"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

  
Глава X
 
Епископ радовался новому комбинезону как ребенок Рождеству. Предстоящий бой, в неотвратимости которого он не сомневался, его не беспокоил. Шансы дожить до утра у них действительно были.
Мишени появились на мосту примерно в три часа. То ли это, поздняя ночь то ли раннее утро, каждый решает для себя сам. Пулеметчик, успевший урвать девяносто минут сна и все еще зевающий, считал, что сейчас ясный день. Видно-то все отлично!
Бандиты во время перехода разбились на группы по два, три человека и растянулись метров на сто. При подходе к кордону Живоглот оставил во главе походной колонны новичка поглупее, а замыкающим бандита поопытней, практически ветерана. Сам он свернул в сторону и двинулся на сельхозкомплекс за подкреплением. Там по его расчетам и данным Паука должны были находиться уцелевшие после разгрома на Свалке патрули Агропрома.
У Епископа было шесть полных лент и желание отстрелять их с одной позиции. Во время перебежек ленты перекручиваются, из-за чего может заклинить затвор перекосившимся патроном. Для стрельбы на ходу он припас пять магазинов в подсумке и еще столько же рассовал по домам на кордоне.
Первую ленту он сжег одной длинной беспрерывной очередью. Кстати, анекдот.
Идет милиционер, а навстречу ему человек с пулеметом.
— Это у тебя что такое? — спрашивает милиционер.
— Калькулятор, — вежливо отвечает человек.
— Странно, у моей дочки он другой, — засомневался служивый.
— Это потому что у нее калькулятор для предварительных расчетов, а у меня для окончательных.
Калькулятор для окончательных расчетов лязгнул металлом и вцепился затвором в новую ленту с жадностью вечно голодного демона Гаки. На дороге остались лежать четыре быстро остывающих тела. Еще одно повисло на перилах моста. Сейчас настало время поиграть на нервах. Короткими очередями пулеметчик поворошил трупы. Лежащий вторым на дороге махнул рукой, не то, прощаясь, не то, говоря «Отстань». Из кустов за дорогой раздался дикий крик, и туда ушла очередь успокоительных свинцовых пилюль. Больше не кричали, наверно помогло. Пулеметчик, прикрывая левый бок штабелем железобетонных плит, развернулся лицом на юг. По его приблизительным рассуждениям, дело будет развиваться так. Вожак банды выйдет по обочине дороги прямо напротив кордона и решительным броском бросит своих недобитков в атаку.
Епископ почти угадал. Не был учтен маленький пустяк. На асфальте вспыхнуло маленькое белое солнце световой гранаты, выжигая круг на дороге и сетчатку глаз доверчиво всматривавшихся в темноту. Досчитав до трех, он не открывая глаз, дал очередь. Короткую, короткую, длинную. Пауза, секунд десять, и шквал огня до упора. Слезы текли из его глаз, но новая лента вслепую легла в затвор, и черта с два сказал пушкарь, будете ни с чем, ведь хладное железо властвует над всем.
— Хороший у них пулеметчик, он ведь из наших мастеров? — спросил Шкет Живоглота.
Вопрос был риторическим. Биографию бандита, который подружился с зомби и украл у хозяина что-то такое, что его даже «Долг» простил, здесь знали все. Многие осуждали, многие завидовали, но идти на его пулемет в атаку не хотел никто. Калькулятор судьбы стрелял ровно и мощно, ставя точки в ненаписанных некрологах.
— Там пацаны гибнут, пока вы тут чай пьете! — горячился Живоглот.
— Иди и спасай. Мои все живые со мной чай пьют.
Хитрый селянин подумал, что его ствол против семи не пляшет. Силой здесь ничего не добьешься. Здесь собралось две команды, пятерка Шкета со Свалки и двое с КПП вовремя вышедшие погулять по просторам кордона. Вожак сидел, насупившись, и материл себя за лень последними словами. Надо было еще вчера уйти в Долину и сдаться в плен, как это сделала парочка курьеров. Кроме него в его микробанде был еще один опытный разбойник с «Гадюкой» на плече. Троица молодых, вооруженных обрезами, годились только выворачивать карманы новичкам сталкерам. Пополнение, доставшееся ему с пропускного пункта, тоже не было подарком судьбы. В такой компании войну до победного конца надо в тихом месте пережидать. В подполье, как большевики, во время белочешского бунта.
 
