Без ума от герцога

— А потом я бы отправил Льюиса в долгое путешествие по Европе. Это обойдется тебе в кругленькую сумму, но он будет далеко от Лондона. И не сможет помешать счастью леди Стэндон.
— Джек, ты гений! — сказал Джеймс.
Из-за стола послышалось громкое фырканье.
Мысленно оборвав поток уничижительных слов будущего письма, Джеймс подозрительно взглянул на невестку:
— Вы не согласны, мадам?
Его тон насторожил бы многих, но не Миранду.
— Не совсем, ваша светлость. — Когда Миранда говорила таким официальным и почти извиняющимся тоном, это не сулило ничего хорошего.
Эта женщина никогда не извинялась.
Она подняла глаза от чашки.
— Просто вы не знаете лорда Льюиса.
— Никогда не встречал этого человека, — признал Джеймс. — Судя по всему, низкий тип. Подумать только, спекулировать детьми! Джек прав, этого типа следует выставить из «Уайтса».
— И из «Брукса», — добавил Джек.
— Точно, — согласился Джеймс.
— Вы на самом деле считаете, что этот человек начнет действовать рационально только потому, что вы ему пригрозили? Ведь он все еще является опекуном этой девочки! Пока она в его власти, он может делать все, что захочет. В том числе и отыграться на ней.
Такой сценарий застал Джеймса врасплох. Неужели человек может быть таким подлецом?
— Не вижу, почему этой леди необходимо из-за всего этого очертя голову выходить замуж. Этого лорда Льюиса можно урезонить. По крайней мере, подкупить…
Джеймс посмотрел на Миранду, которая качала головой:
— Подкупить лорда Льюиса?! Тогда отправляйтесь к леди Стэндон, как сэр Галахад, и объясните, как спасете ее одним росчерком пера. Точнее, росчерком пера Уинстона.
— Не нужно так язвить, — ощетинился Джеймс. — Это моя идея. И мои деньги. Это самый разумный план.
Миранда подняла брови.
Джеймс взглянул на Джека, ожидая, что брат его поддержит. Но ошибся.
— Да, ваша светлость, женщины любят разумных, — сказала Миранда.
Иронические нотки в ее голосе поколебали решительность Джеймса. Что сказала Миранда? Конечно, женщины любят разумных.
— Они требуют этого, Паркертон, — сказал Джек, словно бросая ему веревку, чтобы вытащить из болота. — Твой разумный план наверняка поставил бы тебя во главе ее списка.
— Я не хочу быть в ее списке, — объявил он.
Он не хотел. Но ему, по крайней мере, следовало быть там.
Неужели они этого не понимают?
— Она вздохнет с облегчением, — решительно сказал Джеймс, пока не заметил недоверие на лице Джека и то, как невестка переглянулась с мужем.
Фомы Неверующие! Что Джек знает о женщинах?
«Безумный Джек Тремонт?! Да уж побольше тебя!»
Поскольку оба не высказали одобрения, Джеймс уже менее решительно продолжил:
— Полагаю, она будет благодарна. Она увидит меня таким, какой я есть.
Джек и Миранда переглянулись.
— Хочешь, чтобы она таким тебя видела? — спросил Джек.
— Почему бы и нет? Я прежде жалоб не слышал, — заявил он, пытаясь принять внушительную герцогскую позу, но оказалось, что в сюртуке Джека это затруднительно.
— А кто посмел бы жаловаться? — заметила Миранда.
Джеймс стиснул зубы. Да. Это правда. Честно говоря, он не думал, что кто-нибудь, за исключением Миранды и время от времени его дочери Арабеллы, возражал против его планов или намерений.
Но это не удержит его от того, чтобы бросить вызов предположениям невестки.
В конце концов, он герцог Паркертон.
— Итак, леди Джон, — сказал он, использовав самое официальное обращение, — поскольку у вас, кажется, масса собственных выводов и вы представительница слабого пола, спрашиваю ваше мнение. Что вы думаете о моем плане?
Миранда встала из-за стола, расправляя юбку. Затем подняла глаза и твердо выдержала его взгляд.
— Мое мнение, ваша светлость? Вас интересует мое мнение?
Следовало бы заметить, что в этот момент Джек ретировался из-за стола.
— Да, мадам, я хотел бы выслушать ваше мнение.
