"Фантастика 2023-198". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
— Бля! Проф, а вы часом не охренели? Я вам что — подопытная свинка?
Видимо, на моем лице проявилось такое, что ученый отскочил в сторону:
— Только без рукоприкладства! Наслышан я о ваших подвигах! Ну а исследуем мы вас для вашего же блага. Случались у нас прошлом не самые неприятные случаи.
Я тут же остыл. Ругаться с Профом мне не с руки. Кто еще мне поможет?
«Совсем циником стал. Всех использую для собственной выгоды».
Успокоившись, задал самый животрепещущий вопрос:
— Ладно-ладно. Скажите, а нынче Марго вам ничего не передавала?
— Хотел бы я её увидеть после вчерашнего.
— А что у нас вчера было? Я вас заждался.
Проф изменился в лице и замешкался, но мой уверенный тон не оставлял ему выбора. Нужен ведь я им точно!
— Да случились у нас некоторые трения с непосредственным руководством. Вот и застряли в столичных кабинетах больше, чем следовало.
— Мне нельзя узнать, кто это?
— Будет нужно, узнаешь, — буркнул сухо Проф и налил себе еще кружку чая. — Есть там несколько конкретных дуболомов. Господи, как с ними бывает сложно! Они ведь практически во всех слоях страну просрали, а гонору хоть отбавляй. Повезло хоть здесь дуракам. Так гляди ж, еще и нас обвиняют. Мол, мы тут слишком шикарно живем и не соблюдаем норм морали советского человека. Ага, ангелы просто они во плоти эти самые советские люди. Клейма ставить некуда! Этих бы начальственных урюков в пятницу вечером в рабочий клуб или скверик, что расположен рядом. Посмотрели бы они на мораль строителя коммунизма.
На последних словах Дмитрий Иванович многозначительно глянул на меня.
— Кстати, о шике. Раз я тут в качестве командировочного, то можно мне малость…
Я сделал красноречивый жест пальцами. Проф осклабился:
— Так и знал, что ты об этом попросишь. На девок в Крыму небось потратился?
Я красноречиво вздохнул, а Прохоров двинулся к шкафчику, но вместо конверта с приятными на ощупь бумажками, принес пузырек с таблетками.
— Это еще что за фигня?
— Примешь сегодня три на ночь. Хочу, чтобы ты завтра был выспавшимся. И никаких шуров муров! А деньги получишь сразу после комплексного обследования. Еще контора выдаст на выезде за командировку. Но завтра к десяти, чтобы как штык у меня! Разбаловались, понимаешь, сукины дети!
— Да понял я!
— И Марго ко мне пришли, если увидишь. Хватит дуться! Она у нас молодец, просто временами нервная. Биография уж таковая.
В этот момент мне показалось, что Проф был совершенно искренним. Но на мои вопросы так и не ответил.
«Какой хитропопый жучара!»
Глава 16
Кому нужна правда?
— Евген, не уходи от ответа!
Не нравилась мне вся эта движуха. Листьев и его помощники сначала долго опутывали мою тушку какими-то датчиками, затем использовали непонятного назначения аппаратуру, скорее всего импортную. И в конце концов, засунули меня в металлический ящик. Отправив меня после обедать, они галдящей толпой уселись рассматривать графики и показания приборов. Судя по шуму и спорам, их результаты выглядели для научников необычно.
Сейчас Женя сидел в лаборатории с Антоном, первым своим помощником и не последним ученым в прошлой жизни. Что-то связанное с биофизикой и генетикой. Я во всяком случае о подобной научной дисциплине никогда не слышал. Выглядел Антон как молодой человек лет двадцати пяти. Значит, в этой параллельности уже не первый год.
Забыл рассказать вам, что мужчины и женщины попадают в этот мир примерно в двадцатилетнем возрасте. Начало расцвета человеческого организма. Сделано это неведомой силой или волей было явно неспроста. Так было проще адаптироваться к новому миру, впитать свежие идеи и вспомнить хорошо забытое старое. Ничего сверхъестественного — чисто физиология.
— Вот ты, как лист банный! Все равно ведь не поймешь нашей математики!
