"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

- Что именно невозможно? – вежливо спросила она. 
Краем глаза она улавливала недовольство молодых представителей руководства республики. Энергичные, резкие, четко нацеленные на результат, словоблудия они терпеть не могли и лишним временем на болтовню обычно не располагали. Но именно сегодня запас времени имелся. Небольшой, но достаточный, чтоб определить истинные лица всех участников совещания. От слабых, испуганных, нерешительных и незаинтересованных предстояло избавиться сейчас, чтоб не менять коней на переправе. И еще один фактор имелся, весьма забавный, чтоб позволить болтунам болтать всласть… 
- Управление гравитацией – невозможно! – резко сказал директор РАН. – С позиций современной науки, которую я тут представляю – невозможно принципиально! 
- Имеется действующий образец, - подал голос представитель лаборатории института антропологии космоса. 
Директор РАН настороженно и недоверчиво уставился на него. По своей должности он вроде бы обязан был знать всех мало-мальски значимых ученых республики в лицо, тем более – в такое лицо, но вот почему-то не знал. Более того, он был уверен, что этого худого мужчину невнятного возраста с абсолютным отсутствием растительности на голове, вплоть до бровей, он видит впервые в жизни. Следовательно – не ученый. Может, юрист, посредник, представитель? 
- Предъявите! – насмешливо предложил директор. 
- Если желаете досрочно расстаться с жизнью – пожалуйста, - с абсолютным спокойствием отозвался безволосый. – После совещания, на полигоне, на достаточном для безопасности наблюдателей удалении. Распределенный гравитационный двигатель вблизи массивных космических тел уровня планет работает нестабильно. 
- Ага, тогда как вы можете утверждать… 
- Необходимые испытания проведены в космосе, - тихо сказал безволосый. – И на Земле – ценой жизни двух исследовательских групп. 
- У республики нет космических ракет! 
- Есть, - возразил безволосый. – У Особого Заполярного. 
Наступила тишина. Особый Заполярный после всех реформ и уменьшения личного состава оставался грозной силой, и ракеты в его распоряжении имелись. Вот только как бы ни были участники совещания далеки от космической тематики, каждый понимал, что ударные межконтинентальные ракеты – совсем не то место, где должен и может находиться экспериментатор. Для этого требовалось быть как минимум безгранично отважным человеком. 
- Что-то я не слышал ни о каких испытаниях, - внушительно сказал командующий Особым Заполярным округом. – Не докладывали. 
- Возможно, не докладывали отдельным пунктом. Но слышать должны были. Запуск платформы наблюдения от двенадцатого прошлого месяца, с визитом посещения. 
- Ах это… Да, что-то такое упоминалось. 
И командующий недовольно пожевал губами. Зита поняла, что офицеров-ракетчиков, проведших испытания гравитационного двигателя на орбите в обход высшего начальства, ждут не награды и слава героев, а как минимум серьезные неприятности по службе. Очень серьезные. И мысленно вычеркнула командующего Особым Заполярным из командирского состава республики. Она не знала причин, по которым ребята не поставили командующего в известность, но они были, и наверняка серьезные. И личные наблюдения это только что подтвердили. 
- Руководство заполярной республики в моем лице на основании имеющейся информации утверждает – гравитационный двигатель в нашем распоряжении есть, - ясно и четко сказала она. – Идем дальше. 
- Идите! - язвительно подал голос директор РАН. – С небольшим напоминанием: управление гравитацией с позиций современной науки невозможно в принципе. Будете бодаться и опровергать всю мировую науку? 
- Опровергать не будем, - все так же ровно отозвался безволосый. – Гравитация, известная мировой науке – частный случай. Распределенные двигатели работают на принципах за пределами этого частного случая. 
