"Фантастика 2023-198". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
— В этом и этом квадратах наблюдаем множественные сигналы присутствия под землей металлических предметов. В нескольких местах
— Могильники?
— Все может быть.
— Около деревянной церкви рассыпано более равномерно.
Майор в полевой форме стоял с планшетом в руках и указывал карандашом на искомые участки. Затем он поднял глаза, правда, больше внимания обращая на Яниса Кариньша, куратора археологических раскопок от обкома. Тот же в свою очередь уставился на меня. Я же не заставил долго ждать:
— Ставим репера и начинаем работу! А вам следует начать поиски вот у той рощи, — решительно подвел итог я, майор лишь крякнул от такой наглости, но перечить не стал. Раз я имею право распоряжаться, значит, так тому и быть. Его дело выполнять, а не раздумывать. Ну а мне нахальства и нахрапистости не занимать. Он тут же махнул рукой своим солдатам, и они двинули… Нет, не к рабочему месту, а к полевой кухне. Время к обеду.
Наши уже перекусили, потому я тут же посылаю будущих археологов забивать колышки, а ребят с географического приступать к топосъёмке. Те тут же подхватывают рейки и теодолиты, и начинают шевелить булками. Опыт полевой есть уже у многих. Я же подгоняю наших историков.
Команда в этот раз сборная, есть и те, кто работал в прошлом году. Из «Больших людей» участвуют Овсянников и его новый заместитель, недавний аспирант Ленинградского университета Алексей Величенко. Мы с ним знакомы только шапочно. Ни Светланы, ни других работников музея в этот раз не привлекали. Потому что в стороне от нас около автобуса вольготно расположилась группа столичных археологов. Мы им нужны лишь как рабочие руки.
— Вот сейчас верю, что ты мог рулить этим стадом бандерлогов в прошлое лето! — весело замечает Валерий Степанович Якушев, глава москвичей. Мне он с первого взгляда глянулся. Добродушный веселый бородач двухметрового роста. И ему явно понравилось мое железное рукопожатие. Этот знаменитый в своем кругу человек провел большую часть жизни в экспедициях. Так что мое уважение к столичному светиле сформировалось заранее. Еще бы, такой зачетный послужной список! И его внимание к моей персоне откровенно льстит.
— Дальше вы?
— Сначала изучим карты, прикинем и наметим вам фронт работ. Ты, как погляжу, парень хваткий, будешь над своими оболтусами начальником. Не боись, все покажу и объясню наглядно. Тем более что опыт у тебя кое-какой есть. А мне в будущем понадобятся свежие руки.
И взгляд у Якушева такой просвечивающий. Хочет увидеть меня в деле? Перспективы хорошие.
— Спасибо.
— Ну это тебе спасибо. В кои веки на север деньги выделили и еще так много. А твоя прошлогодняя находка навела шороху в столицах. Целая цивилизация из виду выпала! Это скольким теориям маститых академиков конец пришел! Так что и в этот раз твоя удача понадобится.
Валерий Степанович смотрел на меня сейчас совершенно серьезно.
Маринка Соколова и в этом году выразила желание участвовать в раскопках, вновь став бригадиром. Она была в курсе моего возвращения к Ирине, так что никаких поползновений от нее не ожидал. Было и было. Мы ведь тогда честно обо всем договорились. Хотя я знаю, что женщины обычно в любом случае начинают составлять далеко идущие планы. Так уж они устроены и это не поддается исправлению. Так что флажки лучше вывесить заранее, обозначив границы.
После моего экспресс сексобучения Марина ощутила в себе новые возможности и вскоре оказалась окружена парнями. Начала ходить на аэробику, та как раз входила в Союзе в силу. И занятия уже полновесно отразились на её фигуре. Ноги постройнели, формы подтянулись. У мужчин тут же проявился явный интерес к её персоне. Проснулась в юной особе женщина!
А все я, чертяка. Всего-то и надо было придать уверенности неопытной девчушке. Остальное у нее есть. А у скольких жизнь сломалась из-за низкой самооценки? Нашему обществу остро не хватает системы поддержки и помощи. Пока еще работают традиционные институты товарищества, кумовства, но и они не всесильны, да и не везде хороши. По уму бы каждому мальчишу и девчуле с детского сада приставить по опытному куратору. Многое в нашей жизни можно было бы поменять и само общество здорово улучшить.
