"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Она прищурилась, оглядела класс. Не, в стороне никак не получится. Ей здесь жить. Это ее в случае чего будут зажимать в раздевалке и щупать. Хм, ей, конечно, очень любопытны взаимоотношения полов с противоположной, так сказать, позиции – но не в таком же варианте! Ее мечта – жить дружно, счастливо, как и положено в раннем детстве!
Она еще раз оглядела класс. Сумеет ли она, взрослый человек, справиться с двумя десятками сопляков? М-да, вопрос. Руки-то – слабенькие…
– Так, красавицы! – сказала она, подойдя к группе девчонок. – Быстро решили: вам надо, чтоб вас по раздевалкам щупали – или нет?!
-=-=-=-
– Айда на крыльцо! – крикнули Андрею на бегу. – Нулевички дерутся, поржем!
Андрей незаметно скривился, но пошел вместе со всеми. Он не любил, когда младших стравливали друг с другом – зато «положенцы» класса не любили, когда кто-то отделялся от коллектива.
Во дворе школы царили визг, ор и рев. Два класса малышни схватились всерьез. Андрей протолкался поближе и с удивлением увидел, что на этот раз в драке участвуют девчонки. Да еще как участвуют! Наседают втроем-вчетвером на одного, выцеливают, потом кидаются, хватают за руки и одежду и держат изо всех сил. А одна-две лупят. Неумело, но тоже изо всех сил. И отпускают, только когда тот начинает реветь в голос. И сами при этом ревут!
– А! – буйно заорали положенцы. – Свалила!
Андрей вытянул шею – и застыл. В самом центре драки, раскинув руки в стороны, смешно подпрыгивала Зита. Ладони у нее были обмотаны белым. Рядом с ней какого-то мальчишку лупили сразу четверо, он закрывался как мог.
– Сейчас, сейчас!.. – азартно заговорили рядом.
Зита, хладнокровно наблюдавшая за ситуацией, выбрала удачный момент, сблизилась быстрым прыжком, широко махнула левой рукой и попала точно в лицо одному из четверых. Тот отлетел, словно сбитый с ног кувалдой.
– Зуб! – восторженно заорали все. – Зуб выбила!
Раскрыв рот, Андрей в изумлении наблюдал, как Зита воспользовалась растерянностью нападавших, крутнулась, махнула уже правой рукой, да как-то странно махнула, со спины, и еще один противник покатился по двору, получив в ухо. Сбитый с ног истошно взвыл, и это словно послужило сигналом – одна из сторон начала беспорядочно отступать под арку, а потом и вовсе побежала.
– «Чуханцы»! – заорали положенцы в полном восторге.
– Э, Шпиль, это твоему братану она зуб выбила! – сказал кто-то растерянно.
Длинный Шпиль уставился на малышню. Ему больше не было весело.
– Я ей сейчас сам всё выбью! – пообещал он и двинулся с крыльца.
Андрей не понял, какая сила сдвинула его с места. Каким-то образом он оказался на площадке раньше «положенца», пригнулся и отставил руку. И решил в отчаянии, что сдохнет тут, но «положенца» к сестре не подпустит.
У левого локтя мелькнуло желтое пятно – Зита встала рядом и настороженно уставилась на длинного «положенца». Потом странно свела руки и чуть заметно затанцевала на носочках. На крыльце охотно заржали – Зита, рослая для «нулевичков», «положенцу» вряд ли доставала макушкой до груди.
– Глядите, Шпиль с нулевкой будет махаться! – заорали с крыльца.
«Положенец» неуверенно стрельнул глазами по сторонам. Посмотрел на Андрея, на его отставленный кулак.
– Твоя сестра? – наконец осведомился он.
Андрей кивнул.
– Резкая! – признал с уважением «положенец». – Сразу видно, что казачка! А что раньше не сказал, что из казаков? Ладно, живите.
И Шпиль ушел. Зита прекратила подпрыгивать, аккуратно поправила рукав школьной рубашки. На мгновение сверкнул металл и исчез. Андрей машинально подхватил ее руку, посмотрел. Спица. В рукаве, примотанная к руке резинками, пряталась остро заточенная спица. С мелкими блестящими зазубринами у самого кончика. Так вот для чего она недавно упрашивала его достать напильник! Похолодев, он понял, для чего Зита сводила руки. Чтоб выхватить спицу из рукава! Если б ситуация повернулась иначе, тут сейчас валялся бы Шпиль со спицей в ноге и дергался, как недавно младший Мальцев возле кинотеатра, а все смотрели бы и понимали, кто Мальку железо вогнал промеж ног…
– Это…
– Не трогай, – безмятежно сказала девочка. – Меньше знаешь, крепче спишь. Прикрой меня.
Она аккуратно смотала с ладоней полоски ткани, незаметно убрала в карман какие-то металлические кругляши. Закладки, понял Андрей. Она дралась закладками!