- Идем дальше! – твердо пресекла Зита. – Двигатель у нас есть. И мы точно знаем, что здесь нам с окружающими государствами не ужиться. В гонку вооружений против всего мира впрягаться слабо, вступать в союзы с кем-либо – потерять социалистическую идентичность. Следовательно, надо уходить, как уходили раньше старообрядцы сюда, в Сибирь. Но места на Земле для нас нет, все занято. Остается космос, другие планеты. Космос – единственное свободное направление нашего исхода. Строители… «Крайсевер», вам первое слово! Что вам нужно для строительства ковчегов? 
 
- На два миллиона жителей? – моргнул представитель головной архитектурно-проектной организации. – Это невозможно! 
- Восемь, - еле слышно пробормотал безволосый, и Зита непроизвольно улыбнулась. Оказывается, не только она считает. 
- Почему именно невозможно? – доброжелательно поинтересовалась она. 
- Мы не заточены под строительство звездных кораблей, вот почему! А в модульных домиках Седьмого каторжного в космос не улетишь! 
- Вводная информация! – негромко, но звучно сказал безволосый представитель института космической антропологии. – Речь не идет о космических кораблях. Космические корабли в принципе стартовать с массивных гравитационных тел не способны. Эффект начинает стабильно срабатывать, начиная от двух миллионов тонн стартовой массы. То есть будем вырывать отдельно стоящие горы. Рассчитывайте на строительство внутри них или на них. 
Вновь наступила ошарашенная тишина. Все пытались представить, как это будет выглядеть – старт горы в космос. Видимо, получалось очень хорошо, судя по выражениям лиц. Зита пожалела, что не догадалась считать паузы, очень показательную цифру удалось бы приложить к отчету по совещанию в правительственном ежедневнике. А вот безволосый беззвучно шевельнул губами. 
- Как насчет требований к сооружениям? – серьезно спросил представитель НИИ транспортного строительства. – Мы действительно совсем не в теме предстоящей задачи. Там же стартовые перегрузки, радиация, очень большие вопросы к прочностным характеристикам стартовой массы… но главное – продолжительность полета. Наши жилые контуры замкнутого типа все же больше заявление о намерениях, чем правда, в отрыве от промышленности заполярной республики долго существовать не способны. Ну и уязвимое место всех проектов подобного уровня – энергообеспеченность. С этим как? АЭС с собой тащить? 
Безволосый одобрительно кивнул, Зита непроизвольно тоже. Ей представитель НИИ понравился с первых слов. 
- Стартовых перегрузок не предвидится, - обстоятельно заговорил безволосый. – Мы теперь управляем гравитацией, не забывайте. Будет 0,8 от стандартной силы тяжести, с привычными нам векторами, то есть плоскость расположения распределенных двигателей берется за условный низ. Что касается жесткого космического излучения – тут нам сильно повезло. Распределенные двигатели, работающие на базе тел достаточной массы, в качестве паразитного эффекта создают так называемый экран Фридмана. Он, помимо прочего, является достаточной защитой от космических излучений. 
- А прочее – это что? – полюбопытствовал представитель НИИ. – Не поймите неправильно, это не пустое любопытство, информация наверняка потребуется при проектировании… пока непонятно чего. 
Зита тонко улыбнулась. Она поняла совершенно правильно: в первую очередь проектировщику жутко любопытно. 
- Прочее… - улыбнулся безволосый, тоже понявший все правильно, - прочее тоже довольно интересно. То, что точно должно вами учитываться - это вторичное свечение экрана. И – слабые гравитационные вектора в областях, прилегающих к экрану. То есть, приложимо к практике, даже если вы построите просто город на вершине стартовой горы, вокруг него в полете будет воздух и слабо светящееся небо. 
Вновь наступила ошарашенная тишина. 
- А энергия у нас будет, - добавил буднично безволосый. – Распределенные двигатели, помимо прочего, являются очень надежными поставщиками энергии, только топливо подавай. Но вопрос с топливом уже решается, производство необходимой мощности развертывается на базе экспериментального цеха института.