"Фантастика 2023-198". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
— Я могу оборачиваться человеком, как и твоя подруга, — разливая по второй, буднично пояснил Иоши. — Могу жить среди людей, и меня не почувствуют даже собаки. Только человеком мне не очень нравится быть. Твоя Мика не даст соврать.
— Ты подслушивал наш разговор? — хмыкнул я, принимая в руки стакан.
— Разумеется, — Иоши состроил удивленные глаза и, надев шляпу, превратился обратно в енота. — Как я мог не подслушать такой занимательный разговор? Зато мне известно, что ты потерял память. — Он весело оскалился и ловко опрокинул стакан в открытую пасть.
М-да… Ну, может, оно и к лучшему? Этому хоть ничего объяснять не придется.
Я выпил саке, выдохнул и, повертев в руках стаканчик, поинтересовался:
— Ну, раз ты знаешь, что я ничего не помню, то, наверное, догадываешься, что у меня есть куча вопросов?
— Спрашивай, — пожал плечами толстяк и, забрав у меня стакан, принялся разливать по третьей.
«Извращенец, алкоголик и к тому же енот… Хорошие у меня появились знакомые!» — наблюдая за ним, мысленно хмыкнул я, а вслух произнес:
— Чем отличается ками от ёкай, и что означает «закрыт»? Мика мне говорила то же самое, но я не понимаю: как это — «чувствовать»?
— Ками — это духи, — пожал плечами енот. — Ёкай называют всех, кто чем-то отличается от людей. Не все ёкай ками, но все ками — ёкай. Что же до второго вопроса… — Иоши подал мне стаканчик и задумчиво почесал себя за ухом. — На него так сразу и не ответишь. Вблизи я чувствую, что ты не совсем человек, но не могу понять кто. Твоя истинная суть, способности и сила от меня скрыты. Вот, к примеру: я так же не чувствую Духа горы, но зато знаю, на что он способен. С тобой не так… Ты убил Темного Князя, но сам после этого тоже погиб, а значит, мог лишиться всего, чем обладал. Возможно, поэтому память ушла, а суть закрылась от посторонних? Ты прикрыт чем-то вроде щита, сквозь который мало что можно увидеть. Волчица сильнее меня, и она узнала в тебе Мунайто, но, думаю, это все, что ей удалось разглядеть. — Иоши опрокинул саке, поставил на пол стакан и с сомнением посмотрел на меня. — Ты думаешь, почему она была такой осторожной?
— Почему?
— Просто твое тело может быть лишь простой оболочкой, — смерив меня взглядом, пожал плечами енот. — Ты можешь быть кем угодно. Телохранители Нактиса в легендах описывались как жуткие существа, и ты же сам понимаешь, что обыкновенный ёкай не смог бы победить Темного Князя. Волчица просто не разобралась, кто ты такой. Отсюда ее осторожность.
М-да… Я тоже выпил саке, поставил стакан и задумчиво посмотрел на горящие свечи. В голове уже немного шумело, но настроения это пока не добавило. Получается, я обманул сам себя?
Ведь если бы я не придумал «потерю памяти», то с Микой, может быть, оно и срослось бы? Или нет? Она же там про лес что-то рассказывала. Так, может, и не стоит расстраиваться? К тому же после обряда она сказала, что чувствует меня, но… Тут что-то не вяжется, хоть убей!
— Погоди, — поморщился я, осененный внезапной догадкой. — Кто такой этот Нактис, и как он связан с Мунайто?
Мика же сказала, что это не имя, а я не удосужился уточнить! А тут еще и этот говорит про каких-то жутких существ…
— Это давняя история, — енот вздохнул, посмотрел на бутылку, но наливать пока что не стал. — Бог Луны и Теней Нактис был возлюбленным богини Солнца — Салисэ и другом Такэми — Воина. Помимо всего прочего он покровительствовал лесному народу, заботился о ворах и тех, кто ночью находился в дороге. Когда люди под предводительством богов погнали асуров за Северные горы, Нактис и Такэми так увлеклись погоней, что попали в ловушку Владыки Нижнего Мира. Из того похода Такэми вернулся без друга. Воину удалось вырваться, а Нактиса Сэт утащил в Нижний Мир. С тех пор луна светит совсем слабо и появляется в небе далеко не каждую ночь. Салисэ, узнав о пленении возлюбленного, удалилась на небо и вот уже больше четырех тысяч лет не показывается своим почитателям…
— Погоди, — я сделал останавливающий жест и вопросительно посмотрел на Иоши. — Но монахи вроде мне говорили, что Салисэ возлюбленная Такэми. И кому из вас верить?
