Марсианская комната (СИ)

Порыв ветра впечатал Лизу в окно небоскреба. 
***
– Хочешь кофейку, дочка? 
Отец оттопырил мизинец. Раньше, кажется, он не держал чашку так манерно. Скорее он мог обхватить кружку ладонями, будто пытаясь согреться. Кружку, а не эту изящную белую дрянь. Лиза узнала дедушкин стаффордширский фарфор, чтоб ему разбиться о паркет вдребезги. Им обоим.
Отцу наплевать на чашки, хоть столетние, хоть двухсотлетние. Он даже за разбитое окно не бранит. Осколок вонзился в лысину Анджею Гору, но сокол не замечает ни боли, ни красной струйки, стекающей по крупному умному лбу. 
– Иди, Лиза, поиграй на компьютере, – Кира слащаво скалит зубы. 
Отец, Гор и даже Эрик согласно кивают.
– Играй, девочка! Играй, пока молода! 
Эрик достает из-под стола бутылку, пытается загородить ее от Лизы своим телом, незаметно разлить по бокалом масляную коричневую жидкость, которая пахнет вовсе не коньяком, а почему-то гарью. Она помнит этот запах с тех пор, как сожгла мишку несколько лет назад, а Полковник тушил его ладонями и улыбался, хотя Лиза понимала, как ему больно, она сама обожглась, и он примчался на крик спасать ее, дурочку. 
Но Лиза видит красные отблески на зеленом стекле. Она оборачивается к разбитому окну. Огромный красный шар летит к ним в переговорную, ведь они заседают не на третьем этаже их уютного особняка, а на проклятых четыреста сорока трех метрах от уровня моря, спасибо единорогу за справку.
И Лиза кричит своей бестолковой семье и трясет их за плечи, и ее крик «Спасайтесь, комета» сотрясает комнату, но они только смеются, куклы глухие.
***
Горят соломенные крыши. От криков закладывает уши, от запаха копоти тошнит. Мимо пробегает женщина в грязном кимоно, одной рукой она прижимает к себе ребенка, другой зажимает ему рот. Лиза с трудом узнает в замарашке всегда изящную Киру. В траве открывается незаметный доселе люк, Кира отдает ребенка в чьи-то руки, машет, шепчет что-то, Лиза догадывается, что ей предлагают прятаться пока не поздно. Ну уж нет.
Надо идти в глубь деревни, туда, где идет бой. Или нет никакого боя, просто резня?
Дорогу преграждает существо, более напоминающее жабу, вставшую на задние лапы, нежели человека. Туша, стекшая в бедра, обвисшие толстые щеки, пластинки жабер словно жалюзи выстроились на высоком лбу. В каждой руке жабоид держит по кривому клинку. 
Гортанный крик раздается у Лизы за спиной. Она оборачивается. Черный самурай мчится по столам казино, под его ногами со звоном рассыпается в пыль хрусталь бокалов. Идеальные ртутные андроиды хлопают в ладоши, когда хрустальная пыль летит им в глаза.
– Остановись! – кричит ему Лиза. – Ты не умеешь драться, мы тебя выдумали, дурачок! 
И точно, картинно взмахнув катаной, дурачок напарывается на клинок. Существо равнодушно вытирает лезвие о черную ткань кимоно, смотрит на Лизу и с клекотом прыгает вперед. Кто-то другой в ее теле подхватывает меч с земли и обрубает жабоиду руки по плечи. 
По улице мчится целая толпа уродцев с жабрами на лице. Лиза бросается рубить жаб в фарш. Кровавые брызги летят во все стороны, попадая и на лицо, вскоре она уже ничего не видит из-за красной пелены.
– И хватит на первый раз, – раздается баритон Райзмана. – Мне же тебя потом лечить.
Мир гаснет.
  
2077.05.15. 17.30
 
Конечно же, ни Стайл, ни Кира не позаботились сообщить Эрику о пленении Лизы. Сам он не решался навести справки, опасаясь проявить лишний интерес. Сутки рвал он на себе волосы, ожидая любой весточки, в идеале – посылки с мощами Ронина.
В гостиничном баре мешал коктейли, о чудо, человек, второе чудо, женщина, и снова чудо, женщина симпатичная. После гибели Макса Эрик неожиданно и резко почувствовал себя смертным, что заставляло беса в ребре все настойчивее заявлять о себе. Фромм морально готовился приударить за барменшей, когда получил, наконец, письмо от Гора.
«Эрик, дружище! Срочно приезжай, босс паникует и всех уже завел. Хочет тебя пред ясны очи. Кстати, я получил странную посылку от твоей ненаглядной Кицунэ. Там всякая компьютерная чепуха, недоступная моему пониманию. Я собираюсь в Альфавилль, если меня не застанешь, дерни Крюгера, он в курсе про посылку». 
 
