Северная граница (СИ)

Сместившись на пару метров в сторону, на что было потрачено секунд тридцать-сорок, Олег принялся накладывать на себя чары магического допинга: нечувствительность к боли, повышенную свертываемость крови, ускорение реакции, повышение силы мускулов и дополнительную эластичность связок. Если его контроль и не полностью восстановился, то находился уже на вполне достаточном уровне, чтобы пользоваться привычными связками заклинаний, превращающими тело одаренного в машину для убийства, способную в своей эффективности посоревноваться с големом, нежитью или каким-нибудь магическим мутантом. Внимательно прислушавшись к своей интуиции и обозрев окрестности магическим зрением, способным замечать скопления энергии и ауры даже через умеренно толстые материальные преграды, боевой маг не обнаружил ничего подозрительного за исключением стоящего почти прямо над ним мужчины лет тридцати или тридцати пяти, а потому осторожно погреб на поверхность, расшвыривая брусчатку. Но стоило лишь его голове подняться из земли и взглянуть на дневной свет, как этот самый свет немедленно заслонило нечто летящее. Причем летящее не куда-нибудь, а прямо в голову чародею. Правда, от прямого попадания Олега спас шлем, создавший перед лицом владельца надежный барьер. Об эту пелену и разбился снаряд…Или скорее взорвался, учитывая как много его частичек разлетелись в разные стороны, наполняя воздух пылью и мягко кружась.
— Что за фигня тут вообще происходит?! — Спросила вылезшая из-под земли и поэтому не слишком-то чистая бронированная голова волшебника, которую теперь еще и перьями присыпало. Снарядом, едва не влетевшим Олегу в лицо, являлась преогромнейших размеров подушка, набитая перьями, а вопрос волшебника был адресован случившемуся рядом мужичку в драном кафтане, прижимающему к груди большое лукошко с яйцами, словно величайшую на свете драгоценность.
— Ааа! — Тоненьким тенором заверещал яйценосец, роняя свою ношу на землю. Причем делая это так, что будущие цыплята, которым теперь родиться стало уж точно не суждено, еще в полете разлетелись во все стороны, в том числе и на выступающую из-под земли часть Олега. Магический барьер, создаваемый шлемом, активировался и сразу же угас, но реакция опытного боевого мага оказалась на высоте. Смесь из перьев, белка, желтка и осколков скорлупы, которая должна была пролиться ему на лицо, оказалась силой мысли отброшена в сторону. — Подземные жители восстали! Нелюдь рвется из катакомб!!!
— А разве в этом городе есть катакомбы? — Искренне изумился Олег, провожая взглядом улепетывающего обывателя. Чародей довольно долго изучал планы защиты Ростова-на-Дону в ту пору, когда штурм его неприятелем был весьма вероятен, и никаких заслуживающих особого внимания подземных сооружений под ним на картах отмечен не было. А если бы были, но тайные, их бы наверняка обнаружили после штурмов, когда тяжеленные дредноуты продавливали своими килями почву, а воронки от взрывов крупнокалиберных снарядов в иных местах достигали пары-тройки метров глубины. Подобные нагрузки на свою крышу не всякое полноценное бомбоубежище выдержать сумело бы, не говоря уж о накопанных черти кем и непойми как подземных норах. — И все-таки, а что здесь происходит-то?
Рядом с чародеем на землю шмякнулась еще одна подушка, только на сей раз она не разорвалась на кусочки, а осталась более или менее целой, ну может треснув в паре мест. А та штука, которой изначально Олега придавило и загнало под землю, оказалась кроватью. Хотя обычная повседневная мебель в этом монстре, способном уместить на себе зараз небольшой восточный гарем вместе с его стражниками, угадывалась с трудом. Четыре метра в длину, четыре в ширину, матрас достаточной толщины, чтобы под ним можно было от обстрела прятаться ибо далеко не каждый осколок подобной толщины перину пропорет, дополнялся монолитным основанием из какого-то дерева, несущим на себе явно магического вида руны и затейливого вида орнамент, изображающий переплетенные меж собою цветы разных размеров и форм. Окончательно выбравшись наружу и устремив взгляд в ту сторону, откуда раздавался грохот, стрельба и вопли, чародей обнаружил длинное здание какого-то склада, в котором кто-то с кем-то весьма активно воевал. Да так, что стены дрожали! А местами и рушились. Прямо на глазах у Олега что-то ударило в одну из них с достаточной силой, чтобы пара десятков кирпичей покинула свое прежнее место и выпали на землю. А мгновение спустя крышу строения пробило толстое мягкое кресло, оказавшееся куда прочее балок и черепицы, а после вознеслось на высоту полусотни метров, прежде чем по пологой дуге стремительно улететь к земле не хуже снаряда, выпущенного из осадного требушета.
 
