"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Мне снилась пещера ведьмы Прилива. Не та её часть, где проходило обучение сладкому ремеслу, – в этом случае я бы не вскочил на кровати с бешено бьющимся сердцем, перепугав Марину, – снилось преддверие, где впервые повстречал тварей ночи и зла, тех, что чинили большое горе в далёком прошлом, а сейчас остались в тайных уголках мира и едва не пожрали меня.
Успокоив девушку и себя, пошёл покурить. До рассвета остаются считаные минуты, небо уже занялось. Ветерок с Финского залива идёт свежий и строго холодный, так что плащ не помешал. Пока табак тлеет, я принялся думать: идти ли на учёбу? Маг ты или простой человек – лень работает одинаково. Стоит пропустить денёк-другой, как сразу же возникает тягучее желание оставаться там, где ты есть, никуда не выходить и особо не шевелиться.
Понятно, что победил нудный и правильный я. Вскоре, поцеловав на прощание Марину, отправился в гимназию.
Ещё дома, когда мама учила меня счёту, который давался тяжело, я каждый раз умудрялся поработать наполовину. То есть условно задания выполнял и что-то запоминал, но не в нужном объёме. Перед глазами всегда стоял Биркир: спокойный, уверенный, побеждающий и рассудительный. Удивительно даже в кого он такой был? В нашей семье только моя русская мама обладала схожими чертами в характере, но брат-то родился от Сольгерд – второй мамы, что родом из Исландии.
Как бы то ни было, но Биркир затмевал мне взор. Я жаждал победы над ним, а математика – точно не была способом это сделать. Отмахиваясь от всего незначительного, я налегал на боевые умения. И ведь почти успел… но брат вдруг вознёсся на недосягаемую высоту – героем умер в бою. В честь него я назову сына.
А вот дети русской аристократии, математикой и другими науками явно не брезговали. На их фоне я смотрюсь глупым деревенщиной.
Написав мелом пример, учитель вызвал одноклассника к доске и тот, не шибко напрягаясь, решил задачу. Следом ещё один парень. Каждый раз я склонялся к Сергею, чтобы тот пояснил, каким образом они получают ответ. Учитель это заметил и вызвал уже меня. Десять минут позора, и я снова на своём месте, расслышавший каждую усмешку.
– Тугодум, ты, конечно…– протянул Сергей на перерыве.
Я удержал колкость и говорю:
– Ещё покажу вам.
– Непонятно, как будешь экзамены сдавать.
– Будто там только математика будет. Главное, – поднял я палец, – это боевые навыки.
– Это смотря куда попасть, – хмыкнул он. Мы дошли до следующей аудитории и стали усаживаться. – Война сейчас не главное. Строительство, проектирование, ведения учёта, прочие расчёты – везде нужны умения отличные от крепкой магической дубины.
Я картинно фыркнул, но внутренне согласился.
– Посмотри сколько стало девочек в гимназии? – подкрепил он мысль кивком, словно сам не первого года обучения, а преподаватель.
– Тебе-то откуда знать?
– От туда, – огрызнулся он. – Они пошли сюда, как раз потому, что можно учить не только боёвку. Ходят слухи, что могут отстроить ещё один корпус для одарённых умом простолюдинов.
– Дворян мало, что ли?
– Это инициатива кого-то из Шести. Мол, мы теряем изобретателей, а учись они бок о бок с магами, смогли бы обогатить Империю какой-нибудь штукой, вроде твоих часов.
Я пожал плечами. Науки, кроме истории, действительно даются тяжело, но экзаменов я не боюсь – сдал досрочно.
– Это как? – удивился Сергей, когда рассказал об этом.
– Сослужил городу в бою. Одолел одного мерзавца.
Одноклассник бросил удивлённый взгляд и хотел было задать ещё вопрос, но начался урок.
Прошла неделя. За это время я смог попасть на приём к Геннадию Ортеговичу и спросить на счёт вещей некроманта. Генерал-майор кивнул внутренним мыслям, словно найдя оправдание моему интересу и рассказал, что таковые были. Это и дневник с латинскими записями, и амулеты с тела, да и сам труп мага представляет интерес. Всё было переправлено в московскую Академию. Спросить о результатах я не осмелился, но старый вояка вдруг сам пообещал, что сообщит, если чего доложат.
 
В рощу Хранителей я обычно попадаю только по нужде. В эту же неделю наведался и туда, но в большей степени для отдыха и восстановления, чем для конкретных дел. Всё же соитие с силами Природы очень важно для меня.