— Монахи не врут. И Нактис, и Такэми были влюблены в Салисэ, но Дева Солнца любила только бога Луны, — Иоши пожал плечами и снова потянулся за емкостью. — Вот уже четыре тысячи лет она ждет своего возлюбленного и отвергает ухаживания Такэми.
— А при чем здесь Мунайто?
— Ах да, конечно, — енот усмехнулся и, взяв с пола бутыль, подкинул ее на ладони. — У Нактиса было семнадцать телохранителей. Ими командовал великий воин, лицо которого скрывала стальная личина. Самурай, Рыцарь Луны — Мунайто. Настоящее его имя никто не знал. В Книге Начал есть легенда, в которой говорится о последнем сражении телохранителей бога Луны. Сэт смог пленить Нактиса только тогда, когда все они были мертвы. В том бою Мунайто удалось ранить Сэта, и поэтому дух воина избежал пленения Владыкой Нижнего Мира. Вот, вроде бы, все… Остальное тебе рассказала Волчица, — Иоши разлил саке по стаканам, протянул один мне и, отсалютовав своим, произнес: — Ну, с возвращением…
Вот же, блин, какое дерьмо! Меня принимают за того, кем я не являюсь! И даже если та обезьяна с ящерицей не приснились, то все равно! Какой, на хрен, Мунайто? Григорий Смирнов, восемьдесят восьмого года рождения. Отец погиб во Вторую Чеченскую, мама умерла в пятнадцатом. Где?! Где тут хоть какой-то намек?! Самурай, Рыцарь Луны — да они охренели?! Шестнадцатилетний подросток, не умеющий держать в руках меч! Черт! И что мне теперь делать?!
— Слушай, а почему Мика считает меня этим парнем? — я поставил на пол стакан и посмотрел на енота. — Ну, подумаешь, князя убил. Это же не означает, что я — это он?
— Нет, не означает, — покачал головой енот. — Но матерью Мунайто была кицунэ, и узнать его могут только те, кто родом из Синего Леса. Я тоже оттуда, но мне пока не дано различать суть, поэтому ты для меня не сильно отличаешься от обычного парня. Ведешь себя не похоже на других и пить умеешь как совсем взрослый, но, в целом…
— А эта Книга Начал, в которой записаны те легенды… Где ее можно найти и прочесть?
— Книга Начал — это путевой дневник Великого Небесного Дракона, который он составлял, живя среди людей. — Иоши разлил по стаканам остатки и аккуратно сунул пустую бутылку в мешок. — Книга открывается только достойным, а все легенды веками передаются из уст в уста. Последователи культа не раз пытались собрать их воедино, но до сих пор не смогли. Что-то им постоянно мешает…
— Ясно, — тяжело вздохнул я и, выпив саке, опустил взгляд.
За окном тем временем усилился ветер. Пламя свечей задрожало, вытягивая по стенам неясные тени. Было прикольно сидеть в этой комнате, разговаривая со сказочным существом и чувствуя легкое опьянение. Если бы еще не все эти проблемы и куча непонятного вокруг, то было бы совсем здорово!
Выпивка помогла расслабиться, но вопросов только прибавилось. Охрененная перспектива жить, выдавая себя за другого! Нет, плюсов, конечно, тоже хватает, и главный из них в том, что я все-таки жив. Ещё у меня есть Мика и возможность часть жизни прожить по новой, пользуясь опытом взрослого мужика, но… Если меня могут узнать друзья, то и врагу это тоже особого труда не составит. И объясняй потом, что ты не тот, за кого тебя принимают.
— Чего это ты загрустил? — посмотрев на меня, удивленно хмыкнул енот. — Волчицу в подруги заполучил и грустный?! Да тебе все ёкай обзавидуются!
— Ага, — кивнул я, — в теле мальчишки, с потерянной памятью, не умея владеть оружием — мне, конечно, можно завидовать.
— Навыки и память вернутся, — беззаботно махнул лапой Иоши. — Они ведь не главное…
— А что? Что, по-твоему, главное?!
— Мир и твоё место в нем, — глядя мне в глаза, философски заметил енот. — Многие ищут своё предназначение по нескольку перерождений и не находят, а ты… Ты уже знаешь о себе все…
— Мунайто, да, помню, — усмехнулся я и посмотрел на шумящий за окном лес. — И что мне теперь с этим делать?