Снежинка для лютого (СИ)

Я так погружаюсь в себя, что даже не вижу моего Марата, который находит меня. Меня и мое заплаканное лицо, в некоторых местах засохла кровь. Он ничего не спрашивает, а подлетает к Арсу, беря его за свитер и впечатывая в стену, тот только ойкает. А потом мощный кулак мужчины встречается с лицом парня. Следующий удар приходится по животу, и я понимаю, что Марат сейчас просто убьет его.
Мне срочно нужно что-то сделать!
И тут я словно выныриваю из воды, чувства обостряются, боль в руке становится еще сильнее. Но я не обращаю на это внимание. Я бегу к моему мужчине, пытаясь остановить его.
– Марат! Это не он, слышишь! – кричу, голос хрипит, однако я надрываю его из последних сил. Сейчас мне важно, чтобы любимый меня услышал.
Мой мужчина как будто не слышит меня и видит противника на ринге, которого нужно уничтожить. Но противник уже не отвечает, только хрипит, не в силах что-либо сказать. Силы не равны.
– Марат! – опять кричу, все же пытаюсь достучаться до него. – Посмотри на меня, это не он!
Мне приходится рискнуть и броситься к мужчине, схватив его за руку. Почти подставляю себя под удар. И тут Марат останавливается, тяжело дыша, его темные голубые глаза начинают немного проясняться, словно он выходит из своего состояния, принимается соображать.
– Его уже отвезли в участок, полиция уехала совсем недавно, – тихо говорю я, приближаясь к Марату, вспоминая то что тут происходило
Он смотрит на меня, а потом притягивает к себе. Первый раз вижу в его глазах страх. Страх за меня. Становится очень приятно на душе, закрываю глаза и дышу им. Мой страх уходит, тает, как и лед в сердце. Теперь я знаю, что все будет хорошо. Мой мужчина излечит меня и отгонит все страхи.
Марат еще больше прижимает меня к себе, надавливая на руку от чего, я вскрикиваю.
– Больно? – мужчина хмурится, тихонько ощупывая мою руку, и я все больше вижу, как тот начинает злиться.
– Немного, – вру я. Мне больно, и это тупая боль.
– Нам нужно срочно в больницу, – тянет за собой.
Но я вспоминаю про Арса. Парень тяжело дышит, держась за живот. Его лицо в крови, и ему тоже срочно нужно в больницу.
– Нет, он не поедет с нами, вызовем скорую, – словно читает мои мысли Марат, уже набирая номер.
– Не нужно, их уже вызвали, – хрипит парень, усмехаясь, а потом морщится. – Застряли, наверное. Пробки, все дела…
У входа уже слышно много голосов. Скорее всего, уже приехал ректор, узнав про инцидент. Сейчас будет много вопросов, на которые я пока не хочу давать ответ. Не хочу вспоминать. Прячусь за большую спину моего мужчины.
– А вы кто?! – впереди всех идет солидная женщина, смотря на Марата и при этом хмуря брови.
– Лучше займитесь вашим студентом, – только и бросает ей Марат и снова тянет меня за собой.
Сейчас он слишком опасен, от него так и веет аурой агрессии. Поэтому надвигающаяся толпа словно чувствует это и сама расходится.
Мы проходим между людьми, стараюсь не смотреть на знакомые лица. Все – завтра. Сегодня я хочу просто забыть этот день. Забыть то, что было. И почувствовать себя защищенной в объятиях моего мужчины.
Моего Марата.
  
Глава 16
 
– Я вколол вам успокоительное, а также вам нужен полный покой. Если будут беспокоить какие-либо боли, то, думаю, лучше тут же приехать ко мне, – тараторит врач, смотря на меня с опаской.
Виктор знает меня давно, еще когда я выступал на ринге. Это тот, кто будет зашивать тебя молча посреди ночи. Делая вид, что ничего не происходит, и это обычный вызов. И плевать, что все происходит в не домашних условиях, а в тесной подсобке с одной лампой над головой. Большие деньги делают нужных людей слепыми и глухими одновременно. Но надо отдать должное Виктору: он делал свою работу профессионально. И отрабатывал то, что ему дают.
Я давно не был у Виктора, я с этим завязал, но сейчас понимал, что, если приведу Снежинку в обычную больницу, начнется много ненужных вопросов и разбирательств. А мне это не нужно, я хотел поквитаться с мразью сам. Своими методами.
 
