После его банана (ЛП)

Майлз внимательно посмотрел на меня.
— Нет. Когда ты ходишь в самые модные рестораны, ты не набрасываешься на еду с жадностью. Ты смакуешь каждый кусочек. Ты не какая-нибудь забегаловка на обочине шоссе, Рей.
— Смогу ли я по-прежнему оставаться классным рестораном, если захочу отплатить тем же?
Майлз ухмыльнулся.
— Да. И я собираюсь получить удовольствие, заставив тебя ждать.
Ублюдок. В тот момент я была слишком горда, чтобы умолять.
Майлз лениво поправил мои трусики, поправляя резинку, чтобы они снова были прямыми. Даже простое прикосновение заставляло меня взрываться от желания большего, но я держала это внутри.
— Я тебе кое-что скажу. Я никогда ни с кем так сильно не старался. Никогда даже близко не подходил к такому.
Я наклонилась и взяла его руки в свои, улыбаясь. Затем у меня в животе возникло неприятное ощущение. Я не могла позволить этому продолжаться, не признав всей правды. Может быть, это было глупо, и он просто посмеялся бы над этим, или, может быть, он почувствовал бы себя преданным и сказал, что ненавидит меня. Но это было его право знать и сделать выбор.
Я сделала глубокий вдох.
— Майлз…
Кто-то постучал в дверь.
— Мистер Чемберсон? Уильям хочет видеть вас у себя.
— О'кей, — отозвался Майлз. — Мы поднимемся через несколько минут.
— Откуда он знает твоего… Подожди, Уильям? Мне показалось, ты сказал, что это не та лодка?
— Я действительно это сказал или подразумевал? Я не могу вспомнить. Я знаю, что план состоял в том, чтобы просто намекнуть на это.
В одно мгновение я перешла от желания снять с Майлза штаны к желанию убить его.
 Глава 16 
 Майлз 
Рей замахнулась в мою сторону подушкой. По какой-то причине я отпрянул, как будто это был острый меч.
— О чем ты думал? — зашипела она.
— О том, что ты сказала, что тебе больше нравятся простые вещи, чем модные для богатых людей. На самом деле ты должна винить в этом только себя. Я просто был хорошим слушателем.
Она ударила подушкой сверху, замахнувшись на удивление смертоносно. Подушка попала мне в глаз, и что-то острое вызвало красную полосу боли на моей щеке.
Я резко наклонился и упал на пол, схватившись за лицо.
— Ааааа!
Рей упала на колени, пытаясь осторожно отвести мои руки от лица.
— Что? Это была всего лишь подушка! — В ее голосе звучала легкая истерика. — Что случилось? Прости…
Я убрал руки.
Рей откинулась на спинку стула с выражением отвращения в глазах.
— Твое лицо даже не покраснело. Должно быть ты поцарапался молнией или что-то в этом роде.
Я ухмыльнулся.
— Я подумал, может быть, ты будешь меньше казаться на грани паники, если я добьюсь от тебя улыбки.
Рей закатила глаза, что я воспринял это как признак легкой победы.
— Я все еще злюсь на тебя.
Как только она оделась, в коридоре нас встретил очень раздраженный на вид сотрудник. Он демонстративно держал глаза примерно в шести дюймах над нашими головами, как должным образом обученный профессионал.
— Веди, — сказал я, сжимая задницу Рей для пущей убедительности.
Она подскочила, как будто была шокирована, а затем бросила на меня недоверчивый взгляд.
— Ты вообще можешь себя контролировать?
— В целом или рядом с тобой?
— И то, и другое?
— И да, и нет.
Она пыталась притвориться, что ей не смешно, но меня ей не удалось одурачить.
После короткой поездки на лифте, короткой прогулки по коридору с окнами, из которых открывался вид на город за заливом, мы добрались до вестибюля. Дядя Уильям сидел на одном из многочисленных диванов в большой гостиной с окном на верхнюю палубу корабля. Грэмми седела напротив него.
По какой-то причине казалось, что они играют в морской бой.
Уильям бросил на нас взгляд снизу вверх, затем посмотрел по внимательнее.
— Сексуальные прически? Мило.
Мне даже не нужно было смотреть на Рей, чтобы понять, что она покраснела так сильно, что, вероятно, покраснели ее глаза.
Я прочистил горло.
