"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

  И еще -- я не очень-то верил в способность военных держать черных ангелов в узде, то есть в тюрьме -- слишком могущественны были астросы. Потом - этот сумасшедший Понтегера. Для очистки совести я направил объектив в темноту и нажал на затвор. Серия вспышек вырвала из темноты оскаленные, изможденные лица. Это были черные ангелы! На матрице фотоаппарата они выглядели зловещими тенями, и было такое впечатление, что они готовы броситься на меня. 
  Их было много -- сотни, тысячи. Черных, бурых, с рубиновым отливом. Копошащихся, ползающих, мычащих, стонущих. 
  Я отпрянул. Фотоаппарат продолжал снимать. 
  Рем Понтегера обрадовался. Он скакал вдоль клеток, как заяц, и кричал: 
  -- Видел? Видел?! Видел!!! 
  Да, я видел, что кое-кто из черных ангелов был в звании полковника, и даже трех метатронов, которые были в особых доспехах, а на лбу у них красовался рубиновый икосаэдр. 
  -- Черт! - выругался я. - Да это действительно тюрьма! 
  Черные ангелы бросились к решетке. 
  -- Выпустите нас отсюда! Выпустите! 
  Первым моим порывом было открыть клетки. Я даже поискал глазами, чтобы такое засунуть под душку замка, чтобы сломать его. 
  -- Викентий! - позвал кто-то. 
  Рем Понтегера сделал знак, чтобы я не отвечал. Как по команде замолчали и черные ангелы. 
  -- Это комиссар, -- зашептал я. 
  -- Это не комиссар, -- горячо возразил он. 
  -- А кто? 
  -- Черный ангел. 
  -- Послушайте... -- начал я. 
  -- Он убьет тебя и твоего друга!.. 
  Потом я услышал звук перезаряжаемого винчестера и упал на то место, где посапывал Леха. Но его уже там не было. Пистолет выскользнул из-за брючного ремня и со стуком отлетел в сторону. Эхо отозвалось через секунду. 
  -- На вашем месте я бы не дергался, -- ехидно крикнул комиссар Ё-моё. 
  -- Вы за нами следили? - спросил я, перекатываясь на спину. 
  Тотчас же грохнул выстрел. Сноп пламени озарил бесконечные решетки, низкий потолок и колонны, подпирающие его. Картечь ударила в стены, и в воздухе повисла пыль. Я услышал, как на пол упала гильза и как Сорок пятый перезарядил винчестер. В ушах стоял грохот от выстрела, но было такое ощущение, что я различаю каждый звук в отдельности. Эхо гуляло в лабиринтах подземелья. 
  -- Эй!.. - крикнул Ё-мое. - Ты еще ничего не понял? 
  Я лихорадочно искал пистолет. Он не мог далеко отлететь. Потом я спрятался за колонну. Сердце готово было выскочить из груди. Леха и Понтегера куда-то пропали. Мне очень не хотелось оставаться в этом времени навсегда. 
  -- Что я должен понять? - крикнул я. 
  "Понять... понять... понять" -- зашуршало эхо. 
  Я сделал два глубоких вдоха и высунулся. Единственного я не учел, что Сорок пятый, в отличие от меня, прекрасно видит в темноте. Правда, он не мог стрелять с того места, где стоял, иначе рисковал попал в черных ангелов. Я услышал, как он перебегает - бесшумно и легко. Но мой слух уже был обострен тишиной подземелья. 
  -- Сынок! - крикнул комиссар Ё-моё через мгновение. - Ничего личного. Мы просто тебя убьем! 
  В его голосе прозвучали торжественные нотки. 
  -- Почему? 
  -- Потому что твоя способность перемещаться во времени на этот раз сыграла против тебя. 
  -- И вы пустили за мной хвост! Это подло! 
  -- Это хорошая уловка, -- засмеялся комиссар Ё-моё. - Ты еще не оценил Сорок пятого. 
  Эхо издевательски молчало. 
  Я сделал два выстрела в сторону комиссара Ё-моё и перекатился ближе к клеткам. Судя по всему, комиссар Ё-моё стоял на эстакаде и руководил оттуда действиями Сорок пятого. 
  Я услышал, как черные ангелы перешептываются в темноте. Слова шелестели, как бумага. Они мечтали о свободе и новых непокоренных мирах. Глупо было держать их здесь, если время менялось непредсказуемо. 
  -- Ау! Где вы?! - вопросил комиссар Ё-моё. 
  "Ау, ау, ау..." -- донеслось из коридоров. 
  Он заговаривал мне зубы, пока Сорок пятый подбирался на расстояние верного выстрела. Для этого ему пришлось сделать порядочный круг и зайти с дальнего края клеток. Он был так уверен в себе, что последние несколько метров даже не осторожничал, хотя и предпочел сделать перебежку до ближайшей колонны. Это была его ошибка, потому что я знал, где находится колонна по отношению ко мне. После колонны он должен был перебежать к решетке и только тогда стрелять. 
 
