Марсианская комната (СИ)

– Старый кретин, ее папаша, никак не мог поверить, что его дочурка не просто маленькое ущербное существо, а лучший мозг в этом убогом мире. Девочка умнее меня, умнее его, Макса покойного. Жену Стайл довел до ручки, а вот загубить дочку я ему не дал.
– А я Стайла понимаю. Объясни мне, как это возможно, такая умная девочка никак не проявляет себя? И все же эта Кицунэ, откуда она взялась?
Эрик смешался и начал говорить сбивчиво до полной бессвязности. Кира подумала, что наконец-то докопалась до живого.
– Маски. Я придумал, ну как придумал, использовал теорию ролей, мы ведь всегда это делаем, у нас есть маски на все случаи жизни. Я пытался обучить Лизу представлять кого-то другого на ее месте, будто бы она играет роль и ничего более. Но только Кицунэ прижилась. Может быть, оно и к лучшему. Может быть, Лизе вообще ни к чему оставаться на этом свете, если это причиняет девочке такую боль. Я бы хотел, чтобы она слилась с Кицунэ, создав новую полноценную личность. Но это же страшно. Я в такие глубины лезу с этой девочкой, там напортачить раз плюнуть. Ей и так трудно, тут хоть какой-то шанс. И ведь, кажется, все получается. Лиза у нас молодец! 
– Неважный из тебя психотерапевт, – сказала Кира без злобы. – И что же, вышла из вашего робота личность? 
– Об этом мы узнаем сегодня. Если ты, конечно же, все еще с нами.
В кухню вошел заспанный Стайл.
– Секретничаете? Сейчас как начну ревновать! – Стайл склонился к уху Киры и произнес громким шепотом. – Эрик Фромм – бабник, берегитесь его, женщины!
  
2077.05.16. 09.00
 
Кошмар, навеянный, несомненно, милым дядечкой Райзманом, оставил после себя обрывочные липкие воспоминания и неприятный привкус во рту. На столике в изголовье Лиза нашла стакан воды, осушила его одним глотком. Смывая в душе последние ошметки сна, она пыталась вспомнить что-то конкретное, но перед глазами вставал только отвратный потомок Ктулху с жабрами-жалюзями на лице. Неужели ее подсознание выдало этот бред? Решив для собственного покоя, что все это происки Райзмана, Лиза завернулась в полотенце и вернулась в спальню.
В шкафу висел белый комбинезон, то ли вчерашний, но вычищенный и выглаженный за ночь, то ли точно такой же. Альтернативы по-прежнему не было.
Чего-то усиленно не хватало. Сознание до сих пор путалось. Одеваясь, Лиза все еще не понимала, что не так, и только усевшись на край кровати, осознала, что ей нечем занять руки. Куда-то делся планшет, Лиза поискала его в комнате, пытаясь сообразить, куда она могла засунуть гаджет, и постепенно вспомнила, что Райзман отобрал его и отдал горничной.
Лиза нажала кнопку.
– Принеси мне капучино, – попросила она Глорию, мигом возникшую на пороге.
Та, кивнув, собралась уйти, но Лиза ее остановила. Сзади на шее под волосами у каждого андроида вытатуирован серийный номер, очень мелко, но глаза у Лизы были хорошие. Она попыталась вспомнить классификацию, ясно, что Глория родом из «Бионики», а значит, у нее установлена модифицированная система «А-Стайлс». 
Лиза нажала пальцем точку под татуировкой и произнесла кодовую фразу:
– Колонизация Андромеды завершена.
– Колонисты нуждаются в еде, – откликнулась Глория.
Это означало, что андроид полностью под контролем. Об этой лазейке знали два человека в мире. Один из них умер два года назад.
– Ты забрала вчера у меня одну вещь, найди ее и верни, если она в доме. Ты понимаешь, о чем я говорю? 
– Ваш планшет, госпожа Мо.
– Правильно, Глория. Постарайся, чтобы никто не заметил твоих поисков. 
– Слушаюсь.
– И не забудь про капучино! – крикнула Лиза ей вслед.
Пропажа нашлась на удивление быстро.
– Госпожа Райт просила передать вам, что завтрак накроют через сорок минут.
– Она видела, как ты брала планшет?
– Нет.
– Хорошо.
Звонки по-прежнему блокировались проклятой системой, которую Лиза не могла контролировать. В сеть с планшета она могла выйти, хотя не было уверенности, что проклятая райтовская система не заблокирует письмо, или что его не прочитает какой-нибудь домашний дедов цензор. Настроить контроль за домом, или даже просто посмотреть план ей не удалось. 
 