Заодно и весточку ведьме передал. Когда я вне тела, наладить контакт получается значительно лучше. Мы совсем немного, по ощущениям, поговорили, но когда очнулся – близилось утро.
Ещё запомнился хитрый и удивлённый взгляд Сергия, когда вручил ему чай с мёдом. И лучше бы что-нибудь сказал, чем вот так. Меня стали мучить сомнения, что мог ненароком подставить Герду, за ними ведь охота. Но переживания были выбиты в дальнейшем бою. Вернее, я смог отвлечься, потом ещё и с Мариной мы сошлись в схватке. Дед поручил наставничество. Удивительно, как вроде бы полностью удовлетворенный ночными играми, я вновь ощущал влечение, пока заботливо касался или что-то объяснял. Может, благодаря отцовской школе, а может это уже моё, но нежное отношение не портило результата тренировок. Марина получала свои ушибы и синяки, радовалась успеху, когда доставала до меня и вообще пребывала в отличном расположении духа.
Когда чутьё ещё не открылось или его попросту нет, вопрос о способе тренировки тревожит ум. В детстве я всё гадал: как же мне поскорей открыть его в себе? А потом оно проснулось. И сейчас неважно, как там и что работает, главное, когда я увидел странного мага на аллее перед гимназией, то сразу понял – враг.
Не то чтобы мой, но этот высокий, с вытянутым лицом воин был не из наших. Я таких ещё не встречал. И никто бы точно не сказал с каких маг земель, ибо различия между нами не видимы явно, их не ощутить, как сырой дух от водника или запах раскалённой стали от огневика. Нет, здесь сработало именно чутьё, а потом я вдруг вспомнил слова ведьм об охоте на них.
Марина тогда что-то спрашивала, тревожно заглядывая в лицо, а я смотрел на слегка отпугивающее своей несоразмерной вытянутостью лицо и чувствовал, как нутро сковал мороз. Маг просто озирал площадь. Можно было даже подумать, что праздно. Но так мог подумать кто угодно, кроме меня. И мне хватило сил оторвать взгляд от врага до того, как он перевёл свой на меня. Вернее на то место, где мы были с Мариной, ибо тогда я снова использовал умение Чернобога и остановил время.
Всё предыдущее время я шёл напрямик. Где чудом, где на последнем рывке, но побеждал. Опыт научил меня, что лучше не кидаться. Этот враг очень странный. С виду он даже слаб, может быть, уверенный Новик, но чутьё кричит о другом. Что надо бежать, что надо выжить, скрыться. Противник намного сильнее.
В тот день я впервые столкнулся с представителем особого ордена. И как-то сразу записал его в личные враги, пообещал, что когда-нибудь объявлю и на них охоту. Моя позиция чёткая и ясная – на стороне Синеглазых ведьм.
Это случилось два дня назад. Я успел немного успокоиться, но теперь по Петергофу хожу готовый тут же вступить в бой.
За окнами мутный сырой день, дождь кончился, но небесная хмарь так и не выпустила солнце. Я шепчу Марине горячие слова, девушка у меня на коленях. Тут в дверь раздался стук.
Сыграв мимикой, мол, что поделаешь, я крикнул:
– Слушаю!
– Господин! – послышался тонкий голосок Тамары – миленькой девочки-служки. – К вам из Мастерских, насчёт экипажа. Он тако-о-ой!.. Просто божечки какой!
– Иду! – бросил я, посмотрев на засветившееся лицо Марины и отвечая на улыбку.
Мы быстро собрались и поспешили вниз. Нас встретил всё тот же работник, один из главных в Проекторной. На лице улыбка шире чем в прошлый раз.
– Господин Игорь, мы с гордостью и радостью передаём Вам наше произведение искусства, – немного склонился он и потом, развернувшись, показал на распахнутые створки. В окружение зевак, преимущественно детей, во дворе стоит титан-экипаж. Он истинно большой в сравнении с телегами и каретами рядом, на массивных подрессоренных колёсах. Чёрный, отливающий лаком и с большим гербом на боку. Мой настоящий, по отцовской линии, выполнен в золотой и синей палитре. Я сначала думал взять его, лишь немного переделав, но понял, что гибель всей семьи за исключением меня – это своего рода перерождение, поэтому мы с Мариной создали новый, а художник уже написал. Для основы я взял стилистическое исполнение Древа Мира Иггдрасиля, а справа и слева из него выглядывают две морды – лосиная и росомахи. Гербовый художник сказал, что это очень необычный выбор, ибо знатные рода стараются взять, как можно более величественный и богатый герб. Сейчас, смотря на огромный Иггдрасиль на боку экипажа, я не могу найти что-то более величественного.