"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

— Их спугнули. — Ответил Ильич.
— Кто? — Удивился сталкер.
— Адепт зоны…
Дальнейшего разговора я не слышал. Лёва провёл меня через, на удивление чистый, ангар. Мы спустились на несколько уровней вниз, прошли по системе коммуникаций, не проронив ни слова.
Поднявшись по рифленой металлической лестнице, мы оказались около двери с кодовым замком.
— Уверен, что готов идти до конца? — Проговорил сталкер.
— Да.
Мы со Смертником подошли к двери.
— Только он. — Лёва указал на меня, и категорично провёл ладонью в воздухе.
— Ладно, без проблем. — Смертник остановился перед дверью.
Мы с Лёвой вошли под сводчатый купол какого-то зала управления, и лидер монолита внезапно проговорил:
— Боишься Зоны?
— Я не боюсь ни Зоны, ни Хозяев.
— А я вот испугался. — Лёва виновато посмотрел на меня. — И решил, что только здесь, у центра, смогу понять тайну Зоны. Мы шли от монолита, когда Зона проснулась. Она решила нас уничтожить. Ты понимаешь, Измаил попал в жарку, а я попытался его вытащить, и вдруг р-раз, и провалился в какой-то бункер. Когда вылез наружу, никого рядом не было, только Измаил…мёртвый, и всё. Догонять группу я не стал, и обосновался здесь. А потом построили выжыгатель мозгов, и вернутся я не мог при всём желании.
— Это ты создал клан Монолит?
— Да. Но мы не фанатики — мы лишь пытаемся понять зону и осознать её поступки.
Глава монолита прищурился и посмотрел на меня:
— А чего хочешь ты? Хочешь уничтожить зону?
— А если это и так, что в этом плохого? Зона погубила столько жизней. Её просто необходимо остановить.
— И как ты себе это представляешь? — Он с грустью посмотрел на мою экипировку.
— Скажу монолиту, чтобы он уничтожил зону, и все дела… — Мои слова потеряли былую уверенность, и теперь звучали как мольба о помощи.
Я сам противоречил собственным словам, которые говорил в баре «кордон» переговорщику.
— Монолит — это сердце зоны. Как он, по-твоему, уничтожит её, если он тоже часть зоны?
— Не знаю. — Я опустил глаза. — Я думал, всё просто.
— Я тоже так думал… — Глубокомысленно изрёк старик. — Ведь ты был хранителем осколка монолита, а так ничего и не понял. Даже Спам, которого Зона избрала и которому вручила осколок, не осознал всех причин…
— Осколок монолита. Куда не плюнь, везде говорят только об этом чёртовом осколке. Хотя бы скажите, что же такое осколки монолита?
— Некая субстанция, призванная контролировать Зону и её сердце — монолит.
— И, выходит, собрав вместе все осколки, как раньше…
— Такого никогда не было раньше. — С грустью проговорил Монолитовец. — Зона никогда раньше не была подконтрольна кому-то. Но в последнее время фанатиков, мечтающих это сделать, предостаточно — О-сознание, «Хозяева зоны». Все они ставили своей целью использование зоны в своих интересах, но зона сама вертела ими как хотела.
— А откуда ты это знаешь?
— Я знаю многое. В своё время я стал свидетелем рождения «Хозяев» зоны.
— Так кем они были раньше? Сталкерами? Учёными?
Собеседник покачал головой.
— Нет. Я точно не знаю, кем, но они пришли в зону одними из первых. Даже раньше, чем появилась Зона. Они как предвестники Апокалипсиса, пришли и ждали начала фейерверка — первого выброса, который придаст им сил. Они попали под выброс, как и я. — Собеседник закрыл глаза. — Я выжил лишь благодаря помощи свыше. Зона не хотела моей гибели. А их она не щадила.
— Так всё же они были сталкерами?
— Не сталкерами. Скорее теми, кто знал, что ищет. Понимаешь?
Я отрицательно замотал головой.
— Они пришли в зону, чётко зная, где находится каждый её элемент, и как дойти до Монолита. Они знали, будто сами проложили эти маршруты. Это были не сталкеры.
— Так почему они не дошли?
