"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Она ползла, а тревога внутри неотвратимо перерастала в панику. Чуть шевельнулся часовой, сменил положение тела, и она замерла. Хорошо устроился, сволочь, сидит в чем-то вроде анатомического кресла, укрылся кустами, только панорама из веток торчит. Понятно, почему в кресле — пост на тропе подхода, ему дожидаться ушедших на задание, чтобы… чтобы отключить охранный контур? Блин… «Периметр» или что похуже? А что может быть хуже «Периметра»? Спринг-мины через каждые два десятка метров, с датчиками движения, с возможностью дистанционного управления, с секторами, завязанными на сердцебиение часового… И устанавливается за пару часов, всего-то и требуются минер со стандартным пуансоном да помощник, чтоб мины подтаскивал.
Она медленно повела сканером вправо-влево. Ничего, только слабое эхо от магнитных пород. Приподнялась на руках, чтоб продвинуться вперед — и не смогла. Паника накатила волной. Сканер… сканер не всесилен, новейшие виды взрывчатки не обнаруживает. Да и поджидать может не только взрывчатка. Она снова приподнялась на руках… опустилась и твердо решила стрелять с запредельной дистанции. Из пистолета разведчика — опасно, смертельно опасно, но заставить себя двинуться вперед хотя бы на метр она не сможет. Вперед — нет, а вот в рытвину с краю тропы с большим удовольствием. Подумаешь, грязь, свиньи грязи не боятся. Грязь — не осколки, отряхнулся да живи.
Часовой снова шевельнулся. Что на нем — тяжелый броник или диверсионная облегченка, что? Отодвинь ветку, гад, дай взглянуть… лучше считать, что тяжелый. Значит, корпус исключить. Стрелять в забрало? Оно должно быть поднято, регулярно прикладывается к панораме. Значит, в забрало. А как именно упадет, если в забрало? Откинется в кресле или сползет вниз? Куда добивать, если что?
Тук. Часовой дернулся и обвис. Ага, все же в облегченке. Тогда пару добавочных в грудь! Тук. Тук.
— Зита — мой готов! — доложила она.
— Мой готов! — почти сразу за ней откликнулся Брюханов.
После долгого ожидания отклик Полтоса. И он справился. Наверно, подползал ближе, чтоб наверняка. А вот Брюханов явно работал тоже с запредельной. И он что-то чует? Так, Кунгурцев не командует выдвигаться. Чего-то выжидает? Она с запозданием припомнила время задержки «Периметра» и непроизвольно втянула голову в плечи.
И тут мир взорвался. Сверкнуло на мгновение перед глазами небо, землей больно хлестнуло по лицу… «Периметр», все же «Периметр»! Молодец, Кунгурцев, а она — дура забывчивая!
Она выплюнула землю, огляделась. Так. Если б стреляла с дистанции уверенного поражения — сейчас бы уже не дышала, опытный минер устанавливал систему, хорошо знающий повадки диверсантов. А какой на базе шум! Команды, беготня! О, пулемет тащат! Интересно, и куда его? Прямо на полянке поставят? Точно, так и сделали! Все же прав был командир бригады — нет у базы настоящей защиты, не успели окопаться… Через мгновение она с горечью поняла, что ошибается. Не то чтобы не успели — не захотели! Поленились. Потому что точно знали — надежней мешков с землей их прикрывает перемирие. И собирались не спеша уничтожать десантников на замершей трассе, похихикивая и будучи в абсолютной уверенности, что русские не ответят. Потому что никогда не отвечали. Никто и никогда в России не берег солдатские жизни. Только на этот раз вчерашний полковник плюнул на последствия и попер против сложившейся системы. И не он один, кто-то же ему помогал и с трассы, и из управления картографии. Из чего следовало — что-то в России изменилось. И скоро ударит.
— Сработал «Периметр»! — донесся голос Кунгурцева. — Всем не двигаться! Ожидаем, когда откроют коридор для прохода! Пластунам — отклик!
— В норме! — отчиталась она.
— Полтос подорвался, — сообщил Брюханов. — Мне его зону видно, лежит изломанный.
Она стиснула зубы. Полтос. Максим Полторанин, маленький, верткий, казавшийся неуязвимым боец. Большой любитель девочек, ни разу не получавший с их стороны знаков внимания… Скалолаз, так же, как и Ящер, два друга-адреналинщика…
Впереди замелькали пригнувшиеся к земле фигуры. Уверенно двигаются, сволочи! Сейчас осмотрят часового, а потом… что потом? Возьмутся за нее или начнут окапываться?
