"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Похоже, пилот был удивлен не меньше, чем я, потому что едва не врезался в склон горы, но в последний момент отвернул и пошел на новый заход. Должно быть, он решил, что ракеты не вышли из сопел.
"Бонга" так быстро сделал круг над фьордом, что мы с Лехой и глазом не успели моргнуть.
-- Давай еще раз! - крикнул, оглядываясь, Леха.
Но я едва держался на ногах. Я знал, что в таком состоянии не то, что сбить "бонга", мухи не смогу обидеть.
Леха посмотрел на меня и сообразил - подставил плечо.
-- Бежим! Бежим!
Думаю, что у нас было не больше двадцати секунд. Пещера в данном случае была ловушкой, потому что ударная волна и огонь в закрытом помещении производят огромные разрушения.
Возникла маленькая паника. Один матрос Григорий Кутуз не растерялся -- мигом нашел нужную дверь, и мы посыпались куда-то вниз по бесконечным лестницам и переходам, не забывая однако закрывать бронированные двери, наваливаясь на них все скопом. Благо еще, что в туннелях еще горел свет. Поэтому когда ракеты попали в пещеру, мы были далеко внизу, там, где были пришвартованы подводные лодки и плескались волны цвета бутылочного стекла.
Гора вздрогнула. Свод прогнулся. Фонари под потолком мигнули. В воду упало несколько камней, и все стихло.
-- Слава богу! -- вздохнул Лука, -- теперь мы официальные покойники.
-- Что б я так жил... -- мрачно произнес Леха, с опаской разглядывая туннель, по обе стороны которого тянулись пирсы, а вдоль стен были проложены толстые кобеля и трубы.
От воды тянуло холодом марсианской Балтики.
-- Может, наконец от нас отстанут?! - риторически воскликнул Федор Березин, притрагиваясь ко лбу, ссадина на котором все еще кровоточила.
-- А сухой паек выдадут? - спросил матрос и сглотнул слюну.
Лука достал фляжку, но не из брюк, а к Лехиному удивлению из кармана кителя и протянул матросу.
-- Пару глотков, не больше.
-- Сколько у него еще фляжек? - риторически спросил Леха и тут же встал в очередь и, когда Лука Федотов стал забирать у него фляжку, искренне возмутился:
-- Уйди! Я еще не опохмелялся!
Лука Федотов сказал:
-- Тебе не положено по уставу, -- и спрятал фляжку в карман.
-- Я думал, у нас демократия... -- проворчал разочарованный Леха.
-- Петух тоже думал, -- заметил Лука. - Знаешь, чем это кончилось?
-- Знаю, -- мрачно отозвался Леха.
-- Так, -- скомандовал Лука, -- будем уходить на подлодке.
-- Можно мне здесь отсидеться? - не очень уверенно предложил Леха, вглядываясь туда, где и фонари не горели. - Жратвы навалом, и выход на поверхность наверняка есть.
Но его даже не стали слушать. Федор Березин усомнился:
-- А справимся?
Ему не терпелось блеснуть своим мастерством. Усесться в "стикс" и распылить пару десятков черных "инделей". И вообще развернуться во всю ширину души русского офицера, недаром он зубрил ночи напролет матчасть и тактику вместе со стратегией. Но разве на военно-морской базе бывают "стиксы"? От силы совсем маленькие дирижабли. В общем, Федор Березин разочаровался. Его усы жалко повисли. Он стал шмыгать и ковыряться в носу, что было признаком душевного расстройства.
-- Справимся - молодцы. Не справимся - утонем героями, -- изрек Лука Федотов, с деловым видом оглядывая пирс, вдоль которого выстроились субмарины.
-- Смертью храбрых... -- иронически добавил Леха.
Хотя в ходу все еще был анекдот: "Подводная лодка в степях Марса", на самом деле военно-морские подлодки существовали, и даже незабвенный Юра Дронский когда-то стажировался на них.
-- Выберем эту, -- ткнул Лука в крайнюю из них.
-- А она поплывет? - удивился Леха.
