Без ума от герцога

— Не думаю, что содействие мистера Сент-Мора шокирует твою тетю, — заявила Элинор, впервые взглянув на стол, за которым завтракала ее сестра, явно увлеченная романом, вероятно французским, оставленным в доме сестрой герцогини Талией или ее кузиной леди Филиппой. Видя, что внимание и неослабное любопытство Тии занято чем-то другим, она вытащила из кармана книгу. — Разве она сама не сказала, что мы должны использовать все возможные ресурсы?
У Минервы глаза округлились при виде знаменитой «Холостяцкой хроники» герцогини Холлиндрейк, подробной энциклопедии достойных холостяков королевства, на составление которой герцогиня в свое время потратила годы.
— Ох, Элинор! Нет! Только не говори, что искала мужа в этой ужасной книге.
Элинор наклонилась к книге.
— Искала. Не стану отрицать. Я составила список. — Она кивком указала на листок, выглядывающий из страниц.
Именно это она делала прошлой ночью: читала книгу от корки до корки в поисках подходящих герцогов и даже маркизов. Прочитав потом светскую хронику в недавних выпусках «Морнинг пост» и выяснив, кто из них сейчас в Лондоне, она смогла составить список, увы, скромный.
Кто знал, что герцоги такой редкий товар?
— Позволишь? — спросила Минерва.
Кивнув, Элинор вытащила вложенный между страниц листок и подала ей, затаив дыхание.
— Боюсь, не смогу добавить о них больше, чем ты почерпнула из «Хроники», — сказала Минерва. — Я не имею желания заводить нового мужа, поэтому и не искала кандидатов. — Она снова взглянула на список и покачала головой. — Возможно, этот мистер Сент-Мор способен помочь, — признала она, хоть и покровительственным тоном. — Это зависит от того, насколько он респектабелен и так ли высоки его связи, как он говорит.
— В том-то и проблема, — призналась Элинор. — Я не уверена, что он полностью респектабелен. — Помолчав, она понизила голос. — Не знаю, о чем я думала, когда просила его помочь. Но я за второго Эдварда не выйду.
— Я знаю, о чем ты думала. — Тия оторвала глаза от книги.
— Прости, что? — спросила Элинор.
— Я знаю, почему ты наняла мистера Сент-Мора, — сказала Тия. Она отложила книгу и, прежде чем Элинор успела остановить ее, заявила: — Потому что мистер Сент-Мор очень красивый.
Элинор густо покраснела, Минерва приложила салфетку к дрогнувшим губам.
Тия взглянула на сестру:
— Ведь поэтому ты надела шелковое платье? И так долго возилась с волосами. Ты встретишься с ним сегодня утром?
— Тия! — воскликнула Элинор. — Тебя ждут уроки.
Фыркнув, ее сестра взяла книгу, поднялась и направилась к двери.
— Да, поэтому! — сказала она.
Минерва ждала, пока шаги девочки не стихли на следующем этаже.
— Он действительно…
— Что «он действительно»? — притворившись, что не понимает, сказала Элинор.
— Мистер Сент-Мор действительно так красив, как сказала Тия? — Потянувшись к чайнику, Минерва налила обеим чаю.
Элинор прикрыла глаза.
— Боюсь, что да.
Минерва наклонилась еще ближе и прошептала:
— Ты сделаешь его своим любовником?
— Минерва! — возмутилась Элинор, ее ресницы взлетели вверх, она снова покраснела.
Первая леди Стэндон пожала плечами, словно в ее вопросе не было ничего шокирующего, но понизила голос:
— Должна признаться, что с тех пор как Люси рассказала нам о… о… — Теперь покраснела Минерва. — Гм… что это вовсе не тяжкая обязанность…
Муж Минервы Филипп Стерлинг был таким же грубым и отвратительным, как его брат Эдвард.
— Да-да, я знаю. — Элинор наклонилась над чашкой. — Я тоже об этом думала. Я даже видела во сне мистера Сент-Мора.
Ну вот, она произнесла это вслух и вздрогнула, потому что представила себе, как он выходит к ней из тени, обнимает ее и целует.
Могло ли быть такое в действительности?
У Элинор было мало опыта в этом деле. В конце концов, она была замужем за Эдвардом Стерлингом. А свое легендарное мастерство в постели он никогда не тратил на жену.
И на любую другую женщину, если на то пошло. У него были совсем другие предпочтения.
