"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Мамонт, представился старший группы. Двухметровая фигура с метровыми плечами двигалась неожиданно легко.
Я еще не очень хорошо ориентируюсь здесь. Надо выйти на дорогу с мостом и по ней дойти до брошенной заправки. Там в административном здании Штык.
Подобрал рюкзак, закинул его за спину и доложил Мамонту:
— Готов.
Мамонт махнул рукой, обозначая направление движения. Один из «долговцев» пошел вперед. Мамонт, Пуля и я шли в центре, и пара бойцов замыкала наш строй. Через двадцать минут мы вышли на привычную для меня и ставшую уже родной заброшенную дорогу. Оставив слева строительный вагончик, я вырвался вперед и пошел вместе с передовым «долговцем». Прищурив левый глаз, я подумал о своих собачках и принюхался. В голове отложилась странная картина. Акелла спал за забором напротив центральной цистерны, рядом с ним лежала Герда и прислушивалась к возне двух щенков. По дороге шли три собаки, одна — это я, молодой годовалый пес — Пуля, и замыкающий строй — «долговец». Я помотал головой, наваждение рассеялось. Я развернулся и посмотрел назад. Нормальный парень моих лет, коренастый. Почему он только что выглядел собакой?
Что голову напекло? — хохотнул Мамонт.
Да что-то типа того, отшутился я. — Сейчас зайдем у меня там не убрано, кровосос на крыльце валяется, не пугайтесь. Некогда было, да и тяжеловат он для меня одного.
Во взгляде Мамонта и «долговца» мелькнуло нескрываемое уважение. Мы обошли пожарную машину и вошли ворота. Безголовое тело кровососа три «долговца» стянули с крыльца и прислонили к стене.
Силен, бродяга, прокомментировал один из них, килограммов двести двадцать без башки.
Штык, это мы, крикнул я.
Свои, слилось в дружном крике Мамонта, Пули и Штыка, метнувшегося сверху. На его согнутых в локтях руках висел Плакса и явно радовался жизни. Увидев тщательно причесанные уши и хвост Плаксы, я сразу понял, что тут проходила подготовка к конкурсу красоты.
Красавец, одобрительно сказал я Плаксе. Плакса от удовольствия аж зажмурился.
Ну, вот, все и в сборе, осмотрел всех Мамонт. Я снял Плаксу с рук Штыка и поставил его на лестницу. Первым Штыка сгреб Мамонт, похлопал его по плечам, повертел в разные стороны и стиснул в медвежьих объятиях. — Ну, ты, ну и везунчик.
Что есть, то есть. Кто-то мне крепко поворожил на удачу. Не думал уже, что вывернусь.
Ну ладно, повернул я разговор в деловое русло, вас, слава Богу, много, приглядывать за вами не надо, мальчики большие. Пойдете через их оружейку, заберите все, что осталось. Мне центральное здание великовато, уборку делать затруднительно. Я здесь останусь, я обвел взглядом административный корпус заправки. — Через холл выходите в левую дверь, на двери прямо стоит растяжка. Ну, удачи. — Я стал пожимать «долговцам» руки.
Пока я произносил свою речь, Плакса успел забраться на колени к Пуле, подсунул ему под руки спину и наслаждался процессом чесания.
— Ну, ладно, ладно, почешу я тебя перед сном, заверил я обиженного Плаксу и опять поставил его на пол. — Ну, все, идите, а то совсем мне щенка избалуете.
Ну, ладно, сталкер, много говорить не буду, но всю эту неделю на заставе Свалки несет дежурство наш квад. Приходи в любое время, будем рады. Вернемся на базу, доложим всем. А захочешь к нам, мы тебе все рекомендацию дадим, — Мамонт сдавил меня в объятиях. — Удачи тебе, сталкер.
«Долговцы» выстроились в одну шеренгу и резко прижали правую руку к нашивке клана. Цепочка развернулась и, перейдя дорогу, исчезла в воротах комплекса.
Ну что, маленькое косматое чудовище, пойдем и мы.
Маленькое косматое чудовище жалостно посмотрело на меня.
— Я так понимаю, некоторые пойдут, а некоторых на ручках понесут?
Чудовище довольно замотало головой.
— А вот и нет, сообщил я, бег на перегонки. Кто прибегает последний, тот несет двойную поклажу.