По-моему, выбор именно этой подлодки был обусловлен тем, что она находилась как раз под фонарем и была ближе к выходу из подводного туннеля. И все. Больше никаких других достоинств. Размеры сомнительные -- я бы на такой подлодке даже в блюдце побоялся плавать. Вид поносный - какой-то рыже-зеленый. Рубка ободрана до металла. Зато на ней красовалась гордая надпись "Ижора" и двуглавый орел.
Оказалось, "Ижора" -- одна из трех подлодок, которая была более менее готова к выходу. Уж не знаю в какой степени. Об этом сообщил матрос, которого послали на разведку. Но если Лука рассчитывал с помощью ее вести боевые действия, то задумка эта не самая лучшая. Во-первых, никто из нас, за исключением матроса-штрафняка, не имел никакого отношения к военно-морскому флоту, а во-вторых, по-моему, лучше было бегать по суше, чем пробираться под водой. Где эта таинственная база в Кронштадте? Куда нас тянет Лука? И вообще, кто он такой? Я видел, как Лука Федотов нырнул с двадцать пятого этажа в раскаленное газовое облако. Сомнения до сих пор грызли меня. Я не находил ответа.
-- Ты идешь, или нет? - Федор Березин высунулся из рубки.
Оказывается, они уже вовсю обживали подлодку. Леха нашел паек моряка и втихую пожирал шоколад, обеими руками заталкивая его в рот. Из нагрудного кармана торчала вобла.
-- Дай парню, -- сказал я.
-- М-м-м... -- давясь, пробурчал Леха и полез через узкий лаз на нижнюю палубу, откуда струился свет и доносились звуки, когда закручивают гайки и передвигают тяжелые вещи. Удивительно еще, как он туда проскользнул со своими габаритами.
В этот момент из отсека управления появился довольный Лука и спросил:
-- Так, где Круглов? Гоните его в аккумуляторную на подмогу Кутузу.
-- Он уже там, -- сказал я и тоже полез вниз.
Они возились с источниками питания, без которого невозможно было запустить ПГ -- плазменный генератор. Оказалось, что на лодке некомплект. Не хватало трех батарей. Мы сняли их с ближайшей лодки и установили в цепь, чтобы подлодка ожила.
На это ушло часа четыре. Мы возились с тросами, талями и лебедками и перемазались, как черти, а когда вылезли на палубу, то даже не успели умыться и почиститься: за это время Лука с Федором Березиным не только разведали путь и открыли подводные ворота, но и в основном разобрались в управлении подлодкой. В качестве консультанта они призвали к себе Григория Кутуза, и оставшуюся часть работы мы с Лехой Кругловым закончили вдвоем.
Леха ворчал:
-- Что это за подводники, которым выпить не дают. Даже простому матросу положено сто граммов водки в день. А я на старшину тяну. Значит, мне триста и закуска. И вовсе не жирно будет... -- добавил он неуверенно под моим ироническим взглядом.
Федор Березин что-то мурлыкал себе под нос. Это была одна из мелодраматических песенок, которые я многократно слышал из его уст.
Матрос был пьян и ревнив,
Услышав танго мотив,
Увидев крошку Джуэль,
Стал изгаляться над ней.
И в страхе замер весь зал,
Когда ей в грудь вонзился кинжал!
На ворс персидских ковров
Пролилась алая кровь!
-- Не "стикс", так подлодка. Здесь такое же управление, -- радостно сообщил он, двигая рулями глубины. - Элероны называются! - И запел: -- Как-то раз проснулись звери, на... тра-та-та и... тара-ра-ра и отправились гулять... ра-ра-ри... вдруг откуда ни возьмись появился в рот...
Мне было интересно. Я никогда не плавал на подлодках - пусть даже и на таких маленьких. Но мне смертельно хотелось спать. Последнее, что я помню, сидя в каком-то закутке между оборудованием -- Лука закрывает люк, а Леха, чавкает, доедая очередную плитку шоколада, спрашивает:
-- А это что? А это?
Под плеск волн и детские песенки Федора Березина я уснул.
***
Проснулся я от сильного толчка. Лука стоял в центре отсека у перископа и командовал:
-- Малый вперед. Скорость пять узлов. Кутуз, у нас есть торпеды?
-- Мы будем атаковать? - удивился я, потирая плечо.
-- Еще как!