"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

– Кровожадный ты парень, Игорь, – рассмеялся он и рассказал, как можно будет найти Бахрому.
Гостиный двор «Семь Морей» показался из-за поворота. Центральная часть высокая, презентабельная. Со свежей краской на фасаде, украшенном окнами, с острой крышей и кованым петухом на коньке. Из нескольких кирпичных труб идет дым, на просторном дворе стоят телеги и экипажи. Мерно жуют пищу лошади, кто сено, а кто и зерно.
Назад и вбок уходят каменные крылья, вероятно, с комнатами. Чуть поодаль – местная баня. Дела у заведения идут столь хорошо, что охраняют его аж два Новика – прилично, учитывая, что даже худосочный дворянский род попросит за работу высокую плату. И все же, ради правды, стоит сказать, что сюда попадают самые неудачные сыновья, каких всегда больше в семьях.
Блюстители порядка меня почуяли, но проводили ленивыми взглядами. В «Семи Морях» хватает родовитых посетителей, от которых фонит много сильнее. Я на их фоне смотрюсь слабаком, что даже хорошо.
– Ладно, брат, – улыбнулся Иван, – желаю хорошо провести время. Покажи там этой дворянской дочке. Ну и передавай мой низкий поклон.
Я со смехом обнял его и взбежал по широкому крыльцу, навстречу дивным ароматам главного зала – традиционно обеденного.
Засеменила милая девчушка – разносчица и прислуга. Одета хорошо, чистенькая и аккуратная. Только еще юна совсем.
– Здравствуйте! Чего изволите, господин?
– Меня ждет леди Снежана, – с полуулыбкой проговорил я, наслаждаясь ее робким восторженным взглядом.
Она пуще прежнего смутилась, сделала поклон и пригласила следовать за собой.
Мы прошли прямо, потом по роскошной лестнице на второй этаж, пропустили несколько дверей, – добротной работы, с резьбой и лаковым покрытием, – нас сопровождают лица благородных людей с картин, а также черные горошины глаз горлиц в окне, что мило воркуют и с интересом глядят, пока идем.
– Вам сюда, господин, – склонилась служка. – Что-нибудь принести?
Я с досадой понял, что денег нет ни копейки. Помотал головой и отпустил девчушку. Она с готовностью побежала, напомнив только, что в комнате есть веревочка колокольчика на случай, если что-то все же понадобится.
– Разрешите войти? – постучался я.
– Скорей уже! – раздался знакомый голос, и я, не сдерживая улыбки, вошел. – Ты бы мог и быстрее прийти, Игорь!
Ее взгляд с удивлением зацепился за наряд. Некоторое время царила тишина, и в итоге я получил оценивающий кивок. Девушка сменила гнев на милость.
Комната из того ряда, что продолжает меня удивлять. На родине я не видел такой роскоши, а вот по приезде на Русь встречаю все чаще. Не графский дом, конечно, но тоже на уровне. И ткани дорогие, и мебель, и в целом богато, со вкусом.
Снежана села на стул с круглой, обитой тканью спинкой. Наряд на девушке сменился на красное платье, настолько броское, словно страстная натура девушки обрела плоть, выбрав форму платья.
– Ну это… все хорошо прошло? – чуть подрастеряв напор, спросила она.
– Вполне, – начал отвечать я и занял другой стул. Между нами располагается столик, – благодаря вашей заботе. Иван просил передать благодарность.
– Прекрати выкать, пожалуйста. После того, что было… – румянец стремительно залил ее щеки. – Иван – это тот, с необычными глазами?
– Да, – кивнул я и сделал легкую паузу. – А что с отцом, не сильно… эм-м, тебя наказал?
– Это было… – смутилась она, – непросто – убедить его, что ты оказался у нас дома по уважительной причине. Я сама виновата, как-то не подумала о приличиях, все так смешалось…
– Прости меня! – припал я на колено и взял ее нежную, сейчас уже без перчаток, ручку в ладони. – Мне тоже следовало проявить такт.
– Хорошо, прощаю, – с лукавством взглянула дворянка. – Может, ты продолжишь рассказы о море?
Я взглянул в лучащиеся искренним интересом глаза. Раз уж ей так нравятся пропитанные солью путешествия, то почему бы и не рассказать парочку.