Лиза сама себе удивлялась, она столько вложила в «Шорох», и теперь, когда проект вошел в финальную, решительную стадию, и непонятно, куда делась посылка, знает ли о ней Эрик, не валяется ли Ронин на помойке, она вовсе не чувствовала ни страха, ни трепета.
Прежде всего стоило позаботиться о конспирации. Лиза написала вполне нейтральное письмо, дескать, Эрик, поразмыслив хорошенько, я перенаправила посылку в главный офис, поищи ее там.
  
2077.05.16. 10.00
 
– И когда это заработает? – поинтересовался Стайл.
Корпус робота висел, запутавшись в многочисленных шлангах и проводках, будто муха в паутине. Если внутри корпуса и скрывался Ронин, то сейчас он ничем себя не выдавал. 
– Процесс формирования завершен, отключим его от «пуповины», и хоть сейчас в производство, – ответил старший смены.
– Здесь должна присутствовать Лиза! – воскликнул Эрик. 
– Я освобожу девочку, не знаю еще как, но я придумаю, – Стайл слегка нервничал, – ну не тяни уже! Жми, давай!
Мастер, манипулируя пультом, подхватил робота краном и вывез на смотровую площадку. Там муха выпала из паутины, чтобы угодить в другую ловушку – прозрачный душевой кокон. Тело, по-прежнему лишенное жизненной искры, обдали струями воды, потом пены, потом опять воды и, наконец, горячим воздухом. В целом, купание робота мало отличалось от мойки обычного аэрокара.
Кокон освободил пленника, теперь тот стоял на площадке, напоминая манекен в экзотической одежде. Гор очень гордился тем, что научил биомассу имитировать ткань и любую другую фактурную поверхность. Стайл же считал, что все его компаньоны достойны нобелевки.
– А где его меч? – спросила Кира. – Самурай должен быть с мечом.
Стайл взглянул на старшего смены, переадресовывая вопрос.
– Мечи мы закупали отдельно, – пояснил мастер, – не на Окинаве, конечно же, здесь, в Торнадо, но сталь приличная. Должны еще на складе остаться, надо уточнить.
– А он не порубит нас всех в капусту?
– Стайл, и ты туда же! – возмутился Эрик.
– Просто шучу! 
– Не порубит, – вмешался мастер. – Мы доставим его на испытательный стенд, там силовое поле. Все равно, пока не закончится инициализация, парень не живей полена.
– И долго это продлится? – Спросила Кира.
– Полчаса.
– Ты же говорил «только кнопку нажать», – беззлобно подколол его Стайл.
– Ну, я фигурально выразился, – замялся мастер.
– Полчаса – уйма времени. А давайте-ка перекусим? Я лично завтракал чашкой кофе.
***
Из столовой они прошли в зону испытаний. Пятый полигон представлял собой не такое уж большое помещение, полторы сотни квадратных метров со стульями для зрителей по периметру. Робот стоял на круглом подиуме в центре полигона. Он уже походил на спящего человека, а не на бездушный манекен.
– Я не вижу никакого поля, – проворчала Кира.
Стайл, допивавший на ходу кофе, бросил в робота блюдце, оно «залипло», не долетев до робота пару метров, сползло на пол и там аккуратно раскололось на три части. Паучок-уборщик тут же уволок осколки с глаз долой.
– Долго еще? – спросил Эрик.
– Три, два, один! – отсчитал мастер, глядя на пульт.
Робот открыл глаза. 
***
– Андроид как андроид, – Стайл подошел ближе к границе, очерченной полем. 
– Кто ты? – спросил Эрик.
– Меня зовут Ронин, – ответил робот.
– Ты помнишь, как умер на Луне?
– А вы бы забыли такое?
Стайл хмыкнул.
– Ты знаешь, что означает «ронин»? – продолжал Эрик.
– Знаю.
– Ты больше не обязан так себя называть. Хочешь выбрать другое имя?
– Я останусь Ронином, мне нравится слово.