"Фантастика 2023-198". Компиляция. Книги 1-21 (СИ)

Дело Гадальщика.
Гадальщиков сравнительно немного. Они живут при храмах и, как правило, женаты. Вообще, Гадальщик – это жрец, на которого сошла благодать в виде неожиданной и сильной земной любви, равно как и понимания сути вещей. Простой жрец сути вещей может и не понимать: его дело – ритуалы, а вот Гадальщика боги наделяют способностью видеть возможные пути развития отношений между людьми. Хороший Гадальщик сватает, консультирует торговые сделки и отлично разбирается в политике, он – тонкий интуитивный психолог, а отчасти и психотерапевт. Очень серьёзные подарки, которые делает Гадальщику паства – основа храмового имущества, больший доход, чем пожертвования просящих о солнце или дожде прихожан – а храм платит какие-то проценты в государственную казну, как любая коммерческая структура. И никакой тебе сакральности.
В деревнях дело Гадальщиков ограничивается хозяйственными советами и сватовством.
Сватовство – очень непростое дело. Во-первых, официальные партнёры не должны быть родственниками. Во-вторых, они должны быть ровесниками с приблизительно равными физическими данными – чтобы уравнять возможности. В-третьих, учитываются тонкости общественного положения, равно как силы Земли в виде духов стихий, присутствовавших при рождении младенца, и силы Неба в виде духовных покровителей уже юноши… Короче говоря, удачно слаженный брак – счастье для родни молодых и основательная выгода для Гадальщика, а удачных пар у хорошего Гадальщика бывает множество.
Правда, некоторые особенно темпераментные молодые люди могут попытаться изменить собственную Судьбу, как Н-До, убивший двоих аристократов прежде, чем нежно сойтись с маленькой бесприданницей из нищего рода – но такие вещи только подчёркивают здешнюю духовную свободу. Ар-Нель рассказывал мне старинную легенду о Юноше, вырвавшем страницу из Книги Судеб, чтобы спасти своего, против всех обстоятельств мира, возлюбленного. «Вырвать страницу из Судьбы» – означает «сделать наперекор всем общественным установкам, законам и морали»; тот, кто так себя ведёт, попадает в безумцы или герои.
Господин Гадальщик Дома Государева, Уважаемый Господин Ун-Ли из Семьи Ро-Лн, относится ко мне именно как к «вырвавшему страницу». Он знает, что я рассказал Ра о его ночном разговоре с Господами Л-Та – но и не думает поучать или порицать. Этот маленький толстенький хомячок нюхом чует, откуда дует любой ветер; у него трое детей – женатых, а сам он в юности считался орлом на мечах, несмотря на совершенно не боевой вид. Подозреваю, что Ун-Ли, как Ар-Нель, предпочитает втягивать все свои опасные коготки, чтобы не показать их раньше времени.
Я его страшно интересую. Он с удовольствием беседует со мной о вере, но, кажется, своей профессиональной интуицией, ещё лучше, чем Ар-Нель, чует, что я чужой его миру. Время от времени мордочка у него почти сочувственная – брови поднимаются домиком, а уголки губ опускаются, как у печального мопсика. Он задаёт мне опасные вопросы.
А что сталось с моей женой? Ах, она умерла во время эпидемии… какое тяжёлое горе… Вместе с детьми? Он скорбит вместе со мной. А сколько нам с женой было лет, когда мы скрестили клинки? Ах, по двадцать пять… серьёзные лета. Нет-нет, женщина может красиво пройти метаморфозу и в тридцать, но вот здоровье… роды… Лично он бы не посоветовал так долго ждать судьбы. У совсем юных тело упруго и текуче, как вода – вот, взгляните на Государыню! Ещё не прошло и месяца с поединка, а она уже готова бегать, скакать верхом и играть в спарринг с подругами и августейшим супругом… молодость – великое дело… Вот увидите, не пройдёт и пары лет, как она подарит Государю здорового наследника!
Это он к тому, что мне не годится жить в одиночества, а выбирать следует юных, хе. Он готов найти мне подходящую рабыню – я отказываюсь. Рассказываю о Ри-Ё, объясняю, что не могу резать человека без поединка, а поединок «палка против меча» вызывает у меня омерзение самой идеей. В масленых круглых глазках Ун-Ли появляется намёк на искреннее уважение – и он заговаривает о благородных вдовах. Я обещаю подумать.
