"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Она широко и быстро отмахнулась, снова раздались удивленные маты.
– Старшой, у нее лезвие! – предупредил один из нападавших и отскочил, зажимая порез на руке. Деловито сообщил, как на армейской операции. Сказал и отступил на перевязку, а его место заняли серьезные и злые хлопчики в противоосколочных сапогах. Попадут таким по корпусу – считай, сразу смерть.
Она прикинула свои возможности. Уйдет? Уйдет. Только надо порезать парочку-тройку «земляков», и серьезно порезать, чтоб не встали. Интересно, на что они рассчитывают, нападая на девушку в офицерской форме? Или им обещали защиту от штурмовых отрядов? Плохо, если так. Тогда это спецоперация вовсе не придурков из заводских гоп-компаний. Тогда ее не отпустят.
От крыльца школы внезапно донесся тихий хлопок, один из владельцев бронированных сапог дернулся и упал. Снова хлопок, и еще падение. И еще. Капитан Ратников с крыльца быстро и четко отстреливал нападавших из полицейского резинострела. С левой руки. В свободно опущенной правой поблескивало металлом табельное оружие.
Она думала – толпа побежит. Глупо стоять на месте, когда тебя поливают из травмата. Штурмовики побежали бы на стрелка, но их обучали таким ситуациям специально, гоп-компании дали бы деру до ближайшего технического переулка. Эти же остались на месте. Развернулись, рассредоточились, но не побежали. Все же спецоперация. Значит, где-то недалеко куратор, смотрит, фиксирует. Даже девицы не завизжали, сбились в кучку, настороженные и готовые к драке.
Это гражданская война, напомнила Зита себе беззвучно и полоснула по неосторожной руке.
– Мы тебя найдем, капитан! – пообещал уверенный голос.
Капитан поднял пистолет. Выстрел из боевого оружия прозвучал оглушительно, тело упало на асфальт. Ну, если и на стрельбу не прибежит патруль, можно будет делать очень плохие выводы.
Секунда заминки, потом упавших подхватили на руки и отступили. Видимо, не настолько влиятелен оказался куратор, чтоб приказать спецназу не вмешиваться. Конец боевого контакта.
Капитан Ратников проводил настороженным взглядом уходящих, забросил пистолет в кобуру. Молча шагнул с крыльца, так же молча проводил до дома.
– Сережа, что тебе будет за убийство? – решилась спросить она.
Капитан досадливо дернул плечом. Понятно. Проблемного офицера уберут стрелять по белым медведям. Или еще дальше.
– Войны на всех хватит, – сказал капитан в подтверждение ее мыслям, четко козырнул и ушел не оглядываясь.
Она зашла в квартиру в слезах. Выглянула обеспокоенная мама, посмотрела вопросительно.
– Они уходят, – отрешенно сказала она. – Они все уходят, мама. Козыряют, разворачиваются и уходят. Лучшие из мужчин. Они погибнут все, и я снова останусь одна…
Не выдержала и разрыдалась в голос. И впервые в жизни мама прижала ее к себе и успокаивала, как могла.
-=-=-
И снова весна лилась в подкупольный город потоками солнечного света. Пошла своим чередом ежегодная дезактивационная обработка поверхностей – процедура вонючая, крайне неприятная и создающая кучу неудобств. Горожане плевались и кашляли от едких аэрозолей шлепали по грязным лужам от смывочных машин, матерились, когда натыкались на барьеры и грубых бойцов войск химзащиты. Зита относилась к обработке с пониманием: да, неудобно, зато потом до конца лета можно наслаждаться чистыми куполами и видом голубого неба над головой.
Под лучами солнца город стремительно прогрелся. На Лене еще не сошел лед, а школьники и особенно школьницы без всяких приказов по строевой части разом перешли на летнюю форму одежды – яркую, легкую и укороченную. У любимого кафе Зиты, там, где пересекались студенческие потоки медицинского колледжа и горно-химической академии, после обеда разворачивались настоящие дефиле-показы последних писков подкупольной моды. Зита специально приходила оценить как любитель-дизайнер одежды. Компанию ей частенько составляла Ариадна Иосифовна, тоже ценительница юности и красоты. Ей никаких прадедов в сознании не требовалось и уж тем более дизайнерских интересов, у талантливой художницы и поэтессы своих тараканов в голове хватало. Больших таких, устойчивых к химобработкам.
Между делом Зита успешно сдала экзамены за обязательный курс обучения. Просто урезала самомнение и заучила наизусть, что от нее требовалось государству. Достаточно легкое дело оказалось, потому что государству от выпускников общих школ почти ничего и не требовалось. Пожалуй, она могла б обойтись знаниями исключительно начальной школы. Вот такой парадокс технологий будущего: чем дальше по пути автоматизации, тем меньше нужно знаний рабочим. Ну а сырье для инженерных кадров готовили и поставляли, естественно, категорийные школы.
Зиту, впрочем, эти проблемы коснулись лишь скользом. Как-то незаметно для себя она выбрала будущей сферой деятельности медицину, а там поверхностные знания не приветствовались. Так что она училась в основном самостоятельно, не оглядываясь на школьные программы. Учебники для категорийных школ и вузовские материалы брала, конечно же, с консоли поста ЗАС, оттуда много куда можно было залезть. Давид настойчиво рекомендовал не светить умом, но она же потихоньку, осторожненько.
Летом Зита поступила на годичные курсы военных медработников. Их открыли по всей стране, и в Копейке тоже – на базе госпиталя Особого Заполярного военного округа. Она боялась, что не возьмут по возрасту, но там только глянули на ее капитанские погоны и подписали заявление. Хоть какая-то польза от званий.
На первом же практическом занятии выявилось ее абсолютное самообладание при виде крови, открытых ран, воспалений и нагноений и даже трупов. Преподаватели поглядывали на нее с удивлением, она же просто не понимала, чего там бояться.
И еще она руководила службой собственной безопасности штурмовых отрядов. Работа, далеко не всеми принимаемая за честную. Уголовные понятия въелись в мозги людей очень крепко, и мало кто согласился стать помощником в тайных делах. Но тем, кто все же поддержал ее, она сумела донести, что они призваны не много не мало, а беречь «Спартак» от смерти. Рыба гниет с головы, и служба собственной безопасности существует как раз для того, чтоб эту голову вовремя отсечь. И кумовством они занимались, и группировки пресекали – тайно, но безжалостно. «Спартак» – ведомство майора Каллистратова, ничье больше! И – выявляли предателей. Но чаще всего боролись с перерожденцами. Штурмовые отряды – власть, и она многим кружила головы и манила возможностями. Зита работала, укрепляла по мере сил и талантов службу, а сама внутренне все ждала ситуации, которая покажет ей предел. Когда добрый дяденька Каллистратов скажет – вот этого трогать нельзя. Он сволочь, но наша сволочь. Ждала и понимала, что после этого она из «Спартака уйдет». Ждала, но ситуация все равно проявилась неожиданно для нее, на обыкновенном ежевечернем совете командиров боевых пятерок.
Совет уже давно проводился удаленно – пост ЗАС позволял, помимо много прочего, объединять телефоны спартаковцев в защищенную сеть. Время для советов командиров – вечер. Очень поздний вечер. Несмотря на обязанности, которые не каждому взрослому по силам, бойцы службы собственной безопасности оставались учениками школ, студентами, и учебу им никто не отменял. И секретность играла свою роль: ну мало ли о чем переговариваются подростки, лежа перед сном под одеялами? Кому придет в голову, что шепотки и хихиканья – это доклады и обсуждения очень серьезных дел? Вот во время одного из обсуждений, не закрытых грифом секретности, неприятная информация чуть не проскочила мимо нее. Хорошо, вовремя успела заметить парочку благоразумных молчунов. А тема-то была щекотливая – обсуждали работу командиров штурмовых отрядов. Отмалчиваться на таких обсуждениях прямо не рекомендовалось, они и организованы были в основном для обучения и – тайно – воспитания сотрудников, ради этого пришлось частично поступиться безопасностью и секретностью работы. И вдруг – молчанка.