— Там на кордоне рукой подать денег всем на всю жизнь. Утром вертолет прилетит за товаром. Покупателям все равно кому платить, будет наш груз, значит и деньги наши! — зашел с другого бока Живоглот.
— А Паук? — спросили от огня.
— До заставы километр. Дадим три тысячи, они зажмурятся, дадим по десятке с носа, армейцы нас на своей машине до Киева довезут.
Грянул выстрел и красноречивый оратор забрызгал всех мозгами и кровью.
— Нам лишние дольщики не нужны, — пояснил один из молодых, явно подающий надежды.
— Правильно, все равно бы за нашими спинами отсиживался, гад, — одобрил поступок подчиненного главарь.
— Вкруговую пойдем и нападем от торговца, — предложил вожак гениальный план, вызвав бурю восторга у коллектива. Их не погонят на пулемет ужасного Епископа.
Кабан с трудом согнул левую ногу. Силы кончились. Пулемет уверенно стучал короткими и длинными очередями, сообщая весть далекому космосу и всем, кто поближе и знает «морзянку», «Погибаю, но не сдаюсь». Достали напарничка, подумал наемник. Тоже по ногам зацепили. С перебитым позвоночником так не постреляешь. Без всего он меня не оставил, рядом наверняка какой-нибудь сюрприз для запоздалых гуляк. Надо быть осторожнее.
Пятерка бандитов-мастеров пришла на сельхозкомплекс спустя двадцать минут после выхода героев Свалки на дело. Живоглот удостоился короткой эпитафии: «Допрыгался» и был мгновенно забыт. Епископ, вставивший в пулемет предпоследнюю пятую ленту, сменил позицию и забрался в вагончик. Удобно устроившись на полу рядом с дверью, он с грустью подумал о пулеметных магазинах, припрятанных им по укромным местам кордона. Глаза перестали слезиться, он быстро моргнул и убедился, что ничего не видит. Жить ему оставалось до рассвета. Бандиты разберутся, что он перекрывает огнем только узкий сектор, подойдут сбоку и добьют калеку. А пока что Епископ собирался потрепыхаться. Он выставил ствол пулемета в дверной проем и, взяв на прицел, по памяти склон холма по дороге с комплекса на кордон, весь превратился в слух. Запахло утренним туманом. Вероятно, светало.
Светало. Викинг, не рискнувший лезть в темноте в тайник, кинулся к нему с первыми лучами солнца. Сняв свои растяжки, он аккуратно повесил гранаты на пояс, значительно увеличив свою огневую мощь. С душевным трепетом он посмотрел на отпечатки лап и приложил рядом с ними свою ладонь. Размеры впечатляли. В глубине живота что-то неприятно заныло. Викинг внимательно осмотрел песчаную полосу, идущую вдоль стены фермы. Свежих человеческих следов не было. Псы забрали рюкзаки сами. Ужас не овладел им, но оставаться здесь, где зомби повелевают псами, ему категорически не хотелось. Голому собраться только подпоясаться. Свежеиспеченный одиночка, которому никто нигде не был рад, решительно двинулся из Долины на Свалку.
Народ здесь подобрался добродушный. Его не только не расстреляли, даже не отлупили толком. Представится случай, отдам должок.
Обходя кусты, чтобы шуршанием не привлечь внимания разгуливающих здесь слепых псов, сталкер-новичок с опаской продвигался вперед. Неожиданно из тумана донесся знакомый металлический звук. Кто-то, освобождая руки, повесил автомат на плечо, и тот при каждом шаге лязгал по железу, висевшему на поясе. Нож, фляжка, запасные магазины, все, что может понадобиться в любой момент.
Просительно разговаривать Викинг так и не научился и поэтому фразу «Пацаны, мне помощь нужна», выговорить и не пытался.
— Всем стоять! Старший, ко мне! — разнеслось по Долине.
Шквал огня в ответ.
Обиженный таким отношением сталкер, гранаты кинул автоматически. Показав свое недовольство, Викинг залег между гранитными валунами и затих. После двух взрывов и стандартного в таких случаях вопля: «Срисовали нас!», хлопнули выстрелы «Беретты». Резкий мастер добил раненых, чтобы не задерживали движение.