Она вжалась в землю. «Хамелеон», спасай! Так, обследуют места взрывов. Пойдут дальше или нет? Кунгурцев считает, что отключат «Периметр» и пойдут. Возможно, прав, парню мужчин понять проще, все они рисковые придурки…Лично она бы не пошла. Так, идут, идут дальше, придурки… прошли «Периметр»! Значит, этот сектор отключен! И как смело идут! Что ж, ребята ошиблись, а на войне это означает смерть.
«Хамелеон» сработал выше всяческих похвал, ее не заметили. А может, грязью забросало так, что от земли не отличить, уже неважно… Она дождалась, когда фигуры в лохматом камуфляже пройдут мимо, развернулась, поднялась на колено и хладнокровно расстреляла их в спину. Кто-то попытался залечь, откатиться — бесполезно! Мастеру скоротечных огневых контактов в ближнем бою противостоять невозможно! Выстрелы гулко заметались по лесу. Траншейный пистолет — это не бесшумная пукалка разведчика, заброневое воздействие такое, что с тридцати метров отправляет на тот свет гарантированно даже без пробития доспехов!
— Кунгур, есть коридор! — коротко доложила она. — Кенга, «реактивку»!
Она дождалась второго номера. Взяла из рук Кенги подготовленную к стрельбе «реактивку», накинула на лицо прицельный щиток, активировала перчатку и принялась вычищать базу. Сначала — пулеметный расчет. Потом — по укрывшимся в домиках. Что здесь было раньше? Турбаза, охотничье хозяйство? Щитовые стены — никакая защита от крупнокалиберного оружия. Светились багровым укрывшиеся фигурки, она стреляла по ним прямо сквозь стены. Это «реактивка», придурки!
Спартаковцы ворвались на базу, и началась кровавая, жестокая работа…
Они нарвались на отходе. Ну кто бы мог предположить, что на базе расположилась не обычная ДРГ, а полноценная рота спецназа? И что она именно в этот момент возвратится с боевого выхода? Что передовое охранение правильно сориентируется, перекроет им коридор отхода и ударит со всех стволов? Мог бы предусмотреть Кунгурцев и поставить бойцов на дальних подступах, но командир «Спартака» на этот раз совершил ошибку…
Ну, а конкретно Зите повезло. Она вышла из разгромленной базы первой и увела свою тройку, даже успела соединиться с тройкой Брюханова, и стрельба полыхнула за их спинами. Брюханов среагировал мгновенно, махнул штурмовикам и бросился обратно…
А они с Леной не успели. Ну не дано ей быстро бегать с такой задницей! А уж балерине тем более, у нее гибкость, суставы не закреплены, любой прыжок под нагрузкой грозит вывихом. Только и сделали, что добили двух раненых диверсантов.
Брюханов погиб. Дорвался до ближнего боя, все сделал правильно, стрелял с двух рук… у него просто кончились патроны. Когда Зита его нашла, она лежал с финкой в руке, под ним два зарезанных диверсанта. Продуманно достал, хладнокровно, четко под шлемы. Спина изорвана очередью в упор. Рядом обвис на камне Кенга, видимо, прыгал через валун и встретился со случайной пулей. Он хорошо умел прыгать, умел и любил, оттого и Кенга… Ящер лежал далеко в стороне, изуродованный взрывом из подствольника. Своими жизнями штурмовики исправили ошибку командира и дали «Спартаку» возможность вырваться с базы. Отстреливаясь, теряя бойцов — но вырваться.
Уходили неожиданно легко. Перемирие же, бесполетная зона, ни дронов-наблюдателей, ни ударных вертолетов. Вообще считалось, что «Спартака» здесь нет. И диверсантов неизвестной принадлежности тоже нет. А стрельба… Ну, мало ли кто стреляет на войне. Может, оружие пристреливают. Или тренируются.
Только спецназ оказался на удивление упорным. Вместо того чтоб уцелевшим оттянуться и зализывать раны, они вцепились «Спартаку» в спину, как охотничьи псы. Сближались, и тогда вспыхивали мгновенные перестрелки, каждый раз забирающие чьи-то жизни… Кунгурцев, озверевший от потерь, устроил классическую засаду, и диверсантов перебили всех. Выманили на открытое место и перестреляли с дальней дистанции. Наконец свое веское слово сказали штурмовые винтовки. Это не маломощные «фогель-65», от штурмовой винтовки броня не спасает! Последнего сняла Лена с почти километровой дистанции. Выстрелила, проверила результат, хрипло выругалась, легла в траву и уставилась куда-то далеко в небо. Зита без сил опустилась рядом.