"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
- Нет, и не уговоришь! – отрезал Давид. – У меня в сердце горы!
- Да у меня тоже, - призналась Зита.
Давид очень странно на нее посмотрел, потом уставился на стройку.
- А вон там что такое странное? – спросил он равнодушно.
- Озеро.
- Что?
- Озеро, Давити, просто озеро.
- На космическом, как ты заверяешь, корабле?! Озеро? И после этого ты будешь утверждать, что строите не бомбоубежище?!
Зита невольно улыбнулась. Да, именно так все и реагировали на ее предложение. Поначалу. Понимание пришло далеко не сразу. И не ко всем. Сначала со скрипом, неохотно сдались проектировщики, признали, что замкнутые блоковые системы водоснабжения – это здорово и очень высокотехнологично, но в случае непредвиденных ситуаций резервный открытый водоем жизненно необходим. А что непредвиденные ситуации будут, все понимали хорошо. Потом… потом вдруг выяснилось, что масса воды с приличной испаряющей линзой является незаменимым компенсатором для целого ряда производств, что избыточное тепло куда-то иногда надо будет девать, и девать срочно. И вообще озеро – это же просто здорово, рыбу там можно разводить, отдыхать на берегу вдали от стрессов подземного мира, правда, в скафандре на всякий случай, ибо в надежность экранов Фридмана не верили сами разработчики распределенных двигателей… А потом озеро плотно вписалось во все городские структуры, теперь уже непонятно, как без него собирались обходиться. Интуиция Владимира Даниловича в очередной раз оказалась непогрешимой, без озера действительно получалась белиберда, иначе не назовешь.
- Гравитационные вектора ковчега будут постоянными на всем протяжении полета, - пояснила она. – Это сложно принять, но… такова новая реальность. Во время маневров по зеркалу озера даже волна не пойдет.
- Так сказал Каллистратов, да? – усмехнулся Давид. – И ты ему веришь? Ну-ну. А он откуда знает? Ладно, не отвечай, ваше взаимное доверие так же необъяснимо, как гравитационные двигатели… Все равно мне не верится, что кто-то по собственной воле рискнет отправиться в межзвездное пространство на обычной куче камней!
- Нам больше некуда отступать, - хмуро сказала Зита. – Некуда, понимаешь?
- Нет, не понимаю! Я сказал Каллистратову и повторяю тебе: свободная Картли примет всех бойцов заполярной республики, всех до одного! Я спартаковец, Зита, спартаковец на всю жизнь! А спартаковцы своих в беде не бросают!
- Давити, а ты понимаешь, что следом за нами война придет и в твою страну? – тихо спросила Зита. – Понимаешь? «Цивилизованный» мир не оставит нас в покое!
Давид зло дернул щекой и отвернулся. Потом решительно подошел к «Стрекозе» и одним движением запрыгнул в кресло.
Две почти прозрачные в бескрайности неба «Стрекозы» упрямо полетели навстречу непростому будущему.
Гогик в своем пухлом скафандре восторженно крутил головой. Еще бы, папа приехал! И сейчас пойдет с ним гулять!
- Вардо, я понимаю, что дурак, но мы будем тебя ждать! – твердо и решительно сказал Давид. – Всегда будем ждать, всю жизнь! Клянусь!
Потом мужчина подхватил на руки сына и зашагал к правительственному «Борею». Светка отчаянно закусила кулак и застыла. И тут раздался оглушительный рев. Гогик вырывался из рук Давида, дико орал, тянулся с отчаянной надежной к своей нане, не понимая, как так его уносят, а она, самая сильная и смелая на свете нана, только смотрит вслед со слезами на глазах и молчит!
Давид беспомощно остановился.
- Дай его мне, - дрогнувшим голосом сказала Светка.
Подхватила на руки мальчика и отвернулась от всех.
- Я ухожу на войну, Гоги, - сказала она тихо.
- Я с тобой!
- Конечно, ты со мной. Вырастешь и придешь. Я буду ждать!
- Я их всех убью! - пообещал мальчик грозно.
- Ты у меня настоящий мужчина, Гогик. Знай, твоя нана всегда рядом! Сердцем, душой! Я люблю тебя больше всех на свете и буду любить всю жизнь! А пока что мы расстанемся, и ты постарайся не плакать, и я постараюсь не плакать… Иди, Гогик, сам иди, мой храбрый маленький мужчина…
Мальчик дошел до отца, взялся за его руку, оглянулся, уставился широко распахнутыми темными глазами на свою нану, Светка дрогнула, отчаянно и резко вскинула руку к берету… «Борей» раскрутил винты и тяжелым гулом ушел за горизонт.
- Вот теперь я готова убивать! – глухо сказала Светка. – Всех убивать! Зита, почему нас не могут оставить в покое? Кому мы тут мешаем, на севере, кто здесь, кроме нас, жить вообще сможет?! Не понимаю!
- Помнишь, как мы пришли с тобой в школу? – криво усмехнулась Зита. – Кому мы там мешали, слабенькие маленькие первоклашки? Однако нас долбили все кому не лень - и во дворе, и на улицах, и в самой школе. Такова зверская сторона человечества. Люди с возрастом мало меняются, Света. Та шпана выросла, пришла во власть и сейчас давит всех, кто не может отбиться. Как в детстве, только и всего. А нас слишком мало, против всего мира мы не выстоим.
- Ну, это мы еще посмотрим, кто кого! – угрюмо пообещала Светка.
- Всех убьем! – серьезно отозвалась Зита.
- Боевая тревога! – внезапно голосом Лены заговорил выделенный командирский канал связи. – Многовекторная атака на объекты Седьмого каторжного района! Освобожденным офицерам народного ополчения действовать согласно боевому расписанию! Отдельной разведывательно-диверсионной роте «Спартак» - прибыть к спецобъекту №3, сбор…
Зита откинула шлем, достала из нагрудного кармана черный берет, аккуратно расправила и надела. Сверкнул на солнце свирепо оскалившийся полярный волк.
Глава 19
Морские пехотинцы застыли на палубе БДК «Великая Россия» в четкой парадной «коробке». Забрала тактических шлемов первой шеренги образовывали идеально ровную темную линию, оружейные крепления боевых экзоскелетов замерли без движения - ни лишнего наклона, ни малейшего отклонения от виртуальной прямой. Восхитительное зрелище, греющее душу любого военного.
Чрезвычайный представитель лидера на Северо-восточном ТВД размеренно шагал вдоль строя бойцов, сопровождающие следовали на предписанном протоколами удалении. Командующий десантной группировкой шагнул на три шага вперед, кинул задубевшую ладонь к обрезу полярного шлема, проревел положенный доклад. Чрезвычайный представитель неприветливо кивнул и проследовал дальше. Генерал скрыл злобу за тупым выражением лица. Гражданский, мать его, а лезет принимать доклад! Кивнул он, снизошел!
Один из сопровождающих, невзрачный мужчина в безликой серой «полярке», задержался на мгновение, одарил безразличным взглядом и тихо сообщил:
- После официальной части ко мне с докладом о ходе десантной операции.
Сказал и ушел одним из многочисленных свитских, со стороны сроду не догадаешься, что значимое лицо. У генерала противно заныло в животе. С докладом… с докладом все хорошо, если чрезвычайному представителю. Представителя интересует только перечень освобожденных пунктов, а с этим у десантной группировки все в порядке. Взяли Баттаган! Но вот что интересует помощника представителя, а? Что, если копнет? Потребует подробностей? А он ведь потребует. В Дудинке потребовал, и… и всё, сидит теперь коллега-генерал, мучается неизвестностью, не знает, то ли заявление об отставке подавать, то ли сразу стреляться. То ли дырочки под награды сверлить. Шестой каторжный ведь взяли под контроль. В итоге. Вот и здесь так же. Освобождение опорных пунктов идет планово, но… там столько всего вылезло, что стой теперь и гадай, за что и от кого прилетит по башке. Но по башке ладно, она тренированная – а если по карьере?
Как и предполагал генерал, помощника чрезвычайного представителя перечень освобожденных пунктов не интересовал. Что хуже, его и подробности не очень интересовали, он их уже знал. Откуда-то.
- Баттаган, - сказал помощник представителя и слегка прихлопнул по столу, словно отсечку радистам дал. – Баттаган. Горнопромышленный комплекс. Шахты, горнообогатительные цеха, две мобильных и стационарная ТЭЦ, узловая станция железной дороги. Перешли обратно под контроль России. Здорово. Но почему в разбитом виде? У шахт есть владельцы, у цехов тоже, они надеялись на прибыль в этом году, а вы… э?