Уже в дороге Эрик подумал, что правильнее было бы дождаться Гора и сделать все не быстро, но по плану, однако возвращаться не стал – просто не мог сидеть еще сутки один в бездействии. 
В Торнадо он первым делом бросился к Крюгеру, подробно расспрашивая о содержимом посылки. Убедившись, что останки Ронина хранятся в сейфе, Эрик направился в кабинет Гора, где неожиданно застал его самого. Гор прихватил коллегу за локоток и, приговаривая «к-как ты к-кстати», потащил в зал совещаний.
Кира массировала боссу плечи. Увидев Эрика, Стайл сорвался с места, ненароком оттолкнув подругу.
– Как хорошо, что ты вернулся! Я вдруг как-то понял, что ты в ссылке, все думал, как бы тебя побыстрее оттуда вызволить.
– Что за пожар? У нас проблемы?
– Тебе списком или по одной?
– Начни с первой.
– Аперитивчиком у нас Бартон.
– А с ним-то что?
– С ним доклад.
Стайл по внутренней связи попросил секретаршу вызвать Директора по безопасности.
Майор Вэл Бартон, бывший военный следователь, получил «ветеранское» колено лет за пять до Марка Пирра. Тогда еще в А-Стайлс не работала Кира, некому было сделать шоу из такого события. Зато без лишнего шума компания приобрела начальника Службы Безопасности. Многие считали, что начальника неплохого, хотя Макс Манн, скорее всего, с этим бы не согласился.
Прошло много лет, с тех пор как Бартон уволился из армии, но он и сейчас носил костюм как форму.
Служба подготовила отчет, подкрепленный сообщением капитана Бриза и результатами исследований в лаборатории А-Стайлс, представленными в записке Гора. 
Суть его была в том, что вирусы, поражающие роботов, и наркотики для протезированных имели много общего. СБ пришла к тем же выводам, что и полиция: атака готовилась централизовано. 
– А что нам скажет Директор по науке? 
Гор со своим заиканием речей произносить не любил, так что докладывал его ассистент.
– Вирус, преследующий наших подопечных, подобен биологическому собрату. Генетический материал заменяет наночип, капсид – биомасса. Наши протезы и роботы слеплены из такого же теста. Разница только в прошивке чипа, именно в ней содержится вирус.
– Не понимаю одного, – вмешался вдруг Стайл.
– Т-только одного? – съязвил Гор.
– Если это обычный компьютерный вирус, программа, к чему все эти сложности с физическим носителем? Их же не в пример сложнее передавать, чем просто разослать программу по сети.
– Во-первых, это еще вопрос, что первично, наркотики или вирус. А во-вторых, – ассистент слегка поклонился Эрику, – доктор Фромм нам объяснит, почему.
– Я? – Эрик моргнул.
– Вы с господином Манном слишком хорошо защитили систему. Извне в нее проникнуть очень сложно.
– Да, – Эрик гордо вздернул подбородок, – это я придумал! Презумпция виновности! А как же иначе, если роботы наши – всего лишь интерфейсы коллективного разума! Никаких проверок, никаких антивирусов, граница на замке! Если роботу требуется любая инфа из сети, пусть скажет об этом громко, четко и желательно вслух. Но на систему это повлиять не может. Любые обновления только от нас. И только через спецпаек. 
– Ну вот, – подхватил ассистент, – Что такое биомасса? Миллионы наночипов, увязнувшие в тесте. Отмирают клетки, и чипы выходят из строя, а мы кормим роботов, чтобы их обновлять. Легкий способ внедриться – не ломиться в толстенные ворота, а подкупить-подменить кого-то из своих.
Стайл вдруг загрустил, разговор напомнил ему о чем-то личном.
– Природа вируса – не моя компетенция, этим вполне могут заняться люди умнее меня, – перехватил инициативу Бартон. – Моя обязанность – предупредить Совет Директоров, что нашествие вирусов не стихийно. Существует либо одна крупная лаборатория, либо сеть филиалов с общим центром и финансированием, что вероятнее, учитывая зону распространения. Есть свидетельства того, что несчастье на Луне спровоцировано именно этим вирусом.