Хм. Интересно, а скольким людям в этой реальности я уже жизнь поменял? А ведь никаких планов на «Спасение СССР» у меня поначалу и в помине не было. Просто так вышло, грамотно использовал послезнание во благо окружающих. Жить лишь для потакания собственного эгоизма не по мне. Да и насколько знаю, большинству попаданцев также. То ли попавшие сюда люди прошли некий отбор свыше, то ли проснулись внутри каждого скрытые таланты. Кто-то из попаданцев идет наверх, строить карьеру и совершенно иную судьбу; кто-то желает жить собственной, упрощенной жизнью. Но даже и они понемногу меняли этот мир. Только вот в какую сторону?
Странно. Я регулярно посещал Центр для исследований, беседовал с Профом и Евгеном. Но ни разу не спросил у них, кто у них там следит за всем происходящим в стране и мире бардаком. Наверняка должно существовать некое ведомство, скрупулезно изучающее идущие в стране перемены. Ведь не везде «вина» попаданцев. Листьев как-то между делом заметил, что иногда проистекают некие глубинные процессы, исход которых никому пока неясен.
Еще бы! Такую глыбу с места сдвинули. Американцы находились в аналогичной ситуации и также не горели желанием просрать страну и весь мир. Не надо лишний раз их демонизировать. Тем более что нынче там у власти относительно вменяемые люди. А то, как вспомню тупую обезьяну Нобелевского лауреата из моего мира, потом вихрастого клоуна бизнесмена и старикашку с деменцией, так плохо становится. Деградация их элиты тогда мне показалась схожей с нашей времен восьмидесятых. И вылилось это все в итоге в глобальную катастрофу.
— Сереж, ты чего, оглох? Мне что делать?
Я вернулся назад в реальность и только сейчас обратил внимание на недовольную физиономию Соколовой. Бледное лицо с конопушками сейчас показалось мне излишне простоватым. Но выпирающие вперед увесистые сиськи навевали приятные воспоминания. Марина заметила мой взгляд и вспыхнула, но благоразумно промолчала. У самой кое-что в пушку. Не я заставлял её в койку со мной прыгать. Да и неудовольствия тогда вовсе не заметил.
— Снимать штаны и бегать!
Ответом был красноречивый взгляд вниз, в район моей ширинки.
— Прямо сейчас?
«Вот ехидна! Она готова, я знаю. Обойдется!»
— Узнай у обкомовского, где нам разрешили лагерь разбить. Там и начинайте. Я попрошу Якушева его людей на помощь прислать. Палатки камеральные ведь общими будут. Да и кухня.
— Поняла.
Марина не стала откладывать проблему в долгий ящик и тут же двинулась к москвичу. Через минуту я понял, что здоровяк её очень понравился. Этот взгляд мне хорошо знаком. Ну и что, что разница лет в двадцать. Счастья вам молодые! Это уже я ёрничаю.
— Толян, кинь, пожалуйста, топор.
— Это ты, Серега, опрометчиво сейчас сказал.
Андрей Первозваный, вот такая вот фамилия у человека, широко ухмыльнулся. Этот здоровяк с 4 курса не так прост, каким кажется. В комитете комсомола не последнюю роль играл. Анатолий Кочергин подтвердил его слова, лихо метнув топор в столб забора. Железо смачно впилось в дерево.
— Вошел!
— Это ты где так лихо научился топоры метать?
— Десантура! — гордо выпятил грудь в тельняшке Толян. Вот он парень простой, как две копейки, со спортфака, к нам сам напросился. В этот год исторический факультет имел приоритет, потому в партии на раскопки собралась сборная солянка с разных направлений. — Нас учили использовать все, что есть под рукой.
— То есть сначала надо это все проипать, — пресек я поток слов бывшего десантника.
Народ заржал, а Толян потупился. Спорить со мной себе дороже. У меня в институте авторитет.