Трусливая Я и решительный Боха (СИ)
От пояса на платье, видимо. Потому что я избавилась и от него, второй весомой составляющей комплекта с кокошником. Золотая чеканная основа, усыпанная драгоценными камнями в объемных, как букеты гнездах. А в кольцах поясных закреплен традиционный женский ридикюль. Я начала носить его совсем недавно – дней пять всего. С той поры, как опрометчиво отправила Игнаса в турне по Личным землям Государя на поиски замерщиков «основ». Единое замерное лекало нам необходимо, как признак цивилизованности. Хотя общепит, он тоже признак. И привлечение туристов, и социальная защита слабых… Вот о чем я сейчас? Тело неизвестно где, а мозг еще по инерции вращает прежние задачи… В ридикюле у меня вместе с блокнотиком и фляжка. А в фляжке чай с травками. Успокоительными. Дорота постаралась. Прекрасно! И рот прополоскать им и выпить для сосредоточенности… Возвращаемся к главному.
«Место прибытия» моего выглядело вполне безлюдным и сильно смахивало на прибалтийские прибрежные пейзажи. Там, где песок волнами дюн и сосны с обнаженными от нескончаемых ветров корнями, а небо и море такие синие, что сесть и живописать их. Даже если руки для этого дела из… гораздо ниже, чем принято.
Всё так и было. Да только кора на здешних корабельных соснах вся будто отшелушена до бледно ствольной голытьбы. И еще – пейзаж данный только лишь выглядел одиноким и безлюдным, потому как слева от меня из низкорослой травки гостеприимно торчали две старые лавочки. А между ними темнело обложенное подкопчёнными камнями кострище. Я, поднатужилась и встала. Голову тут же повело в противоположную от лавок сторону. Но, не смертельно, нет. Передвигаться можно. Вот я и передвинулась, чтобы поближе этот признак «местной обитаемости» рассмотреть.
Мне повезло! И совершенно не чувствуя стыда или брезгливости, я двумя пальцами вытянула из травы за ближней лавкой бумажный, пятнами промасленный пакет. Он был пустым и мятым, однако, данные обстоятельства ничуть не расстраивали и не мешали увидеть и попробовать прочесть типичный штамп-логотип: простая рамочка с несложным текстом. Однако, большинство слов из него я не разобрала. Порадовали главные, выделенные жирным капсом: «ПЕКАРНЯ «ПЫШНАЯ ДИРЬЯ»… И стало все понятно. Я плюхнулась на лавочку, ненароком выпустив из пальцев найденный пакет.
Так значит «дирья». Насколько помню из учебного курса своего секретаря, слово это означает обращение к женщине в одном лишь месте в этом мире. Что ж, город-остров Зайра в Бережном море, мой «радостный тебе привет».
Почему же именно он? Я не чертила по карте свой «маршрут». Мало того, так экстренно не планировала его вовсе. А значит, Зайру выбрала сама богиня Маика. Зачем? Если б хотела зла, отправила в совсем другое место. В Великие степи, например. Или во враждебно замкнутый Мэлиз. А Зайра… Зайра по земному многодеятельному нраву моему мне ближе всех здешних мест. И остров этот настолько пёстр людьми, языками и торговой внутриконтинентальной суетой, что без проблем в ней можно затеряться. И спрятаться… А я здесь спрятаться желаю?.. Сие направление мыслей лишнее пока. Оно мешает сосредоточиться! И чай закончился.
Так! Как в старые добрые времена ставим перед собой задачу номер «раз»: выйти в люди, пристроить задн… пристроиться в приличное и тихое для проживания место. Что для этого имеется? Какой ресурс? Золотые кокошник с поясом в каменьях! Какое счастье! И поклон Дороте за перспективно выбранный наряд. А пока запрячем его в ажурный палантин, завяжем концы на подобие простой авоськи и в путь… Кружение головы само пройдет. И вскоре я нашла тропу. Нет! Сначала вышла к Бережному морю.
Остров Зайра по своей географической широте приравнивается к центральным княжествам Крайлаба. То есть, слегка южнее Личных вотчин Государя, однако гораздо северней Продажных с выходом в теперь уж дружественную степь. А это значит, климат здешний к привычному моему приближен максимально. Это к чему я?.. Остров-город Зайра – точно не тропический морской курорт. И пляж хоть и довольно чист, но пуст. Ну, в отдалении от берега покачиваются три парусные лодки. Рыбацкие, скорей всего. Зато на горизонте слева – целый город. И паруса в совсем других масштабах, количествах, цветах.
