то резерв Ромки немного пополнился силой этой смерти. Потому что оберег — это всё равно нечто из разряда проклятий.
— М-да. Надо Ромку на цепь посадить возле Насти, и не выпускать, пока он контролировать себя хотя бы не научится, — я потёр виски. От всего происходящего начала побаливать голова. — Пап, а что насчёт самой Ларисы? Она Ромке нравится, это видно. Закроешь глаза и позволишь развлечься как следует? — спросил я усмехнувшись.
На этот раз отец молчал долго. Я даже думал, что он мне уже не ответит.
— Я знаю два случая, когда чеширы помогли твоему прапрадеду Андрею Ушакову решиться одобрить выбор детей своего клана. И если с твоей прабабкой и прадедом Керном всё более-менее понятно, то одобрить Люсинду в качестве жены Егора было непросто. Но, я думаю, Паразит сыграл не последнюю роль в принятии окончательного решения. Сейчас же речь идёт далеко не о Люси, которой даже пальто я покупал, когда она моей помощницей была. Состояние Гусевых оценивается как второе в Российской империи. Артём уступает в этом только Вольфу. А природа даров твоего брата такова, что я в любом случае подыскивал бы ему пару не из дочерей кланов. И после посещения места силы это стало очевидно. Разумеется, ещё ничего не решено, но Лариса Гусева является единственной наследницей состояния своего отца, поэтому… сам понимаешь.
— Ничего себе, а по виду и не скажешь. — Я даже присвистнул.
— По Вольфам тоже при личном общении не скажешь, что они способны полмира купить с потрохами. — Отец улыбнулся.
— А мы на каком месте стоим? — я даже вперёд подался от любопытства.
— На пятом, — вот теперь отец закатил глаза. — А Ушаковы — на восьмом. Керны стоят на десятом месте, Устиновы — на двенадцатом. Рыжов — на седьмом, и этим неимоверно бесит Егора. А вот места между нами занимают вовсе не кланы. — Добавил отец.
— Что же это получается, если мы сумеем женить Ромку на Ларисе, то клан Орловых выйдет на первое место, отодвинув Вольфов? — спросил я прищурившись.
— Хм, а ведь с этой стороны я на это не смотрел, — отец покачал головой. — Ещё раз повторяю: ничего пока не решено. Не надо Рому доставать раньше времени. И тем более не нужно пугать эту девочку. — И отец подхватил Паразита на руки, и они с лёгким хлопком исчезли из клиники.
— Конечно — конечно, — пробормотал я. — Нельзя их пугать, а то ещё сорвутся, и мы так и останемся куковать на пятом месте. Такими темпами нас скоро Рыжов обгонит. А папа молодец, сначала справки навёл о Гусевых, а потом только решил посмотреть на Ларису. Не удивлюсь, если он предварительно её медицинскую карту с Наумова затребовал. — И я вернулся в палату. Посмотрим, чем всё это закончится.
* * *
Илья вылез из машины и огляделся по сторонам. Добротный дом за основательным забором. Этот ветеран проживал в ста километрах от Владивостока, и Илья решил начать с него свой поиск имени охреневшего клана Восточной империи.
 
— Ну, что тут сказать, его величество заботится о ветеранах, — пробормотал Илья, направляясь к входу.
Как только он приоткрыл калитку, на него кинулся огромный пёс, натянувший цепь. Орлов остановился и задумчиво посмотрел на рвущегося и лающего до хрипоты кобеля.
— Успокойся, а то голос сорвёшь, — посоветовал псу Илья и пустил в его сторону короткую волну несформированного в заклинание дара. Собака заскулила, мгновенно успокоившись, а затем села, неуверенно виляя хвостом.
— Да, против сыновей кланов подобная защита не работает, — от дома раздался низкий мужской голос. Илья посмотрел в ту сторону и увидел высокого, плотного мужика, одетого в старый, но вычищенный камуфляж.
— Нет, не работает, — подтвердил Орлов. — Именно поэтому в системе защиты кланов собаки исключены.
— Ну да, вы же исключительно котов держите, — мужик подошёл поближе. На лице у него была ухоженная бородка, а чёрные глаза смотрели цепко из-под густых бровей.
— Наши взаимоотношения с котами не столь просты, чтобы охарактеризовать их именно так. — Илья улыбнулся. — Если честно, то мне порой кажется, что эти коты позволяют нам за собой ухаживать и всячески баловать. За это они милостиво разрешают нам пожить на их территории.
— Это точно, — он махнул рукой. — У моей дочки кошка. Не чеширская, конечно, но такая же беленькая, как кошка дочери императора. Вот вы точно сейчас описали характер этой заразы. Вы заметили, что все девчонки с ума посходили, когда та заметка в газете появилась, где Юлия Константиновна какой-то детский реабилитационный центр открывала, который курирует. Там ещё фотография была, где она с кошкой на руках. Качество, конечно, не очень, но дети императора в журналах не снимаются, хоть так на них посмотреть. Но вот белые кошки стали дико популярны. Заводчики от барышей в обмороке до сих пор валяются.
— Можете передать дочери, что скоро фотографии Великого князя появятся в «Мужском» журнале, — улыбнулся Илья. — Информация из надёжных источников.
— О, как. Обязательно передам, — мужик улыбнулся в бороду. — А вы, собственно…
— А я, собственно, подчинённый Матвея Подорова, из службы безопасности. — Илья показал удостоверение, немного сместив палец, чтобы на удостоверении было видно всё, кроме фамилии. Мужик внимательно посмотрел на предъявленный документ. На том, чтобы особист показал фамилию, не настаивал, и Орлов выдохнул с облегчением. Всё-таки контакт с простыми людьми налаживался куда быстрее и лучше, если они не знали, что он сын правящего клана.
— Кто я, вы, скорее всего, знаете, хм… Илья…
— Можно просто Илья, — Орлов убрал удостоверение. — И нет, лично вас я не знаю. Могу только предположить, что вы Яков Аркадьевич Кретов.
— Да, это я, — он кивнул. — А какие могут быть вопросы к обычному пенсионеру у Службы Безопасности? — Не дождавшись ответа Ильи, он хлопнул себя по лбу. — А что мы во дворе стоим, проходите, — и Яков махнул рукой на приоткрытую дверь.
Расположились они в гостиной. Илья огляделся по сторонам. Да, нищими ветераны точно не были. Он это даже по дому того несчастного парализованного алкоголика заметил. Здесь же человек не опустился, и всё в доме говорило о не огромном, но достатке.
— Его величество заботится о своих ветеранах, — задумчиво повторил он о своих наблюдениях, теперь уже вслух.
— Это да, он и Егор Александрович. — Улыбнулся Кретов. — Я видел Егора Александровича в бою. Мы тогда едва держали участок границы, когда подошли регулярные части. Они сразу, выйдя из телепорта, включились в схватку, и Ушакову пришлось лично на тот свет отправить с десяток джунгар. — Он покачал головой. — Я никогда не видел больше, чтобы кто-то также двигался. Говорят, что его величество может не хуже.
— Я видел несколько раз, как сражается Константин, — Илья посмотрел на стену, обшитую деревянной панелью, а затем перевёл взгляд на Кретова. — Это было ещё в то время, когда он был только наследником клана Орловых, а вопрос о наследовании трона оставался открытым. Что я могу сказать, если бы Ушаков и Константин однажды сошли с ума и схлестнулись насмерть, я не поставил бы на Егора.