Увлекает не только искренняя реакция, что подобно волнам накатывает на девушку в нужные моменты, но и само повествование, ведь известное дело – главное начать, а дальше само пойдет.
 
Прибегала пару раз девушка-разносчица. Мы успели плотно перекусить и попить ароматного травяного отвара с медом, а потом голод к морским приключениям у Снежаны утих, уступая место иному.
После обучения у Синеглазой Ведьмы я могу ощущать чужое вожделение. Еще сама дворянка не осознала всего, как последовали мои слова:
– Давай пока прервем рассказ, чтобы осталось на другие встречи.
– Другие? – просияла она, но тут же приняла надменный вид. – Да, возможно.
– Спасибо, леди Снежана, – склонил я голову, продолжая окутывать ее томностью взгляда. – Позволю себе заметить, что у тебя напряжены плечи, может, стоит дать им небольшой отдых? Я бы мог размять их.
– Вы… то есть ты прав, – пуще прежнего распаляясь, отвечает девушка, и я уже вижу, как к лицу прилила кровь, – но мог бы начать с ног, пожалуйста. А то эта обувь…
– Конечно, – охотно подхватил я, видя пока только ступни в чулках. – Я буду вынужден приподнять платье, но ты останови, когда дальнейшее оголение твоих прекрасных ног будет угрожать чести. Один миг…
Я закрыл дверь на массивную щеколду и тут же вернулся. Девушка уже высвободила одну ногу из туфельки, осталось лишь подхватить затянутую чулком ножку и начать древний танец прелюдии.
Несмотря на имя, Снежана распаляется очень быстро. Недолго удавалось сохранять неспешность и намекающий характер ласк. Огонь пронял и меня. Сначала задрал платье, а потом и вовсе снял с часто дышащей девушки, хищно смотрящей на меня. Грудь, все еще скрытая нижней рубахой, часто вздымается, словно призывая меня успокоить два холмика с острыми вершинами. Что я и сделал.
Я набросился на ее пухлые губы с поцелуем. Руки скользят по телу девушки, не в силах насытиться нежностью и гладкостью кожи. Пусть мысли и рвутся лишь к тому, чтобы скорее овладеть, но чувства эстета тоже берут свое; несколько отстранившись, я окинул взглядом шикарное тело Снежаны, что оказалось той приятной полноты, когда под пальцами ощущается шелковистая мягкость. Тут меня и ее захлестнула волна страсти.
Она старается стонать тише, я же с наслаждением впитываю отражение каждого толчка на ее лице и теле. Магическая энергия, щедро плещущая в молодом теле, сейчас очень хорошо чувствуется, и мы сплетаемся не только телами, но и, кажется, ею. Такого я еще не испытывал. Голову дурманит страсть. Перед самым пиком сумел умертвить семя, готовое ворваться в пылающие глубины, и уже потом потерял ощущение времени и пространства. Наш общий экстаз просто вышиб сознание из тел.
Ее сытый, млеющий взор, вкупе с горячим шепотом, вернули меня к бренной земле. Лежим на кровати в том виде, в каком сотворила природа. Чувствую в душе, как расположен к Снежане и насколько мы сблизились теперь. Только вот, словно на заднем фоне, истаивая под яркими, тяжелыми красками плотного мира, вижу образ Торхильды – Синеглазой Ведьмы. И что-то еще за ней, но моему существу становится страшно лишь от попытки понять, какой силы там сущность.
– Игорь, а что теперь будет? – спросила Снежана чуть погодя.
Я начал помогать девушке одеваться, любуясь и телом, и смущением.
– Все будет хорошо. Иначе никак.
– Ну, я не об этом… как мы теперь?
– Будем встречаться, так же чудесно проводить время вместе, – легко отозвался я, осыпав легкими поцелуями шею.
– Но это ведь опасно. И… и неправильно, – смутилась дворянка, отбросившая на время надменность и родовую уверенность.
– Просто доверься мне.
– А как же папа? – обернулась встревоженно она.
– Графу Александрову я могу только пожелать здоровья, – усмехнулся я.
– Ну, Игорь, – уткнулась она мне в грудь, обводя пальчиком шрамы и соски. – Я же волнуюсь.
– Это хорошо. Знаешь, какой я смелый, когда девушки волнуются обо мне?
– Девушки?!
– Ух, ты ревнивая, выходит? – смотрю я ей в глаза.