 
А Ун-Ли доверительно сообщает, что по просьбе самого Государя собирается устраивать судьбы братишек Ра. Господа Л-Та, которым вернули многие древние привилегии Семьи, купили дом в Столице, часто бывают при дворе… у них был там какой-то… в деревне… который никак не мог устроить судьбу Великолепного Господина Н-До – так вот, грустную участь Старшего Брата не годится разделять младшим детям из такой важной Семьи, близкой к Вершине Горы. Нехорошо, когда у Князей Крови нет судьбы. Ун-Ли рассматривает родословные и знаки Земли и Неба у самых интересных молодых людей Столицы…
Ага. Юу, скорее всего, отбегался на свободе. Каково-то ему будет меряться силами с бойцом из Столицы? Но, как бы с Юу не вышло – Ма-И ещё сложнее. Этот парнишка, худенький, бледный, болезненный, мучительно застенчивый и нелюдимый, не рискующий заходить к собственной августейшей сестрёнке, когда она не одна – не идеал он по здешним меркам. Совсем не идеал, к тому же – боец очень посредственный. Династический союз… и убьют его в поединке, как пить дать.
Смерть Официального Партнёра – самый лёгкий способ отделаться от небесных знамений и родительской воли. Я его не люблю – Небеса против – Небеса направили мою руку – я убил – найду другого. Убийство на поединке убийством не считается – это перст Судьбы. Если парень – не Всегда-Господин, он инстинктивно стремится скрестить клинки с достойным соперником, даже если «звёзды против»; обычно это удаётся. Я увеличил жизнь Ма-И всего на полгода. Грустно. Я думал, после такого везения он хоть немного поживёт…
Я пытаюсь плавно перевести разговор на южан – но тут нас с Гадальщиком отвлекают вопли и свист из дворцового сада. Такие звуки – не для здешних мест: мы оба вскакиваем, чтобы подбежать к окну. Окно в апартаментах Гадальщика рядом с дворцовой часовней – прозрачное, из стеклянных шестиугольников в тонкой свинцовой оплётке.
Через эти стеклянные соты я вижу невероятную картину.
На широкой площади напротив Золотых Ворот – неожиданная толпа! Вперемежку: высшая знать Кши-На, преклонного возраста Господа Смотрители, улюлюкающие, как мальчишки, визжащие от восторга придворные дамы в мехах и золотом шитье, свистящие и размахивающие руками угрюмые воины-волчата с юга, королевские гвардейцы в светлых полушубках, по-гусарски скинутых с одного плеча… А в центре широкого круга – бойцы. С тростником.
В одном из них узнаю посла постарше. Ему года двадцать четыре, я думаю, или двадцать пять, он плотный хмурый парень, жёсткий, с тёмной, как у земных арабов, физиономией, длинными и узкими кофейного цвета глазами, сломанным носом, выступающими скулами и подбородком с ямкой – но сейчас от его хмурости и следа не осталось, выражение лица – воплощение азарта. А второй – милый-дорогой Ча. Собственной персоной.
Псих. Ар-Нель – просто псих.
Мы с Гадальщиком переглядываемся, хватаем плащи – и выскакиваем на двор. Я перепрыгиваю на лестнице через три ступеньки и думаю, что Ча дурит, что уже по той малости, которую я успел узнать о южанах, такие весёлые игры в Лянчине не в чести. Что может вступить в башку чужака? Оскорбится – ещё не худший случай. При дворе поговаривают о том, что рабам на лице выжигают клеймо с эмблемой владельца – а потенциальным рабом эти гады считают любого северянина! Куда, куда суётся…
Я влетаю в толпу в тот момент, когда посол наносит сокрушительный удар – отшвыривает Ар-Неля назад шага на четыре, тот едва удерживается на ногах. Волчата восхищённо орут. Ещё бы они не веселились: Ча – ниже южанина на голову, тоньше, да ещё и младше. Со стороны – безнадёжный спарринг…
Посол прёт, как танк, и бьёт так, что палки трещат. Ар-Неля спасает скорость и гибкость – вот это есть, он быстрее южанина. Ча уворачивается с обычной снисходительной улыбочкой; я вдруг понимаю, что он даже не запыхался. У посла глаза блестят, опасная усмешка; он говорит между выпадами:
– Ты – степная мышь, Ар-Нель, такая мышь – шустрая, но лёгкая, – посол чистенько говорит на Кши-На, между прочим. Правильно, хоть и с акцентом.