"Фантастика 2023-198". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Наливаю две кружки крепкого чая и подталкиваю к девушке миску с сушками. Когда грызешь, меньше думаешь лишнего.
— Итак, что случилось?
Марина прекратила жевать, сделала глоток чая. То есть устроила паузу для размышлений, что и требовалось в нашем деле.
— Меня Якушев замуж позвал.
— Чего?
Ну вот обиделась, надулась как мышь на крупу. Пришлось состроить умное лицо и посмотреть прямо в глаза.
— Я серьезно. Взял и предложил сегодня с утра.
— Ну и чего ты, дуреха, плачешь тогда? Радоваться надо! Чай не последний мужик замуж зовет.
Соколова снова скуксилась, пришлось опять прижать к себе погладить по волосам.
— Я боюсь…
«Начинается!»
Вот хрен этих женщин поймешь. Не зовешь — плохо, зовешь — опять неладно. Видимо, мой взгляд был так красноречив, что Марина отпрянула в сторону и сердито заговорила.
— Ничего смешного, Сережа! Это очень серьезное решение.
— Ну так и человек вроде как серьезный. Куда уж дальше?
— Он к себе в Москву зовет. А я еще институт не окончила.
— Так переведешься. И работу он тебе сразу после окончания работы найдет. Не надо в какой-нибудь деревне три года мучиться.
— Уже обещал. И квартира у него есть.
— И чего тогда тебе надобно, владычица морская?
Марина некоторое время переваривала мой юмор и обидчиво ответила:
— Вот все у тебя просто. А сам с Ириной ничего решить не можешь.
Вот тут уже я её удивил.
— Все решено — Женимся. Только этой осенью не получится. Думаю, весной будет в самый раз. А то летом опять разъедемся кто куда. Мы же еще молоды, у всех свои планы.
Нежданное известие и мой чисто деловой тон произвели на девушку впечатление.
— Молодец. Не ожидала. А я тогда чего?
Пока Соколова приходила в себя, я грыз сушки. Вроде и позавтракал хорошо, но молодой организм переваривает буквально все, что попадается ему на пути. В запас, что ли уходит на будущее?
— Ну что, кручина моя, надумала?
— Валера хочет свадьбу в Москве гулять. У него там знакомства, связи, друзья. Но и у меня друзья и родственники.
— Тогда гуляйте там и тут, — Марина уставилась на меня ошарашенным взглядом. — В Москве распишитесь, там все равно красивей. Потом банкет там и гулянка здесь. Необязательно с шиком. У тебя все больше студенты будут, народ неприхотливый.
— Если бы, — вздохнула Соколова. — Родственников с деревни приедет — сажать некуда. Мои родители ведь с деревни из-под Емецка. Получили образование и здесь в городе остались. Не пригласишь кого из тамошних, обидятся.
Я еле удержался, чтобы не усмехнуться. Какой все-таки короткий путь у женщин от плача до расчетливого продумывания дальнейшего жития.
— Ну я тогда к парням загляну, посмотрю, что нарыли.
— Посмотри-посмотри. А то нос задрал.
В тоне Марины отчетливо просматривались нотки ехидства.
Народ, конечно же, нашел в большой, так называемой «Столовской» палатке. Здесь стояла печь, самовар и пахло свежей выпечкой. Армейская кухня давно покинула лагерь и еду доставляли из города или закупали в местном магазине.
— Кирюха, привет. Народ, наше вам с кисточкой.
Обедающих или поздно завтракающих парней я не знал, для окончания работ, видимо, наняли новых. Из москвичей присутствовал лишь Кирилл, деловито копающийся в толстых тетрадках. Он радостно протянул руку:
— Здорово! Куда запропастился. Тебя тут искали.
— Это кто интересно?
— Овсянников вроде. Во всяком случае упоминали твое имя с нехорошим словом. Найди его сам.
— Да ну его!
Мне уже были по барабану те две полставки в музее. Откуда вылезли закрытые сведения неизвестно. Но Овсянников или кто-то из его окружения решил с какого-то перепуга использовать меня по полной программе. И такой подход требуется обламывать сразу. Пожалуй, стоит оставить себе полставки для официального прикрытия и переговорить с кем следует предельно жестко. Я им такую рекламу сделал, что они мне век должны! Я ведь связался с краеведческим музеем лишь для будущей научной работы.