Вот именно тогда я и заметила тропу. Из мелких досочек, ведущую вдоль побережья к парусам и крышам. Грех не воспользоваться! Грех здесь вот так стоять и чего-то ждать… Знамений не будет. А вот эта узкая дорожка и есть, по всей видимости, мой путь теперешний, «проложенный богами».
Узкая дощатая дорожка уводила меня все дальше от тихого побережья и высоких сосен, безразлично шумящих под ветром. Вскоре за окончанием бора в прорехах малинника проявился выкрашенный в желтый заборчик, а потом и воротца с покосившимися распахнутыми створками. И тут же стала понятна причина уединения этого красивого места – старое, возможно даже заброшенное городское кладбище именно здесь. Удивительно, как его не поглотил до сей поры этот, вечно ненасытный на жизнь город.
А примерно через вершу, дорожка моя, ухнув в низину как ручей в широкую реку, влилась в мощеную отбитыми камнями дорогу, которая и привела меня к людям и шумной цивилизации. В общем-то, люди встретились гораздо раньше. Но, их было двое всего – старая супружеская пара, сидящая на скамейке у кладбищенского заборчика. И вряд ли мы заинтересовали друг друга тогда своими фактурами и нарядами.
Кстати, о наряде. Сразу после первых сравнительных возможностей (мое длинное кремовое платье с четырехклинным подолом в золотой вышивке с местными яркими пышностями, украшенными глубокими декольте) я успокоилась. Ну, подумаешь, выгляжу в этом пиршестве эпатажа, как потерянная княжна с челнов Стеньки Разина. Выплыла и спасибо! Так что спину прямо, длинную косу с плеча, авоську ажурную перехватить поудобней и вперё… а куда собственно? Вот это есть нерешенный еще вопрос номер «раз».
Вторым открытием на основе сравнительного анализа было «чтение по уличным вывескам». Зайра – город всеобщего микса. Он как палитра художника, в одной маленькой лунке которой перемешаны разные краски. А что получается в итоге? Этнодиаспоры, межнациональные браки и особенный местный язык. И я его, оказывается, знаю. Заслуга не моя, великомудрого крайлабского Государя, который влил в меня собственную лингвистическую основу, полученную… а чень его знает когда.
Постепенно улицы становились все чище и гораздо просторнее. Дома выше, а вывески шире. И роскошнее… Привычный позолоченный пафос. Но, какой-то он странный. И я в следующий момент поймала себя на том, что неизвестно сколько времени уже отражаюсь в одной и той же, украшенной ювелирными муляжами, витрине. Да что не так с этим пафосом? «Адир Даэль Вилентроп имеет честь предложить роскошные украшения!». «Имеет честь предложить»… Так… А почему бы и нет?!
«Адир», значит законный гражданин этого прекрасного города. «Адир» или «адирья», если женщина. Что-то вроде местного почетного звания, дающего защиту, привилегии и обязательства. Чтобы их получить, надо добросовестно выслужиться (в хорошем смысле этого слова) перед местной властью и обществом. У ювелира Даэля Вилентропа получилось. И он этим фактом гордится. Ну а второе: «Имеет честь предложить», говорит о воплощенной в реальность мечте уже немного иной. Например, разбогатеть вопреки и преодолевая… И к ченю весь продажный маркетинг, когда под сверкающей надписью в целый человеческий рост такие страсти и достижения!.. Колокольчик звонко сбрякал - я тихо вошла в любимое дело и жизнь адира Даэля Вилентропа:
- Доброго вам дня!
Около трех часов спустя…
В жизни своей не видела буфета подобной классической красоты. Темный орех без всяких следов защитного лака и зеркало в нише по самому центру. Оно отражает стоящий на полке букет. Что-то вроде сирени, только ярко розовой с тонким сладостным ароматом, который давно уж смешался с чаем и печенюшками. Не печеньем, а именно печенюшками. Потому что их пекла супруга уважаемого ювелира. Славная пара. Обоим далеко за шестьдесят, оба маленького роста и с огнем в темно карих глазах. А какие носы! Тоже у обоих. Только адирья Хабасия гораздо милей. Зато муж ее смотрит на меня с таким искренним обожанием – тощий локоть на столе, морщинистая щечка в ладони.