Отец с обложки (СИ)

— Я что буду работать прямо здесь?
На близкое соседство с Леоном я как-то не рассчитывала. Сидеть целый день рядом с ним, когда помнишь вкус его поцелуев и нежность рук, то еще испытание
— Да. Я не собираюсь каждые пять минут хвататься за телефон, потому что мне от тебя что-то нужно.
— Но… разве твоя бывшая помощница не занимала место в приемной рядом с секретарем?
Клянусь, этот стол еще вчера я видела именно там.
— Да. Именно поэтому она была уволена. Слишком медленно бегала из кабинета в кабинет и брала трубку, когда я звонил.
Я смотрю на него и пытаюсь понять серьезно он сейчас или шутит.
— Я не думаю, что мы сработаемся, находясь в одном кабинете. У тебя идеальная чистота, я же люблю творческий беспорядок, – обвожу рукой пространство вокруг.
— Придется подстраиваться под меня. Итак, времени на болтовню больше нет, возьми блокнот и запиши все, что я буду говорить.
Я не спорю с ним. Не в той я сейчас ситуации. Полчаса назад я избила его дорогущее авто, и то что я беременна от него меня не оправдало бы, если бы он выставил мне счет за ремонт.
Я подхожу к своему новому рабочему месту, открываю нижний ящик где меня ждет новая порция канцелярии, беру ручку и блокнот. Сажусь в кресло, проверяю его на мягкость. Леон наблюдает за моими действиями, во взгляде читается нетерпение.
— Каждую пятницу после рабочего дня ты забираешь мои костюмы и увозишь в химчистку. Визитку компании, услугами которой я пользуюсь, возьмешь у Нины. Одежда находится здесь.
Он открывает дверь, которую я до этого не заметила, я подаюсь вперед, чтобы рассмотреть скрытое помещение.
— В понедельник утром ты забираешь их с химчистки и возвращаешь на место.
— Не так я представляла себе работу личного помощника генерального директора компании, - ворчу под нос, но конечно же у папы моего ребенка отличный слух. Он бросает на меня недовольный взгляд и продолжает:
— Вы с Ниной должны постоянно согласовывать мой график. На все встречи, проходящие вне стен офиса, заранее должен быть зарезервирован столик в ресторане. Если встреча проходит в первой половине дня, то выбери ресторан рядом с набережной, я живу в этом районе. Если во второй половине – недалеко от офиса. Не люблю мотаться туда-сюда.
— Есть ли преимущества в ресторанах? – уточняю у него и беру в руки ручку.
— Нина в курсе, у нее спросишь.
Прекрасно, зачем ему вообще помощница, если у него есть чудо-нина?
— В конце дня все документы, которые подлежат отправке, ты отдаешь Нине, она сама передаст их курьеру. Конфиденциальную и важную документацию будешь возить лично ты. Потеряешь что-то – тебя сразу же уволено. Можешь даже не возвращаться в офис.
— А ты суровый босс, – вырывается из меня. Когда я нервничаю, то очень некстати шучу.
— Больше уважения, пожалуйста, к моей персоне.
Я поморщилась. Такое ощущение, что мой Леон из бара и этот человек совершенно разные люди.
— Мне нужно идти, Нина передаст тебе некоторые дела, после увольнения предыдущей помощницы она временно взяла на себя все ее функции.
— Хорошо.
Леон складывает документы в кожаный портфель и покидает кабинет. Я тяжело вздыхаю и обвожу пространство внимательным взглядом. Когда пришла сюда впервые на так называемое собеседование, то настолько нервничала, что не обратила никакого внимания на мелочи.
Вдоль одной из стен расположен стеллаж с коллекцией макетов парусников. Я вспоминаю, что в журнале говорилось, что Леон занимается парусным спортом. Поднимаюсь со своего места и подхожу к окну. Вид из него открывается нереальный. На закате здесь по-особому должно быть красиво. Хотелось бы мне жить в квартире, где из панорамных окон был бы такой же вид.
Я исследую кабинет вместо того, чтобы пойти к Нине и начать работать. Замираю перед коллекцией парусников. Едва касаясь, провожу по одному из них пальцами. Завораживает. Выглядит как настоящий. Скорее всего, ручная работа.
— Да, чуть не забыл…
Я дергаюсь от испуга, когда дверь открывается и за спиной появляется Леон. У меня ощущение, будто он застал меня за чем-то криминальным.