— Влезать иль не влезать, вот в чем вопрос, — раздраженно пробормотал себе под нос чародей, вытряхивая землю из своей одежды при помощи рук и телекинеза. С одной стороны, ему своих проблем хватало, чтобы еще и с чужими разбираться. А с другой, пусть свалившаяся на голову тяжеленная кровать ему особых проблем не доставила…Ну так это ему. Кого другого, не обладающего возможностями одаренного четвертого ранга и защитными амулетами, компенсировавшими набранный чьей-то постелью, подобный подарочек вполне мог пришибить на месте. И на попытку размазать его по брусчатке исполинской кроватью, пусть даже данное происшествие, скорее всего, носило случайный характер, Олег искренне обиделся. Пусть даже не настолько сильно, чтобы кого-нибудь зарубить или сжечь живьем в соответствии с правилами хорошего тона среди одаренных данного мира. Но переломы рук, запускающих в полет неуправляемые снаряды мебельного происхождения, совсем другой разговор!
Изнутри здания, в котором бушевала отнюдь не шуточная битва, раздался отчаянный детский визг. И дар оракула подсказал чародею, что в своих предположениях он не ошибается, и источником звука действительно служит напуганная до глубины души маленькая девочка, которой еще и пяти лет не исполнилось. И вопит она потому как её пытались убить и почти достигли успеха. Выругавшись про себя, боевой маг взмыл в воздух, направляясь к дыре в крыше склада, проделанной то ли почти раздавившей его кроватью, то ли еще какой мебелью, запущенной в поле пока волшебник не смотрел по сторонам. К еще большему неудовольствию Олега, рассчитывать в данный момент он мог только на себя. Стражей правопорядка в зоне видимости не наблюдалось, как и почти в любой другой момент, когда они были действительно необходимы. Случайные свидетели, в силу недавних военных действий почти поголовно вооруженные как минимум большими ножами, стремительно прятались кто куда, явно не намереваясь влезать в разборку тех кто не стесняется среди бела дня использовать могущественную магию и то ли гранаты, то ли мелкокалиберную артиллерию. Ну а те члены экипажа, которых Олег взял с собой, остались проверять товар торговцев рыбой и навьючивать его на прихваченных с собою автоматронов. Капитан «Тигрицы» решил не ждать, пока они закончат с работой и добраться до корабля самостоятельно, чтобы сэкономить из своего расписанного едва ли не по минутам рабочего графика хотя бы полчаса…Но видимо сама судьба, действующая при помощи каких-то разбрасывающихся мебелью отморозков, была резко против того, чтобы он хотя бы сегодня смог немного отдохнуть.
— Всем стоять! Вы арестованы за нападение на офицера! — Проорал залетающий через дыру чародей, который действительно имел право расценивать обрушившийся на него тяжелый предмет как попытку убийства, а потому со стороны закона был относительно прикрыт…Если, конечно, кроватями тут не разбрасывался кто-то еще более вышестоящий.
 
— Свали отсюда, урод! — В не успевшего толком осмотреться по сторонам боевого мага полетел шкаф, который явно был создан тем же плотником, что и монументальное ложе. И цвет такой же, и резьба, и габариты, позволяющие успешно спрятать внутри трехметровой высоты коробки человек девять-десять, если не целую дюжину.
С большим трудом разминувшись со шкафом, проделавшим в крыше очередную дыру и усвиставшим ввысь подобно крупнокалиберному снаряду, Олег немедленно получил в живот софой. Удар, от которого оббитое ярко-синей тканью ложе развалилось на куски, и затрещал металлический нагрудник, заставил боевого мага сдвинуться назад и приложил о потолок, однако реального ущерба не нанес. В отличии от пули, чиркнувший по прикрытому зачарованной сталью животу и оставившему на доспехе отчетливо просматривающуюся царапину. И тот факт, что стреляли скорее всего совсем не в чародея, а в того кто швыряется туда-сюда разными тяжелыми предметами или его подручных, в данном случае служил крайне слабым утешением.