"Фантастика 2023-198". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Остановив отряд около мельницы, я осторожно пробрался через захламленный двор к забору и оттуда внимательно изучил местность. Разведчик не соврал. Самураи Кимура перешли через реку и разбили лагерь в трех сотнях метров напротив замка. Расставили шатры, разожгли костры и разложили на траве штурмовые лестницы. Возможно, эти уроды рассчитывают соорудить из бревен таран, но кто же им даст нарубить эти бревна? На той стороне реки крупных деревьев нет, и моста тоже скоро не станет. Вряд ли кто-то предполагал, что мой отряд отобьет атаку и пойдет гулять по тылам. Ничего, сейчас мы макнем их мордой в дерьмо… Пять минут — и все оформим как надо!
Деревня с этой точки не просматривалась, но там все понятно и так. Солдаты забивают скотину, насилуют женщин и занимаются мародеркой. Все так же, как и во все времена на Земле. Женщин и крестьян, конечно же, жалко, но всех их предупреждали о наступлении Кимура, и они спокойно могли уйти в лес. Ладно, сейчас мы с этим со всем разберемся. Я обернулся и, найдя взглядом Икэду, махнул в направлении моста.
— Давайте! Бегом! Строй можно не держать! Драконий огонь на мост, и там уже построение!
— Вперед! — рявкнул полусотник, дублируя мои слова, и отряд, выйдя из леса, побежал к мосту.
Нас заметили не сразу. От деревни к реке уже ехало четыре телеги в сопровождении десятка солдат, но они лишь остановили лошадей и удивленно уставились на толпу бегущих из леса пехотинцев. Средневековье — такое Средневековье, и как же хорошо, что у Сато есть хороший алхимик. Драконий огонь — небольшой пузырек с фиолетовой жидкостью — по степени воздействия похож на струю из ранцевого огнемета, но пожирает он только лишь дерево. То есть каменную стену им разнести нельзя, в толпу солдат неприятеля не бросить, но деревянная постройка заполыхает так, что мало никому не покажется.
Все получилось так, как задумывалось. Икэда с Абэ швырнули мензурки на мост, в то место, под которым находились опоры. Раздался сухой треск, и вырвавшееся из стекла пламя полыхнуло метров на пять. Все, суки, теперь с вами! Я обернулся к деревне и, указав на телеги, рявкнул:
— Сато, вперед! — и строй легионеров, прикрывшись щитами, быстро пошел на неприятеля.
Трое из замешкавшихся возле телег солдат упали, пораженные стрелами, остальные, бросив лошадей, с криками побежали обратно в деревню.
На окраине поселения лежали трупы пяти крестьян со вспоротыми животами, и при виде этого зрелища меня захлестнула волна холодной ненависти. Так же, как и утром в ущелье… Нет, сознание оставалось ясным, и я вполне трезво оценивал ситуацию, но все мое существо жаждало убивать. Чувство ни с чем не сравнимое… Это как глоток холодного пива в жару, как лежащая в постели красавица…
Зайдя по главной улице в деревню, мы подстрелили еще троих мародеров и быстрым шагом направились на главную площадь. Там впереди десятники Кимура, громко крича, пытались собрать солдат, но мародерка дело такое… Всего нас встретило четыре десятка пехоты во главе с самураем. В углу площади, возле колодца, на земле лежали связанные женщины в грязной рваной одежде, по центру стояло пять наполовину груженых телег.
Ни секунды не медля, я скомандовал атаку, и ребята, как на тренировке, бодро двинулись на дезорганизованного неприятеля. Самурай что-то орал, но стрела попала ему в лицо, и Кимура еще до сшибки остались без своего командира.
С грохотом ударили копья в щиты, громыхнуло железо, упали на землю первые трупы. Повинуясь моей команде, Икэда вывел вторую линию налево и, обогнув телеги, взял противника в клещи. Все закончилось минут за двадцать. Дезорганизованные после смерти своего командира Кимура попытались бежать, но получилось это далеко не у всех.
Видя, что врагов не осталось, я с минуту простоял, успокаиваясь, затем подозвал к себе Икэду и, обведя взглядом лежащие на площади тела, поинтересовался:
— Потери?
— Двое убитых, по раненым пока не скажу.
— Ясно, — вздохнул я. — Тогда на площади оставь человек десять. Остальных разбей на пятерки и отправь прочесывать деревню. В дома заходить, только прикрываясь щитами, и по одному не шататься.
 
