На расстоянии поцелуя (СИ)

 — Пока берёшь меня сзади, — закончил я за него, возвращая руку на место и легонько поглаживая этот центр удовольствия. Он должен чувствовать её. Даже через расстояние. Такой сильный укус, такая яркая реакция значит не только то, что альфа глубоко впился в мою плоть, но и то, что секрета на его клыках было предостаточно.
 — Эмиль.
 — Да, Амин?
 — Какой же ты испорченный мальчишка, — неодобрение в его тоне трудно не заметить.
 — Для своей среды я почти монах, — усмехаюсь в трубку. Мне сейчас очень не хватает его рядом. Я с досадой осознаю, что опять забыл свою любимую пробочку в шкафчике в комнате. Она сейчас нужна мне, как никогда.
 И как я собрался пережить этот чёртов месяц?
 Уже перед сном я захожу на свою страницу, и понимаю, что среди новых подписчиков, которых я благополучно проскроллил, есть и Амин. На фото профиля он в тёмных очках где-то на набережной, и ветер такой сильный, что балахонистые шмотки облегают стройный силуэт. Я завистливо сглатываю. Ведь кто-то видит эту красоту каждый день. Кто-то даже её трогает!
 Так всё, хватит! Я злюсь и собираюсь уже выйти из приложения, но натыкаюсь на уведомление. Кто-то отметил меня на видео.
 Открываю видео и погибаю в фэйспалме. Эти придурки сняли, как мы с Минсом танцуем. И он это видел. Хорошо, что Минс омега, и Амин вряд ли воспринял это видео всерьёз.
 Выдыхаю и тоже подписываюсь на него, а затем ещё с полчаса разглядываю его фотки.
 ========== Глава 4 ==========
 — Я слышала, вы с наследником Р.К. хорошо общаетесь... — начала мама, пока я запихивал в себя диетические хлопья.
 Я поднял на неё свои уставшие, окружённые кругами и очень несчастные глаза. Сроки сдачи диссертации пододвинули, и теперь мне приходилось писать её в дичайшем темпе. Соответственно с Амином я почти не разговаривал. Как и вообще с людьми.
 Папа явно дёрнулся и принялся греть уши, хотя и пытался сделать вид, что залипает в телефоне.
 — Мы переписываемся, а что? — сухо ответил я, пережевав хлопья, и тут же закинувшись ещё двумя полными ложками. Мамины успехи в борьбе с болезнью недавно хорошо так продвинулись, а потому она стала ещё в два раза активнее. Я конечно, очень рад, что мама не умрёт, но могла бы и разрешить папе отселить меня в отдельное жильё, а то от её активности я скоро на стену полезу.
 — Думаешь, ты ему понравился?
 Я дёрнул плечом, на котором до сих пор во всю цвела метка от Амина, что так и звала к себе прикоснуться в самые неподходящие моменты. Учитывая то, что я в поте лица писал диссер, ВСЕ моменты были неподходящими. Понравился ли я ему? О, да, так понравился, что он присвоил меня себе на месяц вперёд. Минимум.
 — А что, мам? — Я уже немного злюсь. Никогда не любил, если мама лезла в мои отношения, потому что моих партнёров она всегда оценивала с позиции выгоды. «Ну, ты же знаешь, что он не из богатой семьи, да? Так что даже если залетишь от него, то я настаиваю на аборте», «И хорошо, что она тебя бросила. Где это видано, чтобы омега был женат? Нас засмеют». И всё в таком духе.
 
 — Постарайся понравиться ему, — сказала она. — Это была бы ОЧЕНЬ выгодная для нас партия.
 — Ясно, — ответил я, поднимаясь из-за стола. — Прошу меня извинить, учёба зовёт.
 — Мин, ну зачем ты так... — услышал я голос папы, когда уже был у лестницы.
 Зайдя к себе, я выдохнул, потёр глаза. Нужно было захватить с собой чашку кофе, но возвращаться не хотелось, а потому я достал с полки бутылку энергетика, и сел за написание введения. Точнее переписывание введения под результаты, полученные в теоретической части. Учился я, мягко говоря, хило. А для чего, если управлять компанией я всё равно не буду? Да и работать по специальности тоже. Специальность, причём с магистерской степенью, мне нужна для того, чтобы мама могла хвастаться моими успехами. Да и обучение отсрочивало для меня вступление в брак. Не то, чтобы после получения диплома меня тут же заставят надеть кольцо чьей-то бабушки, но сила давления явно усилится.
 Только я успел вникнуть в работу, как ко мне постучали.
 — Да? — немного раздражённо отозвался я, и дверь робко открылась. Хорошо хоть без спроса не заходят, как принято у Минса в семье. Ему даже запретили ставить щеколду на дверь. Что, к слову, не помешало этому парню переебать половину университета.
 — Ты не успел выпить кофе. — Папа криво улыбнулся, прикрываясь подносом с печеньем и огромной кружкой с кофе, наверняка разбавленным тонной сахара и тонной молока. У меня аж потекли слюнки.
 Папа поставил поднос мне на стол и присел на мою кровать. Взял печеньку и стал её немножечко грызть.
 — Спасибо, — поблагодарил я, и взял кружку с кофе.
 — Учишься?
 — Ага. Вот теорию и введение под результаты исследования подстраиваю. Всё как обычно.
 — Помню, помню, сам кучу макулатуры подделывал, — мечтательно улыбнулся папа. Он вправду долгое время провел внутри академической среды, пока не погиб его старший брат, и папе, скучному и мягкому кандидату наук в области культурологии, не пришлось взять управление компанией в свои руки. — Но раз ты уже начал подделывать введение, значит, самое неприятное позади.
 — Самое неприятное — это нормоконтроль.
 — Просто скинь мне файл, как закончишь. Я всё тебе подправлю.
 — Спасибо, пап, — я улыбнулся и взял в руки большое печенье. — Ты хотел что-то обсудить?
 — Да... знаешь, Эмиль, я тут подумал... — папа смущённо поскрёб лысину. — Не слушай маму, делай, как сам решишь. Ты знаешь, в наших кругах одни сексисты, и твою фигуру, как президента компании, не оценят и могут начать войну, но... если ты решишь работать на компанию, то я готов тебя поддержать. Я вижу, что ты пока не особо стремишься к браку и... не общайся с ним просто потому, что мама хочет, чтобы ты составил верную партию. Я хочу, чтобы ты был счастлив. Ты, наверное, этого не знаешь, но... — он замялся, — мои родители навязали мне выгодный брак. Я знаю, что это такое, жить с нелюбимым человеком... и хотел бы, чтобы ты избежал подобной участи.