— Из-за выброса. Когда я научился проходить через пси-барьер, я начал ходить по всей зоне, и взялся вести их к центру. На Милитари нас накрыло выбросом. Так они стали «Хозяевами зоны». Но тогда я не знал, что это было с ними уже во второй раз…
— А зачем они шли к центру? — Не унимался я.
— Их лидер, который называл себя Адепт, сказал, что с целью понять природу возникновения зоны. Это он проложил маршрут к центру.
 
— Значит, они были людьми? — Спросил я. — А «О-сознание»?
— Эти ребята в основной своей массе были сталкерами и учёными. Своей целью они ставят не только разгадку тайны зоны, но и обучение армии, чтобы противостоять «Хозяевам зоны» и подчинить саму зону себе.
— Зачем? — Мой вопрос загнал собеседника в тупик.
— Как это зачем? Зона — это самое страшное оружие в мире, и как считают люди из «О-сознания» и, как не печально, из Монолита, кто владеет зоной — владеет миром.
— А почему бы просто не загадать у монолита мировое господство.
— Это не так-то просто. Монолит сам решает, чьё желание выполнить в точности, чьё исполнить отчасти, а чьё и вовсе оставить без удовлетворения. Это зависит от степени опасности, которую несёт Зоне желание и сам сталкер, который его загадывает.
— У меня есть одно желание, которое я смогу загадать, если дойду.
— Дойдёшь. Тебя никто не остановит. Вот только помни, мы считаем зону оружием, аномалией, и бог весть чем ещё, но всё это не то. Мы и на сотую долю процента не поняли, что же такое зона, а сама зона знает о нас всё. Не она наше оружие, а мы, сталкеры — оружие, которое позволяет противостоять таким, как Адепт, подчинить её себе. Помни это, когда войдёшь в саркофаг.
Монолитовец отошел в сторону, пропуская меня за металлическую дверь.
— И последний вопрос.
— Задавай. — Лёва махнул рукой.
— Зачем ты привёл меня к самому монолиту? Ведь не для того, чтобы я смог загадать желание?
— А что на этот счёт сказал Адепт? — Лёва улыбнулся.
— Что начать вновь исполнять желания монолит может, если только первым желанием станет моё. И ещё, что за то, что вы приведёте меня сюда, зона вас вознаградит.
— Ну, отчасти это правда. Ты был избран зоной, чтобы восстановить всё на прежние места.
— Вот как? И каким же образом?
— Банально загадав желание.
— Хорошо. Допустим, я избран зоной. Но почему тогда зомби повели себя не так, как все мутанты?
— Не так, как все другие? То есть, они напали на тебя?
— Да, напали.
— Это потому, что у зомби не достаточно интеллекта, чтобы почувствовать зов монолита. Ну, и притом Припять находится слишком близко к центру зоны, и здесь монолиту сложнее управлять своими порождениями.
— Ладно, и это прояснили…
— Ты говорил, последний вопрос. — Перебил меня Лёва.
— Да, последний. Просто ответь, почему генерал Воронин и его бойцы не погибли, а живы, и плавают в капсулах в лаборатории Х-20?
— Этот вопрос не ко мне, к Пророку. Он всегда был скользким типом.
— Что ты имеешь в виду? — Я заинтересовался, и теперь внимательно слушал сталкера.
— Он шел к центру зоны с одной единственной целью — найти монолит и загадать желание. Мы же шли, чтобы узнать, что находится в центре зоны…
— Допустим, Монгол тоже шел к центру ради исполнителя желаний.
— Нет, это не то. Монгол хотел найти сына, а Пророк хотел совсем другого. Поэтому монолит и не открылся им тогда.
— То есть, ты хочешь сказать, что цели Пророка были настолько опасны, что группа не нашла монолит. Камень спрятался?
— Вроде того. А тут как раз моё желание, которое я загадаю следом за тобой.
— Какое желание?
— Положить конец «О-Сознанию». Поэтому он и не хотел подпускать тебя к центру зоны. Ну же, Ворон, не медли, иди. — Он закрыл за мной дверь, и пошел по коридору.
Я миновал несколько длинных пролётов, и оказался перед ещё одной дверью.
Тяжелая конструкция заскрежетала, впуская меня в огромное помещение, заваленное осколками бетонных плит.
Метрах в шести от меня, на вершине холма из строительного мусора, возвышался монолит. Он был точно такой же, каким я видел его на фотографии в лаборатории «О-сознания».