Евген, когда хотел, мог быть жестким. Я же с любопытством наблюдал за его раскрасневшимся лицом.
— Тогда переведи, пожалуйста, на русский язык. Я думаю, что это не так сложно.
Листьев поник и глянул на Антона. Тот и начал просвещать меня:
— Проблема в том, что у тебя крайне необычные биохимические показатели.
— А конкретней?
Евген не выдержал и выкрикнул:
— Конкретно в тебе некий долбанный коктейль из гормонов, в котором мы никак разобраться не можем!
Я не стал давить дальше и присел на компьютерное кресло. Антон виновато глянул на босса и продолжил:
— По идее гормональный взрыв, который, кстати, испытывают не все из нас, в твоем частном случае продолжается без перерыва. Все должно было прийти в норму еще месяцев восемь назад. Но тебя штырит еще как.
— Так, подожди! Мое чертово либидо имеет отношение к этому процессу?
— Разумеется!
— Лять!
Евген с любопытством глянул на меня:
— И ты еще жалуешься?
Я внезапно для себя смутился:
— Временами здорово мешает трезво думать.
— Ну-ну!
Антон с интересом наблюдал нашу пикировку:
— Но это лишь часть проблемы. Ты не заметил, что омолаживаешься как-то по-другому?
Я хохотнул, расстегнул рубашку и показал свой торс:
— Это точно не тело шестидесятилетнего старика!
— Я не о том, Сергей.
Вот оно что! А ведь я замечал, что превращаюсь в иного человека. И Проф это дело отметил. Получается, они лишь доказали это научно. Тогда кто или что я такое?
Видимо, мой немой вопрос так явно сквозил во взоре, что Евген тут же замахал руками:
— Лучше не спрашивай! Я не знаю. Ты уникум даже для нашего небольшого племени людей хрен пойми откуда.
— И что мне теперь делать?
— Пока ничего. Будем наблюдать. Но картина покамест такова, — Андрей показал на какой-то график, — ты перестал стареть.
— Чего?!
— А того! — Евген снова не усидел и вскочил с места, бешено вращая руками. — Ты, долбанный историк Мафусаил! И у нас из-за тебя большие проблемы. Хорошо, что наша группа одна из самых секретных, и мы не обязаны никуда и никому ничего докладывать. Иначе тебя бы скрутили и поместили в бункер. Как подопытного хомячка. Ни хрена не понимая, что с ним делать дальше. Местная публика — это же дикари в квадрате. Я уж не говорю о военных.
Я медленно впитывал полученную информацию и понемногу офигивал. Ожидал чего угодно, но только не такого писеца. Как будто мне других проблем по жизни мало?
— Это точно?
— Досрочно!
Антон стоически принимал вопросы и спокойным тоном меня обнадежил:
— Женя малость преувеличил. Но странности работы твоего организма точно нами замечены. Подробнее может быть узнать через три месяца.
— Почему именно три? — с подозрением оглядел обоих ученых.
— Мы посчитали, что это будет контрольным сроком.
Я вздохнул:
— У меня же учеба, ребята!
Евген опять вспылил:
— Учеба у него! У нас тут целая Нобелевская премия выгорает! Эх, если бы знать кто с нами вытворяет такие выкрутасы.
— Жень. Спокойней! Давай выпьем кофе и поболтаем.
Листьев скептически оценил мое предложение:
— Зачем кофе?
— Говорят, что у тебя он какой-то особенный.
— Ну, правильно говорят, — Евгену, как и любому другому доброе слово в масть. — Антон, организуй, пожалуйста, а я конфеты принесу из лабы.
Пока оба ученых были заняты, я успел проскользнуть к столу с напечатанными графиками и таблицами и достал из кармана «шпионский» фотоаппарат. В его качестве сейчас выступал Киев 30. Туда была заряжена самая светочувствительная пленка из всех, что мне попались. Но все равно потом придется помудрить с проявкой. Ощущать себя шпионом не особо забавляло, но я точно знал, что здесь не стоит никаких камер. А разобраться самому или иметь страховку на всякий пожарный чрезвычайно хотелось.