Ведьмак. Назад в СССР (СИ)
— Ну охмурит на раз, и чо?
— Да то. Ты потом мучиться будешь без толку. Эту ядовитую мамбу нужно держать на максимальном расстоянии, иначе и не заметишь, как она тобой крутить начнёт.
— А так и не скажешь. Красивая чертовка — с сожалением пробурчал Сева, когда мы начали спускаться вниз.
— Это да, хороша. Но вот именно что «чертовка».
Сева хотел ещё что-то спросить, но в этот момент открылась массивная железная дверь с глазком посередине, ведущая в подземный этаж. Найти расположение спец роты патрульно-постовой службы именно здесь, я точно не ожидал, ведь раньше тут всегда находились склады и стрелковый тир.
К нам навстречу вышел молодой капитан милиции в портупее. С пистолетом «ТТ» в кобуре, вместо обычного «Макарова». Это удивило. А ещё меня удивило то что я отлично знал Витю Кремнёва, командира роты ОМОНа. В девяностые он носил позывной Кремень. И именно он стал командиром московского ОМОН уже в двухтысячных. Но насколько я помнил он никогда не служил в моей спец роте.
— Ну что алкоголики, заходите — с ходу заявил капитан и отошёл в сторону.
Как и предполагалось, никакого большого тира со складами за дверью не оказалось. Зато вместо него имелось нормальное расположение подразделения, собранного по армейскому образцу.
Впереди длинная взлётка с обычной тумбочкой и дневальным, а по бокам бытовка, каптёрка, туалет, душевые, канцелярия командира роты, несколько кабинетов без табличек, ленинская комната и оперативная оружейка, с большим окном выдачи и выделенной нишей для зарядки-разрядки оружия.
Дальше располагалась не совсем обычная казарма с отдельными кубриками на четверых и стоявшими в них двуярусными кроватями. А уж совсем в отдалении, просматривался неплохой спортивный уголок и несколько железных дверей, на том месте, где раньше висели мишени тира.
Первым делом Кремень приказал нам скинуть поклажу в бытовку и сразу завёл в кабинет командира роты. А вот тут как раз было всё так как я помнил. Массивный, старинный стол за которым сидел подполковник Калинин. По правую руку от него стенд с полками где стояли фотографии и награды, полученные спортсменами роты, а по левую потёртый кожаный диван, а над ним красный персидский ковёр, увешанный коллекцией холодного оружия, которая в прошлой жизни, после ухода Бати на заслуженный отдых, по праву перешла в мои руки.
Полковник Калинин Василий Палыч, после вынужденного ухода по здоровью в отставку, забрал с собой только наградной пистолет «ТТ» выданный ему за войну в Египте. Сейчас же подполковник Калинин был в самом рассвете сил, и представлял из себя настоящего волкодава, способного справиться в рукопашную с любым из нас. И мне было приятно видеть его именно таким.
— Значится так, граждане алкоголики, дебоширы и залётчики, тунеядцами я вам стать не дам — с ходу заявил Батя, сразу взяв быка за рога. — Вы у меня весь испытательный срок будете летать аки духи. И я не посмотрю на ваши хиленькие погоны с одной звёздочкой. Каждую неделю будете у меня сдавать Сталинскую норму ГТО и стрельбу. В полковой спортзал, ходить каждый день. Бокс, самбо, рукопашный бой, бег, борьба, дзюдо, и всякие иные ногодрыжества, кроме разумеется бальных танцев, приветствуются. Если не увижу высоких спортивных результатов пеняйте на себя. Вам всё ясно!
— Так точно! — выпалили мы хором с Севой.
— Ну а раз ясно, считайте, что первые полгода вы бесправные стажёры, и имеете в роте такие же права как рядовой состав и сержанты. Вас заселят в кубрик, и пока вы не заслужите место в офицерском общежитии, вашем куратором и практически родным папочкой, станет командир взвода дистанционной поддержки капитан Кремнёв.
Прояснив нам за жизнь Батя вышел из-за стола, и сменив тон, продолжил, при этом наполнив металлом голос так, что даже меня немного пробрало.
— И если на частоту, то я бы вас в своё боевое подразделение брать не стал. Однако вас залётчиков, порекомендовал один уважаемый человек. Так что вы не только меня, но и его подведёте если ненароком снова обосрётесь. И запомните парни, мы тут одна команда и я вас оглоедов взял на поруки не для того чтобы вы напрочь похерили свою жизнь, а для того чтобы сделать вас достойными погон, которые вы по недоразумению ещё носите.