Миранда улыбнулась:
— Полагаю, графу Клифтону следовало ударить вас посильнее.
— Все в порядке, — объявила Люси Стерлинг, ныне графиня Клифтон, входя в гостиную. — Томас Уильям останется здесь. Он не позволит лорду Льюису сунуться в этот дом.
 
Элинор с облегчением вздохнула, поскольку огромный слуга Люси мог одним мрачным взглядом отразить нашествие французов. Суровый нрав плюс репутация Томаса Уильяма удержит ее отчима в рамках.
Пока.
Выпив чашку чая, Люси устроилась на диване. Новоиспеченная графиня прибыла за своими вещами в тот момент, когда мистер Сент-Мор уходил.
— Ой, Элинор, я чуть не забыла. Что он здесь делает?
— Он? — переспросила Элинор. — А, ты имеешь в виду мистера Сент-Мора.
— Да, Люси, ты дурно влияешь на окружающих, — вступила в разговор Минерва. — Элинор намерена сделать его своим любовником.
Бедняжка Элинор чуть не подавилась чаем.
— Боже милостивый! Минерва, у меня и в мыслях ничего подобного не было.
— Тогда понятно, почему на Элинор это платье, — подмигнула Минерве Люси. — И прическа. Она просто великолепна. Но кто этот мистер Сент-Мор? — Она переводила взгляд с одной подруги на другую.
— Люси, видно, скоропалительное замужество повлияло на твою память, сказала Элинор. — Ты встречалась с мистером Сент-Мором вчера. Он был здесь, чтобы уладить твои дела с графом. Его прислал Холлиндрейк. Он еще был в холле, когда ты умчалась, и я наняла его.
Люси как раз потянулась за чашкой, чашка стукнула о блюдце, и чай расплескался.
— Встретив вчера в холле Сент-Мора, ты наняла его с определенной целью? — медленно, тщательно подбирая слова, спросила она.
— Помочь мне выбрать герцога, за которого стоит выйти замуж.
Глаза Люси округлились. Как ни пренебрегала она светскими условностями, Элинор ее явно шокировала.
— Что с тобой? — удивилась Элинор.
— Я ей говорила, что тетя Беделия эту идею не одобрит, — заметила Минерва.
— Это прекрасное решение, — резко заявила Элинор, хотя не была уверена, что это так.
Она вручила Сент-Мору список, он развернул его, прочел, после чего повел себя весьма странно.
— Сэр, что-нибудь не так?
— Не так?
— Да. Я имею в виду список. Вы сможете снабдить меня информацией о герцоге Лонгфорде и герцоге Эйвенбери?
Он кивнул, затем посмотрел на нее, и она ощутила тяжесть его взгляда. Дрожь пробежала у нее по спине, Элинор вспомнила совет Минервы сделать его своим любовником и представила себя в его объятиях.
— Вы уверены, что никого не хотите добавить в этот список? Других герцогов? Других джентльменов? — спросил он.
«Кроме вас — никого», — хотела она сказать, но ответила:
— Нет, никого.
Брови у него нахмурились, костяшки пальцев побелели, когда он стиснул в руке бумагу. Затем он поднялся, будто собирался покинуть дом.
Элинор подумала, что в этот момент он походил на пирата, хотя и безумного, но готового к битве. С чем? Она не могла вообразить.
«Не позволяй ему уйти», — мелькнула мысль.
Его брови сошлись на переносице, Элинор была убеждена, что он собирается сказать что-то очень важное…
— Элинор! — вырвала ее из мечтаний Минерва. — Люси задала тебе вопрос.
Ее ресницы затрепетали, она вернулась к реальности.
— Извини. Что?
— Этот мистер… — начала Люси.
— …Сент-Мор, — подсказала Элинор.
— Да-да. — Люси похлопывала себя по подбородку. — Этот мистер Сент-Мор собирается навести справки для тебя?
Элинор кивнула:
— Он приходил сегодня утром обсудить детали.
Хотя он ушел раньше, чем представилась возможность обсудить это. Да он буквально вылетел за дверь, когда она вручила ему список.
— Почему ты решила, что он может это сделать? — спросила Люси.
— Он ведь помог тебе?
Люси кивнула.
— Что произошло вчера, после того как я ушла?
— Я вошла и нашла его в холле совершенно растерянным. Люси, нельзя бросать визитера в гостиной, предоставив его самому себе.