— Сделаем, — кивнул полусотник и, указав рукой на связанных женщин, поинтересовался: — А с этими что?
— Развяжи, выдай продукты, и пусть убираются в лес. Не только они, но и все, кого найдете в деревне. Раненым окажи первую помощь, а я пойду посмотрю, что там в святилище.
Произнеся это, я подхватил щит и отправился по дороге к холму. Не знаю, что меня так потянуло в догорающее святилище, но своим ощущениям я привык доверять. За ребят не переживал. Скорого нападения ждать не стоит, Кимура через реку быстро перебраться не смогут, и полчаса у меня есть по любому. Осталось только понять, что я хочу найти на холме.
  
Глава 20
 
Холм, на котором стояло святилище Каннон, был не очень высоким, и наверх я дошел минут так за пять. Сзади доносились команды Икэды, стонали и плакали женщины, трещал наверху огромный костер.
Когда я поднялся, святилище уже догорало. Переборки обрушились, крыша обвалилась, и пламя перекинулось на забор. Все тут было, вроде, по-прежнему, но… Оглядев знакомую территорию, я тяжело вздохнул, прикрыл глаза и до боли сжал кулаки, чувствуя, как сознание погружается в пелену ледяной ненависти.
Они никуда не ушли… Растерзанные тела монахов лежали перед храмом на припорошенной пеплом лужайке. Поиздевались над ними знатно. У Кенджи отрублена голова и вспорот живот, тела Кио и Мичи истыканы копьями в кровавый фарш, Харухи забили в глотку копье и сожгли на голове волосы. Азиаты и на Земле отличались особой жестокостью, но убивать монахов, которые лечили людей…
Перед глазами плыло, и мне стоило огромных усилий оставаться спокойным. Твари! Какие же твари! Сглотнув подступивший к горлу комок, я опустился на землю около тела Кенджи и, положив ладонь ему на грудь, медленно произнес:
— Прости, друг, что я не успел, но… Акира Кимура за это ответит! Эта мразь сдохнет, я обещаю!
Тяжело вздохнув, я оглянулся на догорающее святилище, стиснул зубы и опустил взгляд. Тоска… Этот мир — никакая не сказка, а война стала теперь еще и моей. Я не знаю, как убью этого змеиного выкормыша, но, надеюсь, у Мунайто на это сил хватит. Мне теперь обязательно нужно им стать. Хотя бы для того, чтобы отомстить и выполнить свое обещание.
Понимая, что времени не так много, я поднялся на ноги и уже собирался спускаться к ребятам, когда заметил лежащий в траве оберег. Небольшой деревянный диск с вырезанным иероглифом на запятнанном кровью шнурке. Кенджи всегда носил его на груди, а его убийцам эта штука оказалась без надобности. Ну да… Вроде бы ничего ценного, но…
Наклонившись, я подобрал с земли оберег и, мгновение поколебавшись, повесил его себе на грудь. Я не знаю, что это за вещь, но, раз ее носил Кенджи…
Проведя ладонью по диску, я направился к спуску с холма, кинул взгляд на замок и… замер.
На том берегу реки творилось что-то непонятное. Отряд самураев подъехал к воде, позади их столпились солдаты. Мост через реку выгорел полностью, от него остались только две обугленные опоры, сиротливо торчащие у дальнего берега из воды, но войско Кимура находилось сейчас в сотне метров левее.
Самураи спустились к просторному песчаному пляжу и словно бы чего-то ждали. Собираются пересечь реку вплавь? Но куда они денут доспехи? Нет, конечно, можно их снять и, убрав в сумки, нагрузить на лошадей, но течение там быстрое, и вряд ли они все доберутся до противоположного берега. Пока я пытался сообразить, что, собственно, происходит, из толпы выехал воин в черном доспехе и, спешившись, направился к воде. Акира Кимура… Больше ведь некому, но только что этот ублюдок задумал?
Отогнав нехорошие предчувствия, я посмотрел вниз, нашел взглядом Икэду и, махнув ему рукой, проорал:
— Собирай людей! Всех! Быстро на площадь!
Полусотник кивнул, что-то быстро сказал стоящим неподалеку солдатам, и те побежали собирать остальных.