И мы побежали.
* * *Майор Овсов знал, что он достиг своего потолка на службе. Зам. начальника отдела — это тот уровень, на который мог рассчитывать россиянин в самостийной Украине. Но, тем не менее, жизнью он был доволен. Начальник отдела полковник Нечепорюк хоть и ругался часто аспидом москальским, премиальными и поощрениями своего зама не обходил, работать не мешал и практически не контролировал. Он не знал, что ему не понравилось в последней сводке, но привык доверять своим предчувствиям и поэтому шел сейчас по коридору четвертого отделения госпиталя. Не хотел бы он здесь оказаться. Широкие коридоры, светлые палаты, отличный персонал. Постучавшись в двери, он открыл ее, не дожидаясь ответа.
А что тогда стучался? вызверился старый знакомец капитан Найденов.
Ты свой диагноз знаешь?
Знаю, подтвердил Найденов, рак спинного мозга. Два-три месяца. Ты мне по старой дружбе пистолет принес?
И пистолет, и автомат выберешь себе сам на складе. Пойдешь в Зону, в Темную долину. Историю болезни засекретим, умрешь на выполнении задания героем. Страховка, дочке оплаченное обучение там, где выберет. Семье орден посмертно.
Годится, ответил Найденов. Но ведь могу не справиться.
Можешь, но этой мой риск.
Что я должен сделать?
Знал бы сказал. — Удар вслепую.
Когда начинаем? — спросил капитан.
А чего ждать, ответил Овсов, собирайся и пошли.
А что мне собираться. Форму дашь?
По широкому коридору больницы шли два человека. Интересно, подумал Овсов, есть ли в моей бредовой идее хоть один процент правды. Излеченный гастрит армейского капитана и рак спинного мозга Найденова?
* * *Я не был фаталистом по жизни и никогда не пытался поспорить с судьбой. Если мне не суждено выспаться в это время и в этом месте, значит надо ложиться спать пораньше. Мы всей стаей дружно поели и разбрелись по углам. Я остановился рядом с пожарной лестницей, ведущей на крышу, раскатал трофейный черный кожаный плащ как подстилку, а свернутую куртку положил под голову вместо подушки и уснул раньше, чем опустил на нее голову.
Я подскочил, как будто меня что-то подбросило. Первым на меня запрыгнул Акелла, на плечах повис Плакса, а через секунду к нам присоединилась и Герда. Я достал телефон и посмотрел на время: четыре часа десять минут. Шквальный огонь, раздававшийся со стороны комплекса, объяснил, в чем дело. Под утро, когда все должны спать крепким сном праведников, братки решили отбить комплекс обратно. Те, кто ставил растяжку, еще вчера остались под стенами комплекса, а эти вляпались в сюрприз от мертвых товарищей. Интересно, долго они там будут стрелять. Потихонечку я успокоился. Со мной за компанию затихла и вся стая.
Ну, что собаки, обратился я к ним, раз все равно поспать не удалось, то надо хотя бы хорошо поесть.
И мы приступили к завтраку. Когда мы заканчивали еду, выглянули первые утренние лучики.
Сходим, посмотрим, что у нас там, на комплексе? — возражений не последовало, и мы пошли на разведку.
По-хозяйски пойдя через знакомую территорию, нырнув в дыру между бетонными плитами забора, мы увидели малоприятную картину заднего двора. Братки шли тремя группами по пять человек в каждой. Первая влезла в растяжку и осталась там вся. Брызги дурно пахнущей жидкости и куски мяса отмечали наиболее невезучую группу. Их разметало по всему двору. Вторая группа заходила через ту же дверь, что и я. А третья оставалась на месте, контролировала лестницу и подъем в грузовой коридор. У кого первого сдали нервы, и кто открыл стрельбу после взрыва, вообще-то было не важно. Важен был результат, шквальным огнем в упор обе группы изрешетили друг друга. Раздался привычный писк, и я достал из бокового кармана наладонник. Он был выключен. Я пошел на звук, подошел к фигуре в черном плаще с продырявленной шеей и достал из рюкзака второй компьютер. Нажав на кнопку, я включил экран. На экране появилось знакомое, но неприятное мне лицо.
Послушайте, уважаемый, обратился к нему я, пять часов утра, Вам не кажется, что еще очень рано для звонков?