"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Мягкая кровать, приятный запах и ласковый, ненавязчивый свет солнца в лицо. Память, словно бы покачав головой и устало выдохнув, стала разворачивать минувшие события. Да, было бы хорошо проснуться однажды и не знать ничего из прошлого, лишь самый минимум, чтобы общаться и жить дальше. Да только люди не примут. Им важно, чтобы ты вписывался в обозначенные ориентиры.
Открывать глаза совсем не хочется. Тело расслабленное, не пришедшее в себя ото сна, а ведь если сбросить это оцепенение, то наверняка начнет болеть. Так бы и лежал.
Но нет. Время, проведенное в беспамятстве, – это все, что могу позволить сейчас.
Со стоном пошевелился, тут же ощутив, чем и как ударился. Еще и затекло. Проморгавшись, огляделся.
Кровать с балдахином. Весьма широкая и с шикарным постельным бельем. За шторами видна дорого обставленная комната, по легким ноткам в запахе догадался, что это номер во все той же «Удаче».
Медленно сел на край. Размял плечи, покрутил туловищем, с кряхтением согнулся, натягивая обувь. Уже встав, продолжил разминку, скуля и шипя от боли. Знатно меня некромант приложил. Даже вот и не знаешь потом, стоит ли опять ввязываться в драки, ведь после каждой ждет мучительное восстановление.
Вдруг вспомнилось, что в схватке пострадала Марина. Что с ней?!
Дверь оказалась заперта. Я начал поиски ключа: по шкафчикам, столу и полкам, но он оказался почти перед носом – на вбитом в стену гвозде. В коридоре пусто, только в самом конце, пьяно пошатываясь, кто-то пытается открыть дверь к себе. Я направился в главный зал, хватаясь за стену от слабости и боли.
Стоило показаться в проеме, как с мест сорвался служка, а следом второй, с кухни.
– Господин! Господин! Куда же вы? Что же вы? Вам же нельзя!
– Что с девушкой?
– Господин! Вам нужно о себе думать…
– Что с девушкой, Мариной, она из десятого номера?!
– Ой, с ней все в порядке – легкое ранение, – быстрее другого сообразил первый. – Недавно пошла отдыхать.
Я с облегчением выдохнул и оперся о стол, а служки подняли шум.
С кривой улыбкой отвечаю:
– Суп горячий есть?
– Конечно! – завопили они в голос.
– Тогда неси миску побольше и хлеба. Мне надо подкрепиться.
Совершенно не заметил, как в зал вошла целая делегация. Поднимаю от ароматного супа глаза, – сознание и вправду плывет от слабости, – а тут уже чины, один выше другого.
– Прошу прощения, – постарался я быстро встать. – Чем могу служить, ваше превосходительство?
Заговорил самый седой из них, в глазах та особая печаль, что появляется только у тех, кто видел очень много горя:
– Сиди, боец, сиди. Заслужил.
– Простите, кому обязан честью? – склонил я голову.
– Генерал-майор Ворон Геннадий Ортегович, заведую петергофской гимназией.
Я постарался выпрямиться и отдал честь.
– Садись уже, прапорщик. Хотя нет. Филиппов! – обернулся он к спутникам. Один из них тут же вскинул руку к голове. – Отправь прошение о присвоении Игорю Колыванскому внеочередного звания поручика, а также на присвоение ежемесячного жалованья в пятьдесят золотых.
Я во все глаза уставился на главу гимназии. Вымолвил слова благодарности.
– Это нам нужно тебя благодарить, – с печатью вечных забот на лице отозвался Геннадий Ортегович. – Но так как с почестями уже разобрались, лучше расскажи, как вышел на мерзкого чернокнижника?
Я поблагодарил богов, что тут мне почти не нужно лукавить. Никогда не знаешь, кто попадется в собеседники, можно легко попасться на лжи. Рассказал, что узнал о некроманте от Софии, что помог ей справиться с порчей. А потом чувствовал гнилые пятна по пути в Петергоф. Ну и довольно логично соврал, что по чистой случайности заселился в одну гостиницу с негодяем, а потом почувствовал темную силу – еще бы, я ведь немного знаком с оной по Ярси.
