Почувствуй, насколько мне безразлично (СИ)

***
Мне следовало как можно быстрее позвонить Картеру, но, когда мы еще ехали домой, я отключилась прямо в машине и совершенно не помнила того, как тетя довела меня до дивана и там уложила спать.
Возможно, нервозность и то, что происходило с моим телом, отнимало слишком много сил. Мне требовался сон, вот только тревожность сделала его кошмарным. Меня ведь действительно пугало все это. Не просто омега, а еще с какими-то там показателями. Ну, почему, черт раздери, в моей жизни не может быть все просто?
Но, когда я проснулась рано утром, чувствовала себя намного лучше. Даже прошлась по дому не понимая откуда у меня вообще столько энергии. Оказалось, что Миранда уже не спала и, найдя меня, она тут же спросила, как я себя чувствую.
— Как не странно, отлично, — я потянулась, пытаясь размяться.
— Мне кажется, или ты немного изменилась? — окидывая меня медленным взглядом, она приподняла бровь. — Ты и так была очень симпатичной, но сейчас у тебя будто бы кожа стала лучше. Глаза немного другие.
Изначально я посчитала, что Миранда лишь преувеличивает. Само по себе пробуждение меняло омег. Они этим и отличались от бет. Тем, что во время пробуждения становились еще красивее. Многие после этого сравнивал их с богинями. Вообще с внеземными существами.
Поэтому, я и посчитала, что после этого «частичного» пробуждения, тетя начала надумывать себе лишнего, но, когда я посмотрела в зеркало поняла, что она права. У меня и правда кожа стала лучше. Словно шелк. И цвет глаз немного другой. Ого. Это было достаточно странно.
— Интересно, что будет, когда ты полностью пробудишься? — Миранда стояла рядом со мной. До сих пор рассматривала.
Я бы не сказала, что она успокоилась. До сих пор была бледной и голос частично дрожал, но при детях она старалась это скрыть. Постоянно обнимала их и целовала. Затем пряталась в своей спальне и плакала.
Следовало срочно звонить Кратеру и делать все, чтобы он помог.
Выйдя во двор, я настороженно посмотрела по сторонам. По улице проходил какой-то альфа. Повернулся, пристально посмотрел на меня, но пошел дальше. Значит, хотя бы запаха у меня пока что нет. Это хорошо.
Достав телефон из кармана, я разблокировала его и увидела то, что пропущенных стало еще больше. И от Картера пришло еще около десяти новых сообщений, но в первую очередь я обратила внимание на сообщение от Люси. Она огромными буквами написала, чтобы я срочно перезвонила ей.
Боясь, что что-то случилось с Моной или с сестринством, я тут же набрала ее номер. Не прошло и нескольких секунд, как Люси ответила:
— Селена, черт раздери, где ты пропадаешь? — ее голос дрожал. Казался очень нервным.
— Извини, что не отвечала. Что-то случилось? — я села на ступеньки рядом с крыльцом.
— Да тут треш случился. Тебя отчислили!
У меня ладонь дрогнула, но хотелось нервно улыбнуться. Слова Луизы я приняла за нелепую шутку, но сразу же кольнуло пониманием того, что она бы шутить не стала. Тем более, вот так.
— В каком смысле отчислили? Мне же дали время на пересдачу. Ты, наверное, что-то путаешь, — опустив руку, я ею сжала край ступеньки. В прошлом месяце из-за Кэли, вернее, из-за проплаченного ею, ушлого преподавателя, меня обвинили в списывании. Но я ведь решила этот вопрос. На следующей неделе должна была быть пересдача.
— Если бы. Тут такая жесть сейчас происходит, — что-то хлопнуло. Кажется, Луиза куда-то зашла так как на заднем фоне стало тише. — Короче, в универ опять заявилась мамаша Кэли и пошла к декану. Это заметила Мили и побежала караулить около двери. И не зря. Конечно, Мили услышала не все, но судя по всему, эта карга решила расчистить путь для своей суки дочурки. Ты же в курсе, что сестринства много значат даже в дальнейшей жизни? Я имею ввиду после окончания универа? Ну а Кэли опозорилась тем, что у нас в группе два сестринства.
— Она сама виновата. Нечего было нас выгонять из своего сестринства, — у меня в груди все полыхнуло, но, в принципе, я понимала, что Луиза имела ввиду.
