"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Отсутствие желания спорить убеждало в уверенности пленника в своей правоте.
— Вернемся к нашим баранам, то есть к тебе. Куда ты пойдешь? К нам после твоей выходки с взрывчаткой, нельзя. Юнкер пристрелит тебя при первом резком движении.
— Буду сидеть на свалке тихо-тихо, — усмехнулся Викинг.
— Сам-то себе веришь, тихий ты наш? Иди лучше на кордон. Там сегодня всего два сталкера, им никто лишним не будет, — дал совет Лаврик и уже уходя, добавил, — не делай глупостей, второй раз тебе не повезет.
Викинг был несколько раз в Темной Долине и хорошо здесь ориентировался. Уходить в ночь безоружным и в одних трусах он не хотел. Выбравшись из ненавистного подвала, бывший узник вылез в окно и оказался во дворе. Его и раньше побеждали обстоятельства и люди. Что такое проигрыш и поражение, в той или иной степени, знают все. В очередной раз не удалось заработать. Судьба. Рок. Карма. Зато в зомби не превратился и еще живой. За всеми этими мыслями, не забывая о главном, он обшарил первый и второй этажи квадратного пристроя. Найдя на кухне забытый кем-то обрез и присвоив один из многочисленных кожаных плащей, Викинг, захватив на прощание несколько банок тушенки из развороченного неведомой силой железного шкафчика, почувствовал себя готовым к ночному переходу. Идти он решил на ферму. Глупо как днем получилось. Не любили в Украине насильников и торговцев наркотиками. Избавлялись от них старым способом. На кол сажали. Когда очередной жизненный поворот забросил упрямого парня в компанию драгдиллеров, Викинг решил живьем не сдаваться и с тех пор таскал на себе «пояс смертника». А как до дела дошло, промедлил секундочку. Между тем, что человек думает сделать, и делает на самом деле, иногда бывает существенная разница. Курьера из него не вышло. Пора думать о смене профессии. Может быть, пойти в управдомы?
Свежий северный ветер нес ночную прохладу и радиоактивную пыль. До самого озера Викинг ощущал пристальный взгляд из темноты, но человек, который спас сегодня и себя и его так и не показался. Завтра мы пойдем другим путем.
Когда Лаврик говорил, что на кордоне каждый ствол ценен, он ошибался. Бесценен. На вес золота, точнее, на вес фунтов стерлингов. Епископ, по старой бандитской привычке постоянно контролировал сообщения идущие по общему каналу. Вот предупреждение «Долга» о стаде кабанов, прорвавшемся из Темной Долины. После него все обитатели Свалки повернут с маршрута в сторону ближайшего убежища. Обсуждение сталкерами его скромной персоны, амнистированного бандита не волновало. На чужой роток не накинешь платок. Зато можно зубы в глотку вколотить. Одного, особо говорливого он запомнил. Будет возможность, посчитается.
Предчувствие грядущей войны и бессонной ночи возникло у него сразу после информации Сотника о двух свободно гуляющих партиях «черного ангела». Ну что за беспокойный парень, подумал Епископ, хорошо, что у нас здесь нет колокольни, а то бы он залез на нее и звонил не переставая. Предупреждал бы всех об опасности. Если ты слышишь колокол, не спрашивай, почем он звонит. Нынче все очень дорого. Окончательно его добил ответ торговца, признавшего, что точно знает, где пропавший наркотик. Не смотря на многочисленные утверждения, что лучше русского мата в мире ничего больше нет, Епископ матерился на украинском и польском языках. Выходило более поэтично и позволяло избегать повторов. Дойдя в очередной раз до холеры ясной, он посмотрел на своего напарника. Кабан, съевший перед сном все найденное домашнее сало и запивший его бутылочкой домашней же горилки, до утра был не боеспособен. В жизни всегда есть место шутке, и бандит нарисовал наемнику черные усы, предварительно потерев палец об валявшийся под ногами уголек. Затем, окончательно расшалившись, он этим же угольком написал на лбу надпись «в случае пожара выносить первым» и с чувством исполненного долга выбрался из подвала.
Новички сидели у костра и обсуждали события сегодняшнего дня. Дискуссия в основном сводилась к практическому спору — как легче таскать покойников, за руки или за ноги. Епископ, подошедший к огню, помирил спорщиков.
 
— Лучше всего таскать вдвоем на носилках. А еще есть метод заманивать их на аномалии. Бежишь, бежишь, видишь «электру», прыгаешь через нее, а те, кто за тобой гонятся прямо в нее и влетают. «Карусель» в таких случаях тоже хороша. Она срабатывает секунды через две. Ты первый по краешку пробежал, она загудела, начала обороты набирать. А те сзади попадают в уже раскрученную аномалию и никого хоронить не надо. Все разнесло в мелкие брызги.
Новички, хорошо представлявшие себе, что делает «карусель» с человеческим телом, нагляделись за день, невольно поежились.
— Ну, раз не легли, значит и не придется. Видели, напарник мой сегодня не боец. Я его не брошу. А у нас ожидаются крупные неприятности. Выходов у вас, пацаны, несколько. Вон там? — ткнул он пальцем на юг, — военная застава, километра не будет. Идете прямо по дороге, оружие в кусты прячете и говорите, что заблудились. Вас даже ругать не будут и билеты домой купят.
Юные герои насупились. Дома за те деньги, что они заработали здесь за день, пришлось бы вкалывать целый месяц. Да еще вопрос, получилось ли бы. Их руки нежно гладили автоматы. Собственные, позвольте заметить. Пират отрицательно помотал головой.
— На кордоне вам не спрятаться. Эту мысль из головы выкиньте сразу. Заглянут в каждый угол. Проверят каждую бочку. Я вам открою страшную тайну. Звери тут страшны, но люди хуже зверей. Самое последнее дело бандитам или «монолитовцам» живым в руки попасться.
— А в чем собственно дело? — спросил обстоятельный Завхоз.
Немного помолчав, Епископ решительно махнул рукой.
— Обрисовываю картину в целом. Дядька из того домика, Гончар его зовут, зацепил партию товара с Агропрома. Товар дорогой, желающих получить его — вся Свалка, а желающих вернуть его обратно — соответственно весь Агропром. Кто до нас первый добежит, я не знаю, но свидетели никому нужны не будут. Так что решайте сами, будете тут воевать или выберете по быстрому место, где можно отсидеться, а я вам расскажу, как туда легче добраться.
— Убегать мы, пожалуй, не будем, — казал Пират, вопросительно глядя на Завхоза.
— Не будем, — подтвердил тот.
— Ну, тогда бегите за Гончаром и тащите его к торговцу.
Епископ забросал вход в свой подвал старыми деревянными ящиками, в которые аккуратно установил гранату на растяжке. Если что пойдет не так, подумал он, по крайней мере, это Кабанчика разбудит. Приняв все зависящие от него меры предосторожности, он двинулся в подземелье торговца. Через две минуты все обитатели кордона за исключением сладко спавшего наемника, собрались на военный совет.
— Ты зачем вылез на общий канал? — спросил бандит купца первой гильдии в связи с отсутствием второй и третьей.
Повторить вечернее чудо и напугать торговца не удалось. Сидя у себя за прилавком под прикрытием решетки и мгновенно запирающейся броневой двери, торговец чувствовал себя в безопасности и ничего не боялся.
— К утру бы вся Свалка бегала кругами и искала бы агропромовскую пропажу. А артефакты кто для меня собирать будет? Убыток-то, какой.
Свирепый взгляд Епископа был проигнорирован.
— Ты не переживай. Ко мне им не забраться. Были прецеденты. Напишите адресочки кому деньги переслать в случае вашей безвременной кончины. Все выполню в лучшем виде. Банковский тариф плюс два процента мои.
Епископ призадумался. Он так давно не вспоминал о мирной жизни за рекой Припятью, что с трудом понял, о чем говорит торговец.
— Нет у меня адресочков. Нет родных и близких. Кабану деньги отдашь, если уцелеет. К себе ты нас как я понимаю, не пустишь?
— Не пущу. Ты не первый день здесь живешь, правила знаешь. Торговец существо нейтральное. Со всеми торгует, никому не помогает. Если ко мне завтра придет глава «Монолита», то и он купит все, что захочет за свои деньги. И зубами на меня скрипеть не будет. А если в это время вольные бродяги сталкеры захотят содрать с него шкуру, то и он в моем подвальчике не отсидится. В подвал торговца входит только торговец. Ну что, пойдешь ко мне в приказчики?