"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Зону он изучит, а с псами он уже сейчас нормально общается. Каждый из ветеранов был твердо уверен в одном. Никто из них к псу за передатчиком не подошел бы. Никогда.
Пошли все к торговцу, тот в последнее время мог даже патронов подкинуть, если в хорошем настроении был. А сейчас они ему его сильно поднимут.
Ходок по дороге позвонил домой. Ответила сестренка. Мать на работе, за квартиру два месяца не плачено, газ отключили. Их с приятелем никто не ищет, у того мамаша в деревню к родственникам до осени укатила, а больше они никому не нужны. Типа, пока. Молоко на плите кипит. Удачи, братик. Скрипнул парнишка зубами и понял, что юность, кажется, кончилась.
— Надо денег приподнять, — сделал он взрослый вывод.
Раздался мелодичный звонок, и он увидел на экране сообщение с расценками на «конденсаторы». Да и в кармане уже купюры шелестели. Доля малая за добычу. Ходок задумался, что ему делать завтра. В тоннель под насыпью идти или в засаду на дорогу? Каждый американский солдат это не только бесплатный корм для ворон, но и пять тысяч европейских гривен за снаряжение. Две роты настрелять, и в миллионеры. Человеку всегда есть о чем подумать, а человеку с винтовкой тем более. Тут они до подвала дошли, встали. По всему выходило, разговаривать с торговцем должны Лис с Ходоком. Один на кордоне самый авторитетный, а другой вещь полезную достал.
Не важно, что и кому принесли. Кто в руках держит, тот и владелец. Закон Зоны.
Спустились, дверь стальную отворили. Давно здесь Сидоровичи обосновались, им эту дверь еще в середине прошлого века солдатики за еду и питье поставили. Поэтому, когда грянуло, семейка в подземелье спустилась и там катаклизм и пересидела. И второй тоже. Правда, сейчас торговец один остался, всех остальных за речку отправил.
— Что, нет связи? — спросил Ходок.
Минут пять торговец свое мнение высказывал о космосе, связи и проклятых янки.
— А теперь есть, — сказал Ходок и положил на прилавок передатчик работы Умника.
Сидорович сгреб его и моментально набрал номер. На той стороне ответила внучка. Щит блокады дал еще одну трещину. Торговец открыл решетчатую дверь внутрь и махнул рукой.
— Зови всех, — сказал вполголоса Лис.
Через минуту все обитатели Кордона стояли внутри пещеры Али-Бабы. И тут выяснилось, что им ничего не надо. Оружие новое, снаряжения полно, аптечки и уколы противорадиационные пришлось по тайникам прятать, от лишнего груза избавляться. Мяса накоптили на два выброса вперед, и дичи хватало. Взяли на всех ящик водки и пошли новый телефон обмывать. Обиженный Сидорович им с трудом второй всучил. Праздновать, так с размахом. Вдруг придут в гости паршивые янки, а угостить нечем будет. Стыд и позор Кордону выйдет. Да и запас карман не тянет.
Зона, Кордон
Мощные лапы несли псов по родной земле. Здесь можно было вольно бежать, не боясь напугать случайного человека. Блокпост под мостом прошли с форсом. Вырвали у часового из рук винтовку и разгрызли приклад. Остальных отсекли от пирамиды с оружием, поставленной под навесом, и закружили в танце. Выписывали зигзаги и атаковали с тыла. Один сержант, поняв замысел псов, снял штаны и сунул их за пазуху. Акелла внимательно на него посмотрел.
— Посмеяться решили, позабавиться, — сказал сержант. — Конечно, вы домашние. Ошейники, разгрузки кевларовые, штаны рвете для смеха. У нас в Техасе тоже ковбои над городскими пареньками потешаются. Но со мной этот номер не пройдет.
— Неплохо сказано, сержант. Пять призовых очков Техасу. Помни про Аламо! — сказал Умник и псы, дружно завыв, резким прыжком ушли вбок.
— Не вздумайте вслед стрелять, морды набью, твари голозадые, — сказал техасец.
«Береты» его характер знали, выстрелов вдогонку не последовало.
На проходной на Свалку псы уверенно взяли след Дядьки Семена. Умник понял значение слова «обрадовался». Не имел данных и вдруг получил. Не было ни гроша, да вдруг алтын. Всегда бы так. Или хотя бы через раз. Братишка где?!