 
Я резко поворачиваюсь к нему и не знаю, как так происходит, но я цепляю один из корабликов на полке и тот летит на пол.
В тишине отчетливо слышен звук его падения. Мачта с парусами отлетают от корпуса. В кабинете наступает абсолютная тишина.
Мои глаза расширяются от испуга. Я прочищаю горло и поднимаю виноватый взгляд на мужчину. Он, кажется, еле сдерживает свой гнев.
Кажется, меня уволят в первый же рабочий день.
— Я заплачу. Он дорогой? – тихо спрашиваю, приседая на корточки, чтобы собрать детали.
— Ты можешь хоть час не ломать ничего из моего имущества? Ты специально это делаешь?
Я стараюсь держать лицо, чтобы не расплакаться. Беременность сделала из меня слишком чувствительную женщину, а тут еще такое. Слишком обидно звучат его слова. Да и в тоне, и действиях никакой симпатии или намека на то, что я нравлюсь ему как женщина. Кажется, ты ночь была первой и последней, когда он смотрел на меня с желанием, засыпал комплиментами и вел себя как заинтересованный в девушке мужчина.
— Я все исправлю. Можно на суперклей мачту приклеить, - предлагаю несмело.
В поле моего зрения появляются начищенные до блеска черные туфли.
— Ничего не трогай, - Леон вырывает из моих рук сломанный корабль и кладет на полку. Гневно смотрит на меня. Идеальный момент сказать ему о своей беременности, перед тем как он меня уволит. – Это никуда не годится. Я подумаю над тем, чтобы перенести твой стол к Нине. Надеюсь, к концу рабочего дня ты больше ничего не сломаешь! - гаркнул он и быстрым шагом вышел из кабинета, не забыв хлопнуть дверью.
Не знаю куда девалась предыдущая секретарша, но Нина мне понравилась. Серьезная, умная, трудолюбивая и никакого кокетства в сторону Леона. Наверное, последнее и стало ключевым фактом в моей симпатии к ней.
Остаток дня проходит спокойно. Мы перебираем документы, мне показывают, где какой отдел находится, знакомят с людьми. Вересов так и не возвращается в офис, так что я могу немного отдохнуть от избытка эмоций и впечатлений. И даже больше ничего не ломаю из его вещей до конца рабочего дня.
В шесть вечера все начинают завершать дела и идти домой, я спускаюсь на парковку, подхожу к своему месту и обнаруживаю пустоту.
– Господи, – я прикрываю глаза. Почему я столь невезуча?
Я теряюсь, верчу головой по сторонам в надежде что просто ослепла, или это глупый розыгрыш. Ибо машины моей нет.
Не знаю, что делать в такой ситуации. Был бы у меня мужчина, я бы ему позвонила, но я не замужем, поэтому достаю из сумочки телефон и личную визитку Леона - черный прямоугольник с золотыми буквами. Позвонить ему – это единственное что пришло в голову сейчас.
– Алло? – Он берет трубку после первого гудка.
Я молчу.
– Алло? Говорите, - повторяет он, потому что пауза затянулась.
– Эм, привет еще раз, это Ксения, – говорю сдавленно.
– Привет, Ксения, – в его голосе послышалась насмешка. – Ты снова что-то разгромила в моем кабинете и теперь не знаешь как мне об этом известить, чтобы я не уволил тебя в первый же рабочий день? – Ну точно насмехается!
– Извини что беспокою тебя, но… кажется, мою машину угнали. Я знаю что просто так мне никто не даст записи с камер, не мог бы ты как-нибудь помочь, пожалуйста.
– Могу, конечно, но я и без камер наблюдения могу сказать куда девалась твоя машина.
– И где она?
- В сервисе, - он отвечает так, словно это само собой разумеющееся. – Я вызвал эвакуатор и ее забрали. Вместе с моей. Обещали, что послезавтра все будет готово.
– Эм... Спасибо, – теряюсь я, потому что совсем не ожидала от него такой заботы. Это очень мило с его стороны.
– Не за что, Ксения. Вызови себе такси за счет компании. До завтра.
- До завтра.
Пальцы с силой сжимают пластик, на лице вдруг появляется улыбка. Не такой уж плохой наш папаша. Я прикладываю руку к животу, нежно поглаживаю его и иду к выходу.