 
В каждой группе было по одному братству и по одному сестринству. А у нас их два. И все из-за того, что Кэли отказала части девчонок в присоединению к ней. Так сформировались мы и, поскольку нас было даже на пару девчонок больше, чисто формально в некоторых документах нас записывали, как главное сестринство. Из-за чего Кэли каждый раз устраивала скандалы. Но чем они лучше нас? Разве что тем, что богаче. А так нас больше, оценки лучше, как и показатели в секциях. Если бы Кэли не делала нас изгоями, из-за чего моему сестринству отказывали в некоторых секциях, мы бы вовсе показывали отличные результаты.
Ну и этим Кэли проигрывала. Я знала, что для многих в универе ее сестринство становилось посмешищем. Даже сейчас это рушило социальный статус. Расшатывало его, а, поскольку сестринство являлось той связью, которая позже тянулась через всю жизнь, Кэли уже с самого начала проигрывала.
Но вот такого я от нее не ожидала.
Хотя… разве уже не было ясно, что она готова на любые методы? Кэли же еще та сука.
— Ну, это, конечно да, но ты разве не знаешь Кэли? — Луиза продолжила сокрушаться. — Короче, мамаша Кэли начала заряжать декану, что ты зло воплоти и что мешаешь жить Кэли. А поскольку Кэли намного более перспективная, нежели ты, эта старая карга просила тебя отчислить, чтобы ты не мешала ее золотой дочурке проявлять себя.
— И декан на это повелся? — я до боли в пальцах сжала телефон.
— Да. Прикинь? Ну Кэли же золотая девочка. О ней постоянно пишут статьи. А ты кто? И похрен им, что ты по учебе себя намного лучше показала. Черт, какая же я злая.
— Но они же не могли отчислить меня вот так. Даже без разговора. А ну, подожди, — опустив телефон, я нажала на несколько значков и вошла на почту. И, увидев там письмо из университета, ощутила, как сердце рухнуло куда-то вниз.
Само письмо пришло еще вчера днем. Полностью его читать не стала, но даже одного взгляда на текст хватило, чтобы понять, что мне писали об отчислении. Не о том, что меня вызывают к декану. А просто по факту уже об отчислении.
Закрыв глаза, я до боли стиснула зубы. Значит, Кэли воспользовалась моим отсутствием. Тем, что я уеду на семинар.
То, что я чувствовала в этот момент было непередаваемо. Меня рвало на части. Терзало. Кружило в адском котле.
— Срочно ищите мне замену, — произнесла, вновь поднося телефон к уху. — Сейчас главное сохранить сестринство. Пусть главной будет Роузи. Я немедленно позвоню ей и объясню, как подать заявку на новое формирование сестринства.
— Мы уже пытались. Нас к чертям развернули и даже сказали до вечера освободить дом. Сел, пойми, хоть мамаша Кэли и говорила декану, что отчислить тебя нужно по той причине, что ты зло, но все прекрасно понимали, что дело в самом сестринстве. После твоего отчисления оно распускается и, думаю, старая карга уже позаботилась о том, чтобы нам не позволили опять сформироваться.
Мне понадобилось время, чтобы переварить то, что я услышала. А оно ударило. Мощно. Это ведь как раз то, чего мы боялись. То, что мы все можем, но противостоять деньгам Кэли у нас возможности не было. И она ими по нам и ударила.
— Нет возможности хотя бы дом сохранить? — спросила, чувствуя, как меня разрывало от гнева и отчаяния.
— Нет. К нам уже ходят и поторапливают, чтобы мы вещи собирали. Дом отдадут сестринству Кэли.
— У них же есть хороший дом. Зачем им наш?
— Как трофей, судя по всему. Черт, я бы ее убила собственными руками. Она решила вообще окончательно нас добить. Еще и слухи по универу пустила. Уже празднует.
Вновь глубокий вдох. Была бы возможность, я бы сама перервала Кэли собственными руками.
— Куда вы пойдете? — спросила, опять закрывая глаза. Для тех, кто не имел сестринства, жизнь в универе была хуже ада.
— На эту ночь мы сняли две комнаты в хостеле. Будем там как-нибудь ютиться. Чуть что на полу поспим. Не это страшно. Сел, что с тобой делать? Мы уже несколько раз окружили декана с претензиями о том, что он не может так просто тебя отчислить, но, кажется, только сильнее разозлили его. Нам… Нам всем страшно, что тебя отчислили. Как мы без тебя? Мы же сестринством были не из-за статуса, а потому, что были все вместе. И… Мы не понимаем, что делать с твоим отчислением. Что с тобой будет?