— Ты просил о встрече с нами?
Уильям рассеянно кивнул. Он воткнул цветной колышек в один из своих корабликов и вздохнул.
 
— Поздравляю, старая карга. Ты потопила мой линкор.
Грэмми самодовольно отметила место, в которое она попала на своей стороне доски.
Я почувствовал, что мой голос становится напряженным от раздражения.
— Мы были нужны тебе для чего-то срочного?
— Что? — спросил дядя Уильям: — Нет. У меня было ощущение, что вы двое становитесь через чур расслабленными, а одна из моих любимых вещей в мире — это прерванный секс. Однажды я действительно заплатил этому польскому парню, чтобы он включал нашу автомобильную сигнализацию в заранее определенное время. Он удерживал нас с твоей тетей Хейли от совместного оргазма целых три дня. К тому времени, когда я наконец кончил, я был удивлен, что не подбросил ее прямо к потолку с такой силой.
Грэмми испустила долгий разочарованный вздох. Я подумал, что она собирается отчитать его за то, что он заговорил о ее внучке в ее присутствии, но вместо этого она погрозила пальцем.
— Три дня — это все, сколько ты смог продержаться? Попробуй десять.
Голова дяди Уильяма откинулась назад. На его лице застыло выражение, среднее между отвращением и благоговейным трепетом.
Я посмотрел на Рей, которая была еще краснее, чем я себе представлял. Я наклонился к ней и прошептал:
— Ты в порядке?
Она едва шевелила губами, когда отвечала, как будто боялась, что дядя Уильям сможет их прочитать.
— Он знает, чем мы занимались.
— Ну, да. Во всяком случае, он, вероятно, видел это на камерах.
Она повернулась ко мне, широко раскрыв глаза.
— Камеры?
— Я шучу. Вероятно, в большинстве комнат нет камер.
Рей не выглядела так, будто это заставило ее почувствовать себя намного лучше.
— Итак, — сказал дядя Уильям. — Вы двое собираетесь сесть или продолжите шептаться о том грязном дерьме, от которого я только что вас отвлек?
Я собирался предложить Рей присоединиться к ним, но потом увидел выражение ее лица. Я вспомнил, какой напряженной она казалась из-за мысли о пропуске занятий, и понял, что она, вероятно, просто изо всех сил старалась сохранять хладнокровие, но внутри сходила с ума.
— Вообще-то, — сказал я. — Я хотел спросить, не могли бы вы каким-нибудь образом развернуть лодку и высадить нас обратно в порту. Кажется, я оставил свой холодильник открытым.
Дядя Уильям бросил на меня сухой взгляд.
— Ты оставил свой холодильник открытым, так что хочешь, чтобы я развернул свою огромную, размером с пенис, суперяхту? Ты хочешь, чтобы сотни сотрудников обновили свой маршрут на день, потому что твой холодильник открыт?
Я слегка опустил подбородок, приподняв брови.
— Да?
— Ладно. Одну секунду. — Дядя Уильям достал свой телефон и что-то набрал. Через несколько секунд я почувствовал, как лодка содрогнулась. Из окон я видел, что мы разворачиваемся. — Ты хотел бы, чтобы тебя подбросили на вертолете до дома обратно?
Я колебался.
— Вы с Грэмми будете пилотировать этот вертолет? — Дядя Уильям был печально известен в семье своим умением пилотировать вертолет. Мы все еще не были уверены, что он действительно прошел курсы управления вертолетом, чтобы получить лицензию. Вполне возможно, что он дал взятку и просто методом проб и ошибок выяснял, как летать.
— Нет, извини. — Уильям поднял большой палец, на котором был заклеен пластырь. — Моя рука скомпрометирована. Тетя Хейли укусила меня в порыве страсти прошлой ночью, и рана все еще заживает.
— Она… — медленно произнесла Рей.
— Лучше не задавать вопросов, — пробормотал я. — Что ж, спасибо. Извини, что так рано отказались от прогулки на лодке.
— Все хорошо. Теплые продукты из холодильника — это не шутка. Так ты хочешь прокатиться на вертолете или нет? Капитан Майк обычно околачивается в баре на крыше рядом с вертолетной площадкой. Просто назови ему кодовое слово. Вишневый пирог. Ты также должен подмигнуть после того, как скажешь это.