До Ангара добежали без приключений. Пусто в Зоне, «выверты» и «медузы» прямо вдоль дороги под ногами лежали. Собирать некому. Убыль идет, а притока нет. Тут забор повыше был, зато с дыркой с той стороны, которая ближе к Темной Звезде. Прыгнули псы бесшумно и в ворота, настежь распахнутые. А внутри ангара вагоны стоят, все обломками засыпано, иди куда хочешь, никто тебя не заметит. У огня три человека сидело. Молчали. Умник Серого знал, нервы, что канаты, не заволнуется.
 
— Серый, подойди к тепловозу дело есть.
Сталкер понял, что кто-то из своих пришел. А что к огню подходить не стал, так это его дело. Может, одежду бензином облил, опасается. Просят, сделай, не переломишься. Закон Зоны, однако.
— Сейчас к тебе пес подойдет, возьми у него два передатчика, себе и на заставу «Долга». О Сотнике ничего не слышал? — спросил компьютер.
Послушал отчет о последних событиях, принял к сведению, попрощался, и пошла разведгруппа на Агропром. А Серый стал с Лисом разговаривать. Соскучился.
Чернобыль, американский сектор
Решили парни на дело идти в ночь. Кто его знает, какие инструкции «зеленые береты» получат из центра. Спецназ одного бога имеет, и имя ему приказ. Сказали тебе убить, так убивай. А если десяток тренированных бойцов упускает одного гражданского и тот от них живым уходит, это не спецназ ГРУ, сброд переодетый. Конечно, в нормальное время с ними игры в следствие и суд не затевали бы. Вывели бы на свежий воздух, добавили для компании командира части и расстреляли за невыполнение боевого приказа. И это правильно. Закон военного времени, однако. Так что, если в Вашингтоне найдется рисковый человек, его приказ выполнят.
Почему Билли Доннован-младший остался с китайским связным в Зоне, Умник так и не понял. Злило это его ужасно. Все разговоры сводного корпуса по охране периметра компьютер держал под контролем. Поступок сержанта одни одобряли, другие нет, журналисты намекали на сверхсекретную операцию, но Умник знал, врут. Фразу майора Бреннегана он слышал, но не понял. «Совесть у паренька есть». А у него нет. Он полчаса проверял. Нет у него совести, и не было никогда! Он что, некомплектный? Бракованный? Не сможет понимать тех, у кого она есть? Это нечестно. Был бы старший брат на связи, посоветовался бы. С младшим составом по уставу не положено. Надо являть подчиненным пример бодрости. Со старшими попробовал пообщаться, не получилось. Леха Зомби ответил кратко: «Надеюсь». Сам не знает, а тест-контроль пройти не может. Полковник Овсов сказал, что нет и не надо. С совестью генералом не станешь. Это Умника обрадовало. Он не дефектный. Он генеральской комплектации. Успокоился.
Решив разобраться с совестью позже, вдруг пригодится, перешел к планированию ночной операции. Идти решили вчетвером. Микола, Паша, новичок из пополнения Овсова, специалист по замкам. Панда ввязался. Умник ему про скандал международный твердит, а тот его чистым матом. Поговорили боевые товарищи. Попадаться, вообще, никто не собирался, так что компьютер, в конце концов, согласился.
В трубу канализации вошли через городской люк, чтоб следа явного не оставлять. В специальных костюмах, с замкнутым воздушным циклом и системой очистки, река нечистот под ногами препятствием не являлась. На месте закладки взрывчатки Умник сигнал подал. В три сверла наделали дырок в стенке, заложили трубочки. Даже отходить не стали. Хлопнуло чуть слышно, и высыпался кусок в рост человека. Наука, однако. Расчет нечеловеческий. Вышли, как и планировали, прямо к подвальным камерам, в туалет в конце коридора. Здесь взрывная волна направленного заряда ударила мощно. Хлестала вода из разбитого вдребезги унитаза, в луже сидел контуженый сержант. Белая каска. Военная полиция. Из ушей кровь течет, в стене дыра, воняет, и зеленые человечки на руках браслеты застегивают. Слабонервный бы заплакал, а этот в драку лезет. Не стали героя бить, ткнули иглой в плечо, спи, родной. Дверь туалета снесли, а во всем Чернобыле тревога. Стоял у них датчик взрыва, мама их шимпанзе! Положено по инструкции, они и поставили. Буквоеды проклятые. Сейчас им связь и электричество отрубим, дело нехитрое. Не одни янки такие фокусы знают. И наступила темнота.