– Зита… – донесся слабый голос.
Она мгновенно развернулась и бросилась поднимать мальчишку – того самого, которого лупили вчетвером. Ему здорово досталось, под глазами уже наливались синяки.
– Мы отбились, Богдан! – успокоила она его. – Тебе плохо? Сейчас…
Она ловко и осторожно очищала лицо мальчишки от крови, а Андрей топтался рядом и не знал, что делать.
– Зита! – раздались рыдания. – Мне нос разбили!
Девчонки кинулись к Зите гурьбой.
– Андрюшка, отведи Богдана к умывальникам, хорошо? – тут же попросила она. – У него голова кружится. Гаденыши, лежачего пинали!
Потом выпрямилась и деловито оглядела девчоночью компанию.
– Ну, что ревем? – раздался ее ласковый голос. – Ну, разбили нос, и что? Мы тоже им разбили. И ничего страшного. Зато мы отбились, и больше нас не тронут! Сейчас тампончики вставим, сходим умоемся и станем красивее, чем прежде! Светка, халда, ты чем смотришь? У тебя лямка оторвалась! Пойдем, пришью. Детский сад…
– Я сам дойду, – сказал мальчишка и осторожно сделал шаг.
– Я провожу! – решил Андрей. – Ты иди. Если что, я рядом.
На крыльце Андрея пару раз одобрительно шлепнули по плечу.
– Твоя сестра – кувалда! – сказал один из «положенцев». – Казачка, да?
Он не нашелся, что ответить, и молча прошел за Богданом в школу.
– Зита хорошо дерется, – сказал Богдан. – Лучше всех. Ты учил?
Андрей промолчал. А действительно, кто научил Зиту драться? Применять закладки? Спицу еще у мамы стащила… О спице и всем с ней связанном даже страшно было думать. Он вдруг понял, что Зита кинулась защищать его от Шпиля, рискуя жизнью. Одно-единственное движение отделяло ее от разоблачения. Спицу в ногу Шпилю – и ей конец. Если бы старший Мальцев узнал – а он бы точно узнал от пацанов – он бы ее убил, без вариантов.
– Это потому что она казачка, – решил Богдан, не дождавшись ответа. – Казаки хорошо умели драться. Южане – они все резкие и сильные.
И Андрей поверил его словам. Действительно, южная кровь – она все объясняет.
В умывальнике он помог Богдану отмыть голову от крови, поставил под сушилку и потом довел до класса. А когда вышел – увидел сестру. Зита стояла у окна и плакала.
– Тебе плохо? – обеспокоился он.
Она слабо кивнула:
– Еще как. Я же мечтала жить дружно со всеми. А оно как-то цепляется одно за другое и тянет, тянет совсем не туда… Что я делаю, Андрюшка, что я делаю?!
Повинуясь смутному ощущению, он подошел и погладил сестру по голове.
Ничего! – упрямо сказал он. – Отобьемся! Я завтра пойду и запишусь в секцию рукопашного боя, туда всех принимают. Мы им еще покажем!
– Андрюшка, это же не твое, – мягко сказала девочка. – Ты мирный и добрый мальчик и совсем не умеешь лидерствовать. Давай я лучше научу тебя играть в шахматы? Зачем тебе драки?
– Затем, – хмуро сказал он. – «Положенцы» запомнили и тебя, и меня. Они нас теперь проверять станут на излом. Особенно Шпиль.
Зита тихонько вздохнула и прижалась к его груди. Он понял – снова плачет. Такая странная: победила всех – а плачет.
-=-=-=-
Она стояла перед учительским пультом совсем не как неопытная школьница-нулевичка, подозванная строгим учителем. А как? Как взрослая? Артем Сергеевич сдвинул брови погрознее и оглядел непонятную девочку. Тэк-с… Ах вот в чем дело. Стильность, да. Он бы назвал это стильностью. Над внешностью девочки явно поработала знающая рука, скорее всего, мамина. Украшения в школе разрешались с пятого класса, их и не было. Зато все остальное использовалось без стеснения. Стандартная школьная курточка обзавелась крохотным нагрудным кармашком, и из него кокетливо выглядывал краешек яркого платочка. И белоснежные манжеты появились. И кружевной отложной воротничок. И цветная отделка карманов и резинки. И не комбинезончик на девочке, а аккуратная юбочка, не короткая, но и не длинная, в самый раз. И – учитель прищурился – не спортивные кроссовки на ногах, а легкие туфельки пусть на небольшом, но все же каблучке. И главное – поза. Стоит себе крохотуля, руки в карманах, ножку выставила вперед и рассматривает учителя с любопытством. Ни робости, ни стеснения, ни тем более страха. Даже легкая улыбка в глубине темных нерусских глаз. Совсем как взрослая.