– Ты смелый и сильный солдат, сынок, – выговорил глава, играя желваками на лице. – Получил на тебя положительную характеристику от Дмитрия Григорьевича. И она полностью подтвердилась. Будут проблемы – обращайся лично, нам такие ребята нужны. Отныне пользуешься моим расположением.
 
– Превелико благодарю, генерал-майор! – отчеканил я, подскакивая, чтобы отдать честь. – Это вы о колыванском коменданте говорите?
– Садись, садись. Вольно, – поморщился он. – Да, пришлось повоевать вместе. Друг мой. На шведа ходили, на немца. Навидались.
Он помолчал, погрузившись в воспоминания, а потом дернулся и тут же встал, собираясь уходить. Я снова поднялся и отдал честь вслед.
– Поправляйся, Игорь, – уже на пороге сказал генерал. – Насчет обучения не переживай. Прошлой ночью ты сдал все экзамены на отлично. Я лично распоряжусь занести оценки в табель.
Устало я плюхнулся обратно. Вот уж привалило так привалило. Даже не верится.
Спустя минут пять, как высокие гости покинули зал, заявился Иван. Улыбка широкая, морда довольная. Мартовский кот, не иначе.
– Ну, чего лыбу тянешь?
– Повод есть, – сыграл он ритм, отбив его в ладоши и по коленям.
Я многозначительно уставился на севшего напротив друга.
– Да ладно. Просто рад, что ты оклемался. Тебе знатно досталось.
– Спасибо. Что-нибудь будешь? – Он кивнул, а я поманил служку. Надо признать, отзывчивость впечатляет. Сделав заказ, продолжаем: – Когда у нас бой?
– Хочешь участвовать?
– Ну, а как иначе?
– Я думал отказаться, – поджал губы брат.
– Пока не надо. Посмотрим, как буду восстанавливаться. Если что – свозишь меня кое-куда.
– По шаманским делам? – сыграл он бровью.
– Ты слишком догадливый.
– Вынужденная мера.
Чуть позже он помог дойти до комнаты, и я снова провалился в сон. Уже намного более спокойный и блаженный.
Когда глаза снова открылись, глянул на часы – половина первого ночи. Тело уверенно латает раны, встать удалось значительно легче. Набросил рубаху из шерсти, взял с полки трубку и кисет. Губы тронула улыбка – обычный человек в такую темень обычно зажжет свечу или фонарь. Мне же этого не требуется. Отпер дверь и, прихрамывая от боли в почках, двинулся во двор.
На улице сыро, опустился легкий туман. Где-то за ним светит луна, от чего все выглядит таинственным. Привалившись к плетню, раскурил трубку. В голову просятся мысли подытожить случившееся, а заодно и весь путь от Свейского Королевства до Руси. Сейчас я уверенно могу сообщить Бранду, что устроился.
Во-первых, выжил и даже увеличил силы. Боевая наука рода раскрылась, хотя, пока потел и стонал дома, все казалось таким лишним и противным. Слава богам, что превозмогал себя и следовал наказам отца.
Во-вторых, получил признание, поступил на службу к русскому императору и даже в гимназию умудрился. Денег хватает, не болею и не бедствую.
Не хотелось бы портить картину успеха мрачным предожиданием, но шаманская интуиция – это едва ли не главное качество. И она говорит, что хотя победа над некромантом случилась, на общую ухудшающуюся обстановку это существенно не повлияет. Не хочется думать, что я один такой понимающий и предчувствующий. Наверняка и военное руководство Империи в курсе. Мне хотелось бы просто отложить в сторону тревожные мысли, что англы затевают передел мира, но не могу. После того, что случилось дома, надеяться на мудрость и прозорливость властителей не приходится. Единственной же надеждой, которой не могу отказать, будет та, что время на рост и развитие у меня есть.
Табак истлел, и я перезабил. Послышались шаги со стороны гостиницы. Не зрением, но чувством понял кто.
– Я сейчас заверещу!
– Не надо, Марин, не надо. Рад тебя видеть.
Она бросилась в объятья. Я постарался не замечать боли, тоже отдавшись порыву встречи.
– Прости! – отстранилась она, продолжая держать за руки. – Ты как вообще?
– Намного лучше. Видишь, даже покурить могу выйти.
– Открыл бы окно и дымил.
– Мне так не нравится, – улыбнулся я. – Как ты здесь оказалась?