Магия предназначения (СИ)

- Я не убивала Энриуса, - женщина, которую я прозвала ведьмой, заговорила ровным тоном. – Он покончил с собой, но настойку белладонны взял у меня. Это моя единственная вина.
- А как насчет моих похищений? Это вы в свои грехи не записываете? – спрашиваю возмущенно, мне придает уверенности рука Калеана, в которую вложена ладонь.
Мы уже стоим в вертикальном положении на холме. Дейрус поддерживает мать, Нотрилы стоят за моей спиной.
- Я бы сказала, что мне жаль, но не могу, - Семира говорит с болью.
- Все, я думаю, мы закончим на этом, - Калеан прервал диалог, в котором мы зашли в тупик, а дальше обратился ко мне мысленно: - Я расскажу тебе обо всем дома.
Остальным старший Нотрил раздал указания, и мы переместились домой. Не могу передать словами, как я рада быть здесь, но уже не в пустом одиночестве, а с Калеаном.
Набрасываюсь на мужа, пытаюсь обхватить за широкие плечи, но мне удается лишь прижаться к груди. Льну к своему мужчине со всей любовью, глажу по спине, слегка всхлипываю. Он отвечает мне такими же объятиями, разве что чуть сильнее меня сжимая, чем мне бы этого хотелось.
- Полегче, Калеан, - поглядываю снизу на лицо, по которому я так скучала.
- Прости, любовь моя, - теперь он говорит это не вынуждено, а с удовольствием, - я так скучал по тебе.
- А я по тебе.
Тянусь к родным губам, они приближаются ко мне сами. Закатываю глаза от неимоверного удовольствия. Меня целует любимый муж. Счастье наполняет все мое тело, углубляется в душу, залечивает больные места.
- Калеан, что с ней будет дальше? – возвращаюсь к стычке на холме.
- Дейрус устроит ее в лечебницу.
- А если она снова будет нападать на меня?
- Это маловероятно, Эни, - вижу, что муж хочет перейти от разговора к любовным ласкам, но продолжает отвечать на мой вопросительный взгляд: - Ей осталось жить не так долго. Может месяц или два. Дейрус позаботится о ней.
- Я поняла, что он просил тебя не навредить матери, поэтому ты так много времени там провел.
- Да, Эни, - нетерпеливо водит по моему телу руками. - Ты же понимаешь, что я накажу тебя за то, что ты ослушалась моего приказа? – он говорит без смеха в голосе, а твердо и властно, отчего по моему телу пробегает стая мурашек.
- Сначала я тебя накажу за то, что ты меня оставил, - вкладываю в слова обиду, хотя в реальности этого не чувствую, слишком рада его видеть.
- И как ты меня накажешь? – его темные брови игриво вздернулись.
- Буду терзать тебя сексуальными пытками, пока ты не пообещаешь больше так не делать, - оглашаю вердикт.
- Давай сначала я тебя накажу, а уже после перейдем к твоему наказанию, - лукаво усмехается, - накажу тебя раза три, а потом ты меня.
- И даже маленький Калли не сможет смягчить моего наказания? – на этот раз я играю глазами, а губы расплываются максимально широко.
- Я не понял. Ты о чем?
Смотрю внимательно в глаза мужа, сощуриваю свои. Пытаюсь понять, он шутит или правда ни о чем таком не догадывался.
- Я о маленьком Калли говорю, - обращаюсь к мужу мысленно, одновременно кладу его руку на свой живот.
- О, Боже, Эни!
- Ты что об этом не знал? Мы решили, что ты поэтому и пошел к ведьме, - вообще-то так сказал Элим, но я приписала догадку сразу всей семье.
Калеан закрыл лицо ладонями, присел на край кровати, притянув и меня на свои колени. Сидим молча, он зарывается лицом в мои волосы, втягивает их аромат. Боюсь, что он сейчас начнет всхлипывать, как ребенок, но он держится, хотя и не может говорить даже мысленно.
- Я не знал, - выдавил из себя спустя десять минут, - я не знал, Эни. Думаешь, я позволил бы тебе кататься на той здоровенной божьей коровке, если бы знал об этом? О маленьком Калли, - последнее произнес приглушенно.
Вместо слов у нас объятия. Мне приятно, хотя и ожидала чего-то более страстного. До упоминания о пополнении в нашей семье чувствовала, как Калеан возбужден, член, будто каменный, впивался в меня, а теперь он притих, нет твердого оживления, которого мне так хочется.