– Хорошо, Виктор, мы поняли, – твердо говорю я.
– Но все же может девочку оставить на один день в нашей клинике? – все же смотрит на меня Виктор, по глазам вижу: боится. – Мало ли…
Смотрю на мою Снежинку, а она на меня с мольбой. Не хочет проводить даже день в белой палате. Мне бы настоять, ведь это для ее блага. Но когда она смотрит на меня так, я просто не могу ничего поделать. Словно меня клинит, и становится откровенно похуй, что Настя хочет, будь это просто обычный поцелуй или достать звезду с неба. Мне абсолютно наплевать – я сделаю все, чтобы ей было хорошо, и чтобы Снежинка была счастлива.
– Нет, Виктор, – качаю головой. – Только домой. Если что, я тебя вызову. И ты должен приехать незамедлительно, адрес знаешь. Оплата хорошая.
При последних словах мужчина сразу же встрепенулся. Все же деньги его привлекают больше, чем врачебный долг.
– Ну можно так, без проблем, – пожимает плечами как ни в чем не бывало, словно не он минуту назад уговаривал оставить Настю в клинике.
Усмехаюсь: деньги решают все.
– И это… – киваю на карточку, где мужчина записал весь прием. – Никто об этом не должен знать. Если вдруг понадобится, чтобы это появилось, тогда я скажу.
– Да, да, конечно, – как оловянный болванчик, соглашается Виктор.
Думаю, этого даже не понадобится. Аккуратно помогаю Снежинке встать, и мы отправляемся к выходу из клиники.
– Хочу домой, – тихо говорит она мне, прижимаясь сильнее, словно ищет защиты и тепла.
А мне хочется снова сжать кулаки, рвать и метать. Не уберег! Не проследил! И сейчас моя девочка напугана и все еще не может прийти в себя.
Как только увидел ее там, напуганную и зареванную, то словно красная пелена застелила мне глаза. Кто!? Кто посмел прикоснуться?! Кто посмел обидеть?!
Увидел с ней парня и, даже не думая, начал с него. Подумал, что он виновник. Даже не разобрался в ситуации, всю свою ярость выплеснул на того человека. Понял, что что-то не так, лишь когда услышал крик Снежинки и ее мольбу остановиться. Не с первого раза, конечно. Это тяжело сделать, когда ты видишь цель, своего соперника, который посмел обидеть что-то твое. Твое сокровище. Тогда бой превращается в бой без правил. И неважно, равны вы или нет. Это теперь не имеет смысла.
Мне тяжело было остановиться, парень хрипел и истекал кровью, но был жив. Даже усмехнулся, и я вспомнил, где его видел. Он был одногруппником Снежинки, одним из тем, кто был виновен в том, что она сбежала.
Только через некоторое время я понял, что виновник не он, а тот другой. Смазливый блондин, даже тогда я его уже ненавидел, но сдержался, ведь Настя просила, да и марать руки об ублюдка не хотелось, а зря. Тогда бы ничего этого не произошло, тогда бы я не ощущал себя так паршиво, как сейчас.
– Хорошо, поедем домой, тебе нужно поспать и отдохнуть, – как можно спокойнее произношу я, выруливая с парковки частной клиники.
Но Снежинка словно чувствует, что я что-то задумал, сама прикасается к моему лицу, вынуждая остановиться на перекрестке.
– Ты обещаешь, что не натворишь глупостей? – спрашивает она требовательно. – Его все равно накажут, полиция уже взяла Ника.
Усмехаюсь: «Снежинка, ты слишком наивная, деньги могут прикрыть рты даже полиции. И мразь уйдёт безнаказанной, продолжая дышать тем же воздухом, что и моя малышка, продолжая находиться рядом с ней».
А я не могу допустить этого.
– Я не защищаю его, если что, – сразу же поспешно сказала девушка, думая, что я буду ревновать. – Просто боюсь за тебя, я знаю, что его родственники – непростые люди, и вдруг он пойдет против тебя… А я не хочу потерять тебя… Ведь я потом не смогу жить…
Последние ее слова как будто врезаются в мое каменное сердце, которое очень давно было таким. А моя Снежинка оживила его, и она каждым своим словом, каждым поступком доказывает, что мое сердце живое и может стучать. Работать только для нее.