На расстоянии поцелуя (СИ)

 Я глубоко вздохнул, вместе с воздухом набираясь храбрости: несмотря на нашу близость с этим омегой, несмотря на мою склонность все прощать, я всё же злился и боялся, что могу сказать лишнего и разрушить все наши отношения до основания: Минс, хоть и кажется весьма уверенным в себе мальчишкой, в глубине души достаточно раним и закомплексован. Как говорил один модный психотерапевт по телеку: «беспорядочные половые связи чаще всего являются признаком недостатка понимания и любви». Или типа того. Короче говоря, Минс — та ещё проблема на мою голову.
 Я, было, собирался нажать на вызов, да передумал. Мне нужно время, чтобы привести мысли в порядок. И кто-нибудь адекватный.
 Амин до сих пор был не в сети, да и ему бы пришлось пересказать всю историю наших с Минсом отношений для примерного понимания создавшейся ситуации, а это долго, весьма долго, да и не хотелось грузить человека всякими глупостями: он там борется со своим наследством, как кот с громадной крысой, а я буду ему ныть, что меня друг подставил, и теперь мама злится. Нет уж.
 Башику писать тоже не хотелось — он дико взбесился от Минсова тупоумия и находился не в адеквате, а вот Гордей, всегда спокойный и беспристрастный, а также осведомлённый обо всём, подходил для дачи совета очень даже.
 Я плюнул на поздний час и позвонил. Разбужу — не разбужу, он мой друг и должен понять.
 — Привет, Эмиль, — вздохнули мне в трубку устало, но не сонно.
 — Привет, — поздоровался я робко, и спросил тонким голосом даже не ради приличия, а чтобы показать, как я раскаиваюсь и как мне стыдно: — Не разбудил тебя?
 — Нет. — Гордей снова тяжело вздохнул. Повисла небольшая пауза. — Минс мне уже звонил.
 — О...
 — Очень переживал и злился, что ты не берёшь трубку.
 Губы невольно расползлись в мягкой улыбке. Переживал. Злился, что я не беру трубку. Он не хотел меня подставить. Просто затупил. Такое бывает с омегами, которых воспитывают в пансионах: они вообще ни черта не понимают в реальной жизни.
 — А ты... — Я тоже вздохнул. — Тебя там не было, но... Что ты думаешь?
 — Я думаю, вам нужно поговорить, — твёрдо ответил Гордей. — И не только по поводу произошедшего на вечеринке.
 — О чём ты? — Я закусил губу, ощущая, словно ко мне приближается что-то, чего бы я предпочёл не замечать. Желательно никогда.
 Гордей помолчал пару долгих мгновений, словно собираясь с мыслями. Когда он заговорил, его голос звучал ласково и одновременно твёрдо.
 — Знаешь, почему все вокруг судачат о том, что вы с Минсом парочка?
 Я закатил глаза.
 — По той же, по которой судачат обо мне и Башике.
 — О тебе и Башике сплетничают только потому, что он альфа, а ты — омега, — строго перебил Гордей. — И то меньше, чем о тебе и Минсе. Что бы между вами ни происходило... вы должны понимать, что нельзя усидеть одновременно на двух стульях. Особенно ты, Эмиль. Как более здравомыслящий.
 
 Ну вот. Надеялся на адекватное мнение со стороны, а выслушиваю какой-то бред. Минс — мой дружбан. Он омега. И он не в моём вкусе. Я сжал телефон в руке и нахмурился, вспоминая, как мы с ним отжигали на танцполе, какие искры летали вокруг, как хорошо и сладко это было. И как потом ревновал, хоть и скрывая это, Амин. А Амин, в чьём краю связь омеги с омегой (даже если один из них — мужчина, а другая — женщина) — что-то из ряда вон, не стал бы проверять меня на пустом месте.
 Я тяжело вздохнул.
 — Между нами ничего никогда не было, — говорю обречённо на автомате, особо не испытывая веры в собственные слова. Они не являются ложью. Мы действительно не делали ничего предосудительного. Но то, что мы этого не делали, не значит, что не хотели где-то глубоко в душе.
 — Ага, — согласился Гордей. — Он тебя когда впервые увидел, чуть слюной не истёк. Минни и подружился-то с нами из-за тебя. Он только потом узнал, что ты не альфа.
 Я хохотнул. Несмотря на то, что эти слова и обескураживали, и весьма льстили, и, одновременно с тем, пугали, я всё-таки ощутил веселье момента.
 — Да в каком месте я похож на альфу?
 — Захочешь поверить — во что угодно поверишь, — мягко проговорил Гордей. — К тому же... сам знаешь, есть альфы и твоего размерчика.
 Я прямо почти что увидел, как эта заноза ухмыляется.
 — Я понял тебя, чувак. Спасибо.
 — Обращайся, Эмиль, — соблаговолил он. — А теперь можно я уже пойду спать? Мне ещё защитное слово дописывать.
 Я усмехнулся.
 — Спокойной ночи, бро.
 — Удачи.
 Я нажал на отбой и прикрыл глаза. Был ли я идиотом, что не замечал влечения к своему другу? Возможно. Но это сродни избеганию мыслей об Эдиповом комплексе — всего лишь защита, нечто ненужное. Минс красивый. И он похож на мою бывшую подружку — Анджи. Ещё он придурковатый и поддерживает любую нашу бредовую идею. Он классный, и кому-то с ним очень повезёт. Если парень перед тем поумерит свои аппетиты.
 — Привет, — поздоровался я, приняв очередной входящий, пришедший спустя минуту.
 — Здравствуй... — пролепетал Минс. — Я... прости меня, пожалуйста...
 — Я не злюсь, — перебил я его слишком резко, а потому далее смягчил тон. — Правда, не злюсь. Мне бы в любом случае пришлось бы ей сообщить.
 Минс помолчал в трубку, что-то тихонечко поскрёбывая.
 — И всё же прости, — сказал он непривычно-твёрдым тоном. — Я облажался. Я постараюсь быть... внимательнее.