— Ну показывай, что нарыли?
Вот зря я это сказал. Как раз в последние две недели, когда я пребывал в нравственных мучениях и искал выход для спасения всего человечества, парни сделали несколько замечательных открытий. И в этот раз молодцом оказался Кирилл. Вот есть голова у человека! Надеюсь, к тому времени, когда я закончу учебу, этот парень станет кем-то из научных руководителей. Да, я такой — уже начинаю обрастать связями. И искать надо именно среди молодых и перспективных.
 
С интересом рассматриваю фотографии и рисунки. Ребята напрягли как следует музейных, и те предоставили в их распоряжение технику и лабораторию. Даже пишущая машинка стоит на столе. Умеют все-таки москвичи везде устраиваться.
— Вот эти два украшения характерны для эпохи Великой Моравии. После нашествия венгров часть населения ушла в другие районы. Подобные височные кольца были найдены не так давно около Киева. Датировка как раз десятый век.
— То есть на Днепр ушли ремесленники или люди, умеющие подобное делать? А как она сюда попала?
Кирилл пожал плечами:
— Торговля скорее всего. Привезли в эти места на пару веков позже. Похоже, что тут в районе церкви находилось некоторое знаковое место.
— Скорее священное, если рядом могилы вождей нашлись.
— Но тогда почему их только две? И захоронения те более поздние. Здесь же около церкви культурный слой почти беспрерывный. С десятого века, как минимум.
— Ты серьезно? Есть доказательства?
— Вот смотри –арабские монеты. Ну их еще проверить надо. Мы в Москву уже отправили. Ваши музейщики с таким объемом точно не справятся.
— Ты прав.
С Кириллом мы засиделись до самого вечера. Он только иногда выходил дать задание бригадирам. Раскопки были прекращены и сейчас все консервировалось до следующего лета.
— Точно приедете?
— Я да. Якушев вряд ли. Он точку «открыл» и скорее всего двинет в другое место.
— Любит новое?
— Обожает! Но тут ему понравилось. Так что заедет, как сможет.
— Еще бы ему тут не понравилось! Природа, девки!
Кирюха оглянулся:
— Ревнуешь, что ли?
— К кому?
— Да я видел, как на тебя эта рыжуха посматривала.
— Да нет, — я вздохнул, — все в прошлом. Так что пусть Валера нянчится.
— Ха-ха! — Кирилл засмеялся, — ну это еще неизвестно кто там командовать будет. Видел я как Маринка умеет пропесочивать. Так что Якушев еще не понял в какую сказку попал.
Я с интересом посмотрел на москвича. А он секёт в житейских вопросах. Но на самом деле мне было радостно от осознания того, что я помог двум людям найти друг друга. Сделал Марину смелее и опытней в элементарных вопросах. Таким мужикам, как Якушев клуши и кисейные барышни точно не нужны.
Уехал попуткой, тому водителю как раз надо было к железнодорожному вокзалу. Вечерний, остывший от лета город встретил яркими окнами квартир, темными загадочными закоулками, некоей таинственностью. Мы привыкаем к светлому северному лету, темнота у нас с ним никак не ассоциируется. В этом и странность архангельских сезонов.
Чего-то меня на романтику потянуло?
После нескольких дней относительного балдежа и расслабона в ночи раздался настойчивый телефонный звонок. Все-таки я внутренне был готов к подобному развитию событий и схватил телефонную трубку первым.
— Караджич Сергей Васильевич?
— Да.
— Через десять минут у подъезда вас примет наша машина. Возьмите с собой только тревожный чемоданчик и удостоверение. Остальное выдадут на месте.
И все — ни здрасьте, ни до свидания!
С десяток секунд стою, осмысливая дальнейшие действия.
«Я помыт, белье свежее. Какое белье? Нужно теплое! На месте одену. Что еще?»
— Сережа, что случилось? На тебе лица нет.
Рядом стоит заспанная мама, вот и отец поднялся.
— Меня срочно вызывают на военные сборы. Мам, чаю и бутер сможешь сделать по-быстрому?
— Какие сборы посреди ночи?
Надо отдать должное поколению наших мам. Она громко возмущается, но уже на кухне ставит чайник на плиту. Отец также деловит: