"Фантастика 2023-198". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)
– В основном – дурью маюсь. «Коробочка» разорвана на две части, все «игрушки» остались на старом месте базирования.
– Плохо, очень плохо. У меня одна игрушка, и больше получить не могу.
– А у меня нет «барабанов», одни «дудки». Да еще и под колпаком у «кофе».
– Не позавидуешь! Что-нибудь обещают?
– Говорят, что коробку склеят полностью. Дело только за «игрушками». Жду.
– Не будем о грустном, увидимся. Позывной прежний у тебя?
– Да. У общего буква «У» впереди появилась, в радиограмме видели.
– Все, до связи, удачи.
Вышли из штаба, идем по улочке к столовой.
– Петр Васильевич, вы так и не сказали, понравилась машина или нет?
– Чисто ТТД? Конечно. А вот с оружием – перемудрили. Требуется два 23-мм орудия и одну БС-20 х 110. Или три БС-23. Но ящик одной сделать чуть больше, чем остальным, чтобы НИИ ВВС не приставало. Где-то двадцать выстрелов добавить.
– Пушка БС-20 уже прошла госиспытания, а «23» – только на них выставили. Я исходил из этих соображений.
– Это понятно, но этот боеприпас массово не выпускается, поэтому хода пушке не дадут, а 23х115 – использует развальцованную гильзу 14,5х114 и снаряд от серийной пушки. Это проскочит за милую душу. Физически у вас такие пушки есть?
– Имеются.
– Вот и замените все на один калибр, точнее, пришлите, а мы сами установим и проведем войсковые, вы только бумаги оформите, там кучу подписей собрать надо, а нам некогда.
– Ну, есть только одна проблема, как доставить.
– А мы вас подбросим до Стаханово. У нас сегодня все машины затребовали в Ленинград. Машина с вами вылетит раньше остальных, а потом догонит группу. Только распорядитесь, чтобы их подготовили к погрузке. Через Ленинград и доставим.
Михаил Иванович улыбнулся.
– Как у молодых все просто! Раз-два и в дамках.
– О, если бы так! Два дня назад нас тут всех расстрелять хотели. Спасибо добрым людям, что уберегли нас от гнева неправедного.
– А что так?
– Да победу не поделили с одним человеком. После войны расскажу. А по поводу машины? Я не ожидал ее раньше следующего года увидеть. Спасибо.
Борт с ним вылетел в Стаханово после ужина. Остальные транспортники вылетели через два часа. «Малышню» до самого отбоя мучили на тактике и в «радиоклассе», обучая нерадивых азам воздушного боя. С утра запланировали полеты с молодежью, перераспределив их между имеющимися инструкторами. В плановом задании ВВС фронта напротив 13-го полка стоят две буковки «П.Р.»: Переформирование. Резерв. Плановое топливо поступило.
Утром на «Пещерник» плюхнулись вторая и третья эскадрильи, с двенадцатью Ли-2, вывозивших матчасть, личный состав и запасные части с Ленинградского фронта. Одна беда: оставшийся на Балтфлоте Саша Хабаров уже отправил радиолокационный взвод и полковые радиостанции поездом в Селиверстово. Инженер полка поехал на станцию Балабаново предупредить о передислокации полка и сделать запрос на грузы в наш адрес. Поэтому в штаб фронта доложились, как есть, что ожидаем прибытие матчасти, ведем учебные полеты с вновь прибывшим пополнением. Приказов на вылет не последовало. И до 10.30 проводили облеты района и групповое пилотирование теперь для трех эскадрилий. После того, как сел и начал выгрузку последний из бортов, к Петру подошли два лейтенанта и капитан, причем с неавиационными петлицами, связисты. Капитан предъявил предписание, что направлен в в/ч 13821 для ввода в строй новой техники, а лейтенанты – для прохождения службы.
– А что за техника?
– РЛС «Наяда-БЛ», я – начальник испытательного центра завода имени Козицкого капитан Балтонис. У меня два письма, одно лично вам, а второе меня просили зачитать личному составу полка.
– Кто просил?
– Первый секретарь Ленинградского обкома ВКП(б) товарищ Жданов и заведующий общим отделом обкома партии товарищ Кузнецов. Письмо вам – от него.