- Когда ты уже перейдешь к наказаниям? – говорю со смешком.
 
- Эни, я теперь и не знаю, как мы это сделаем. Там же маленький Калли.
- Неужели я слышу в твоем голосе страх? – издеваюсь по-доброму, а сама усаживаюсь на мужа сверху, заставляя его прилечь поперек кровати. Опускаюсь к губам, нежно целую. – Почему у тебя нет щетины?
Он думает совсем о другом, мыслями витает где-то далеко. Наверное, представляет себе, каким будет наш ребенок. Эта новость его здорово вывела из равновесия. Отдергиваю его, заставляя ответить.
- Когда ты успел побриться?
- Эни, я никогда не бреюсь. Просто перемещаю выросшие волосы в мусор и все.
- Хмм, - такое объяснение мне не пришло в голову, но звучит вполне логично, - а можешь и мне такую эпиляцию сделать в зоне бикини?
Он смеется. Я вообще-то серьезно. Никогда не думала, что магию можно применять таким образом. Но это же гениально!
- Так вот почему у тебя в паху нет волос! – блеснула догадливостью, хотя и с запозданием.
- О, Господи, я не могу поверить, что у нас будет ребенок, - Калеан смотрит в потолок, и уже слабо замечает мои попытки заинтересовать его собой. Кажется, в этот раз ничего не получится. Он слишком впечатлен.
***
После душа и горячего обеда я снова узнала своего сексуально активного мужчину. С нетерпением он переместил меня в спальню, моментально лишив одежды и возможности сопротивляться. Я, конечно, не особо пыталась это делать, но от неожиданности слегка дернулась.
- Ох, Эни, как я тебя хочу, - шепчет на ухо и быстро продвигается губами вниз.
- И я тебя, - отвечаю дрожащим голосом, только сейчас осознавая, как мое тело скучало по его прикосновениям.
Калеан раздвигает мои ноги нетерпеливо, но бережно. Я бы предпочла наказание сзади, но он осторожничает, поглаживает меня мягче, чем раньше, боится навредить мне или маленькому Калли, присутствия которого в моем теле еще не видно.
Чувствую, как член упирается в бедро, он сейчас стальной, от этого завожусь еще больше. Руки Калеана поглаживают мои ягодицы, слегка сжимают, губы обхватывают поочередно соски, язык дразнит ареолы. Я извиваюсь от мужских прикосновений, отвечаю на ласки, постанываю, намекаю, как я жду его внутри. Я ведь теку с тех самых пор, как его рука легла на мою талию еще там, на холме.
Поглаживаю рельефную мужскую спину, опускаю ладони к пояснице, к ягодицам, тяну их на себя, раскрывая навстречу бедра. Он давно понял, чего я жду, но продолжает подразнивать, хотя сам горит от нетерпения. С наших губ слетают взаимные признания в любви, мы утопаем в нежности и ласке.
Наконец-то член проникает между моих ног, погружается постепенно, медленно, но напористо. Я чувствую всю его железную твердость, принимаю его насколько возможно. Ощущаю, как он заполняет меня всю. Где-то в глубине головка упирается в тупик, от чего хочется вскрикнуть. Калеан ускоряет движения, и я уже постанываю на каждый толчок. Ногами обхватываю его спину, подкручиваю ягодицы, чтобы он еще глубже входил в меня. Из его груди тоже вырываются стоны, это пробирает тело до мурашек. Мне приятно чувствовать в его голосе удовольствие.
Калеан остановился, вызвав у меня разочарованный вздох, но в следующую секунду я поняла, что это еще не все. Он посадил меня на себя сверху, опершись спиной о подушки, выставленные в основании кровати. Теперь я руковожу процессом, и это доставляет мне немалое удовольствие. Я насаживаюсь на член, мягко скольжу по нему, делая ритмичные движения ягодицами вверх-вниз, синхронно постанываю. Я принимаю член даже глубже, чем Калеан смел его вставить. По телу пробегает дрожь, мы уже вдвоем содрогаемся, ожидая кульминации. Мужские руки подхватывают меня, приподнимают и опускают, я чувствую себя невесомой. Сижу на своем мужчине сверху, упираясь руками в твердую грудь, ощущаю стальной член внутри, но контроль снова перешел к нему. Все движения страстные, сильные, без промедлений. Я понимаю, что вот-вот взорвусь, в его глазах читаю те же чувства.