Минерва откинулась в кресле.
— Должно быть, он действительно очень красив.
 
Элинор покачала головой:
— Не так, как ты думаешь. На самом деле он довольно дерзок. У него самый отвратительный сюртук и подбитый глаз.
— Правда? — Минерва разглаживала салфетку. — Но как мог такой мужчина оказаться столь… столь достойным?
— Не знаю. Просто потому, что он не такой, как все, кого я встречала. — Она рассмеялась. — Он помог щенкам появиться на свет. В чулане!
— В чулане? Как необычно! Сомневаюсь, что ты увидела бы герцога Лонгфорда в чулане.
— Уж конечно, нет, — согласилась Элинор, припомнив озорную улыбку Сент-Мора. Когда появился последний щенок, синие глаза поверенного искрились, как у пирата, добывшего сокровище.
— Плохо, что ты должна выйти за кого-нибудь знатного. От лорда Льюиса нет никаких вестей?
Элинор покачала головой:
— После последнего письма — нет.
В грубой форме отчим приказывал Элинор вернуть Тию.
Скорее всего, чтобы выдать ее за какого-нибудь стареющего распутника, как много лет назад поступил с Элинор. С Тией он такого не сделает. Этому не бывать, пока Элинор жива. Но пока лорд Льюис опекун Тии, девочка в опасности.
Не всегда так было. Пока Элинор была замужем, опекуном был ее муж, но когда лорд Стэндон умер, опекунство вернулось к лорду Льюису. И последние пять лет Тия его совершенно не интересовала. Но через несколько недель ей исполнится пятнадцать, и отчим тут же о ней вспомнил.
Поэтому когда зазвенел колокольчик, Элинор вскочила.
— Сомневаюсь, что это он, — сказала Минерва. — Для таких, как лорд Льюис, еще слишком рано.
Элинор замерла, чтобы успокоить заколотившееся сердце. Да, Минерва права, лорд Льюис раньше двух никогда не поднимается. Но все-таки… Черт бы его побрал! Ее ужас охватывает всякий раз, когда звенит колокольчик.
— Наверное, это твой мистер Сент-Мор. — Минерва кивнула на каминные часы, которые вот-вот пробьют час.
При упоминании о том, что Сент-Мор рядом, сердце Элинор забилось по-иному… и, должно быть, это отразилось у нее на лице.
— Ты прекрасно выглядишь, — прошептала Минерва. — Он будет очарован.
— Не в этом дело, — ответила Элинор.
Колокольчик снова звякнул. Миссис Хатчинсон, экономка, громко ворчала у двери, что ее заставляют «бегать взад и вперед из-за какого-то посыльного».
Элинор повернулась к Минерве.
— Я не нанимала мистера Сент-Мора для того, чтобы найти любовника или обожателя. Я наняла его, чтобы выяснить, кто из этих герцогов наиболее респектабельный. У меня нет времени на любовника.
— Я не была бы так уверена, — сказала ей вслед Минерва. — По словам Люси, тебе нужна только одна ночь.
Джеймс сделал именно то, что советовал Джек: снова надел этот чертов сюртук, попросил Ричардса не чистить сапоги, чем невероятно шокировал камердинера, и пошел — да, пошел! — на Брук-стрит.
Внять совету сумасбродного братца! Куда катится его мир? Ни к чему хорошему, решил Джеймс, сообразив, что приезд в Лондон стал его первой ошибкой.
Джеймс остановился на углу, чтобы сориентироваться. С многолюдных тротуаров Лондон казался совсем иным, чем из удобной и роскошной герцогской кареты.
Не то чтобы он возражал против прогулок. В провинции он делал это постоянно — бродил по своим владениям, радовался видам и звукам, свора борзых прыгала вокруг него. Но в городе… это бесконечно потрясет общество, если кто-нибудь заметит, что герцог Паркертон бредет по улице, словно какой-нибудь торговец.
Но в пешем ходе есть значительное преимущество, решил он. Это давало ему время составить речь.
Гм… «Леди Стэндон, боюсь, я вчера поспешно согласился на ваше предложение. Учитывая текущие обязательства, боюсь, я не смогу помочь вам…»
О Господи! Теперь он даже говорит как какой-то напыщенный простолюдин! Он проклинал сюртук Джека — этот дурно скроенный кусок шерсти делал его совершенно заурядным.