И ещё одно, я прочитал ваши личные дела, и хочу вас попробовать в деле, а то учёные ликвидаторы давно сели мне на шею и ножки свесили. А у меня из чувствующих эту экстрасенсорную хрень только капитан Кремнёв, прапорщик Яманов да два сержантика Петров и Баширов. Но они все самоучки без подготовки, а вас на спецкурсе гоняли, инструктора из центра Капицы.
Короче посмотрим, что вы там можете, да заодно первый боевой опыт получите. Но предупреждаю сразу, у нас секретность не такая как в школе милиции, так что, если на выезде увидели нечто необычное держите всё при себе и ни девушке, ни маме с папой, ни пол слова, иначе надолго уедете снег убирать, туда где всегда холодно и снега хватит и вашим нерожденным детям.
Бумаги, которые нужно подписать уже с утра лежат в канцелярии и ещё одно, наше подразделение вроде и относится ко второму патрульно-постовому полку, но вы подчиняетесь лично мне, и, если и командируетесь туда, то только на стандартное суточное дежурство. А теперь лейтенантики валите с моих глаз, а понадобитесь сам вызову.
Кремень вышел из кабинета вслед за нами и сразу завёл нас в канцелярию для подписания кучи бумаг о неразглашении. А затем он принялся нас везде водить и все показывать.
Меня удивило наличие в роте особого отдела и оперчасти. А ещё тут имелся склада НЗ и вторая, большая оружейная совмещённой с мастерской.
Оказалось, что действующего в поле, личного состава, в роте всего 75 бойцов без нас с Севой. Кроме этого работает оперчасть и несколько следователей ведущих засекреченные дела, данные о которых идут напрямую в московский главк. Сама рота работает только с ликвидаторами из центра Капицы и из-за этого к полку относится как-бы косвенно. По этой причине между подполковником Калининым и командованием полка ППС всё время возникают тёрки.
Капитана Кремнёва, я знал по прошлой жизни, так что к нему подход знал. Из-за того, что мы были командирами смежных и часто соревнующихся подразделений. Раньше я часто с ним спорили, толкались плечами, но все непонятки всегда решали не затягивая.
Он командир московского ОМОНа, я командир особой роты спецов, подчиняющейся напрямую Московскому главку. Друзьями никогда не были, из-за хронической неуступчивости Кремня. Немного сблизились во время первой чеченской, так как приходилось прикрывать друг другу спину. После этого установился шаткий паритет и два медведя уживались в большой ОМОНовской берлоге, стараясь не заходить на территорию друг друга.
Молодой Кремень словно почувствовал родственную душу и из-за этого контакт между нами сразу наладился.
— А как личный состав полка относится к тем, кто проходит здесь службу? — спросил я его, вспомнив резко поменявшееся отношение Рыжей, когда она узнала где мы будем с Севой служить.
— Всё очень сложно. Тут же почитай все переведённые из других подразделений. Собрали почти каждого со всей территории Союза, тех кто сталкивался с чем-то паранормальным и остался в живых. А ещё эта секретность и повышенные должностные оклады. Короче парни в полку нас мягко говоря недолюбливают.
— И в чём это выражается?
— Ребятки из других рот могут цеплять в спортзале или столовой, в связи с этим мой приказ, не поддавайтесь на провокации, ППС потрещат немного, позадирают мальца и замолкнут. И ещё одно, если вас подловят даже высокие чины МВД и начнут вопросы задавать, рот сразу на замок, все разговоры только через командира роты. Если у кого из них имеется допуск, то отчёты по работе с ликвидаторами они получат и без вас.
— А что за странное прозвание роты? — поинтересовался я, вспомнив реплику Рыжей, презрительно упоминавшей ведьмаков.
— А это. Да не обращайте внимание. Это нам один польский полицейский подкузьмил. Звали его Анджей. Полгода назад к нам прикомандировали пятерых пшехов и пару полицаев из ГДР, для обмена опытом. Во всех странах варшавского договора, тоже создаются подобные подразделения, занимающиеся ликвидацией аномалий, так что такое бывает. Правда у них такой секретности как у нас не разводят. Так вот этот Анджей возьми, да несколько раз прилюдно и назови нашу роту ведьмачьей, а нашего отца командира ведьмаком. Я надеюсь объяснять, что потом случилось не надо?