Петр открыл письмо и озадаченно почесал затылок. Такой разговор был три недели назад, точнее, двадцать дней назад, когда решался вопрос о производстве РЛС в Ленинграде. Дело в том, что саму РЛС проектировали без него, по его наброскам, но самостоятельно. Тогда было решено с Бонч-Бруевичем, что слишком большое количество новизны в изделии вызовет отторжение у производственников, и проект «зарубят». Речь тогда шла только о том, чтобы пробить тему, найти заказчика, а агрегатно-магистральный метод вводить в конструкцию постепенно. Начавшаяся война отодвинула на задний план эти разработки для Петра, но оказывается, они шли и после смерти профессора. Петра достало то обстоятельство, что возможности доставить на новое место дислокации эту громадину возможно только железнодорожным транспортом, что если бы в Ленинграде на форте не оказалось бы РИФа, то неизвестно, чем бы кончилась эта эпопея. Ему требовался аэромобильный вариант локатора. Наброски, как это сделать, он показал Кузнецову и посетовал, что рановато ушел из жизни Михаил Александрович. Кузнецов поднял на уши всех и вся, нашел эту документацию, готовые и полуфабрикаты блоков. Одна станция была практически полностью готова в НИИ-9. Завод Козицкого, на котором производилась до войны РЛС, возобновил их производство, но уже не как «Наяду», а как «Наяду-Ленинградскую». Она разбиралась и собиралась свободно, помещалась в самолет Ли-2, понятное дело, что без автомобиля. В общем, конструктор «Сделай сам» для самых маленьких дяденек, играющих в войнушку. Первую станцию такого типа было решено подарить нашему полку. Поэтому нас и попросили выслать самолеты в Ленинград.
Нельзя сказать, что РЛС вокруг Москвы совсем отсутствовали. Они были, но на них наложили лапу новые командующие ПВО. Разворачивал зону ПВО Москвы генерал-полковник Николай Воронов, который о локаторах знал, что называется, из первых рук. Сейчас он назначен на свой старый пост начальника артиллерии РККА, а вместо него руководит генерал-майор Михаил Громадин. Ему же подчиняется 6-й истребительный авиакорпус ПВО. Сам округ разбит на сектора, их – четыре:
– Западный. Командир – подполковник П. М. Стефановский (семь иап);
– Северный. Командир – полковник А. И. Митенков (три иап);
– Южный. Командир – полковник К. Н. Трифонов (шесть иап);
– Восточный. Командир – майор М. Н. Якушин (два иап).
Корпус постоянно пополняется, сейчас в составе корпуса насчитывается один бомбардировочный и семнадцать истребительных авиационных полков. К ночным полетам готовы больше сотни человек. Но сектора закрывают только ближние подступы к Москве. Даже в ущерб других фронтов, в район Москвы стягивается истребительная авиация, чтобы не дать возможности немцам нанести существенный урон столице. О фронтовой авиации такой заботы не проявляют, ее откровенно мало.
Балтонис и двое прибывших командиров получили под свое командование красноармейцев и часть специалистов МАС. К сожалению, собственных автомашин еще не было, они добирались сюда эшелоном, поэтому Балтонис показывал процесс сборки с установкой агрегатов станции на фундаментах и на земле. Конструкция предусматривала обсыпку агрегатов землей или установку их в зданиях и укрепленных сооружениях. Сразу после обеда Петра пригласили на пробный пуск «большой» «Наяды». До этого штатной станцией была «Наяда-М». Основное отличие – наличие открытых вращающихся частей. Антенна – одна, но может совершать вращательное движение, и два вида колебательных движений, ведя узкий сектор по горизонтали и по вертикали. Антенна гораздо больше, даже больше, чем у РИФа. Разборная, упаковывается в ящики. В грузовую дверь Ли-2 помещается.
Собирали станцию не абы где, а на холме на берегу Протвы, самом высоком месте рядом с церковью. Там же стоял и наблюдательный пост ВНОС, который жил в этой церкви, какая-никакая, но охрана. Мальчишек собралось вокруг – море. Ключи-отвертки держали, винтики и гаечки подавали. Трудились по полной. Пока станция – это просто подарок ленинградцев, а не матчасть полка. Принимать ее некому. Все локаторщики отсутствуют, а вновь прибывшие не имеют штатной должности. Но пусть тренируются. Петр уже хотел дать команду выключить станцию, когда увидел по пеленгу 250 градусов, на расстоянии 240 километров большое число отметок.