  Два шага к решеткам были последними в его жизни: я разрядил обойму в темноту и в отблесках выстрелов увидел, как Сорок пятый упал на пол. Надеюсь, я его убил. Хотя убить юмона сложно. Юмоны живучи, как кошки. 
  После этого я побежал в том направлении, куда по моим расчетам Рем Понтегера утащил пьяного Леху. И когда я уже вообразил, что мне ничего не угрожает, сзади ударил выстрел и я упал. 
  
  Глава 2. 
 
  Столица мира 
 
  Первое, что я увидел, когда открыл глаза, был огромный черный пистолет с вычурной скобой, лежащий на краю тумбочки. С минуту я рассматривал его. Телефон выводил трели: "Трум-м... трум-м... трум-м..." Так и не вспомнив, откуда у меня оружие, я сполз с кровати и нашел трубу под ворохом одежды в кресле с высокой спинкой. В ухо ударил баритон Алфена: 
  -- Ты еще спишь, сукин сын?! 
  По утрам он всегда был раздражительным, пока не выпивал чашку кофе со сливками в обществе новой секретарши - полчаса благоденствия для всей редакции. Большей роскоши Алфен себе позволить не мог. Потом выгонял слегка помятую Верочку Матюшину и принимался за нас. Здесь на Марсе он стал грубее и жестче, словно муки старости овладевали им. 
  -- Уже проснулся, -- бодро ответил я, почесывая левое плечо, на котором откуда-то появился болезненный бугорок. 
  -- Лучше бы не просыпался! 
  -- Нас разгоняют? - осведомился я, потому что подобные слухи постоянно муссировались в редакции. 
  -- Если бы! - саркастически воскликнул Алфен. 
  Должно быть, он сам мечтал об этом, чтобы по воле судьбы освободиться от того ярма, которое на старости лет тянул в виде редакции. 
  -- На что вы намекаете? - спросил я, с удивлением прислушиваясь к звукам в квартире: кажется, в ванной кто-то брился. 
  -- На твой отчет! 
  Я покосился на часы. Девять утра. Что-то рановато. Неужели, Алфен из-за меня отказал себе в маленьких радостях? Это значило, что дело серьезное. А я-то старался: накануне отослал краткое сообщение, из которого еще не значило, что я обнаружил черных ангелов. Надо быть полным идиотом, чтобы раструбить об этом всему свету. К тому же общеизвестно, что все события, происходящие во временном сдвиге, не имеют юридической силы. Ты даже можешь заявиться к своему начальнику и дать ему по рогам - это не будет преступлением. Хотя, во-первых, тебе это не удастся по многим причинам, не считая моральных - и главная из них квадрупольность временного сдвига, то есть приближение к искусственности (на общем фоне скалярного поля всегда оставался след), что исключало вольного обращения - в этом-то и вся сложность для злоумышленников, а во-вторых, для чего же тогда существует метаполиция? Как известно, с ней-то как раз шутки плохи. 
  -- Ну и что? - спросил я тем тоном, которым обычно злил Алфена. 
  -- Где ты шлялся в понедельник?! 
  -- А какой сегодня день? 
  -- Вторник! 
  -- Не может быть... -- оторопел я, на мгновение забыл о странном бугорке на левом плече. 
  -- Может! - перешел на фальцет Алфен. - Может!!! 
  -- Я сейчас приеду, -- пообещал я. 
  -- Можешь не стараться, -- заявил Алфен, -- ты уволен! 
  -- Вы не можете со мной так поступить! - крикнул я в трубу. 
  -- Могу! Я все могу! 
  И дал отбой. 
  В этот момент в комнату вплыл улыбающийся Леха. 
  -- Привет... 
  От него пахло моей зубной пастой. Он был в моей пижаме и освежался моим одеколоном. Его морда блестела, словно блин, а на руках был сделан маникюр. Если на Земле он носил прическу, как поросль у слона под мышкой - а-ля петушок, то на Марсе старательно зачесывал волосы на бок, что в сочетании с круглой рожей придавало ему слегка купеческий дебильный вид. Недаром его бросила жена, злорадно подумал я.