"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)
Двое засмеялись, а третий губами зашевелил. Он его запомнит, и полковнику Петренко расскажет. Вместе посмеются. Или поплачут.
Похлопали мы с Бродягой друг друга по плечам, и пошли каждый своим путем. Он в бар, я на Милитари, давно там не был, так и дорогу забыть можно.
Двигался в среднем темпе, пока стрельбу не услышал. Огонь вели короткими очередями по дальней цели. Поднялся на склон холма для улучшения обзора. Точно, угадал. С севера прорвалась смешанная стая мутантов. Стрелки наши, заняв позиции, слева и справа от вагончика, постреливали вдаль, намекая монстрам, что здесь легкой добычи нет. Десяток слепых псов и две-три плоти пытались пересечь дорогу и сократить дистанцию между собой и людьми. А мне были видны два прозрачных силуэта, крадущихся к водонапорной башне. Слишком разумно они действуют. Похоже, контролер их ведет. Сначала решил разделаться с известным злом. Двумя короткими очередями пристрелил кровососов. Никакая регенерация не поможет, если тебе, то есть ему, пуля вырывает половину груди и превращает позвоночник в мелкую костяную кашу. И сразу перевел ствол на дорогу. Две собаки и плоть, неплохо.
Стилет первый понял, что не их пули цели нашли. Мясо клочьями полетело, ясно крупный калибр работает. Встал, оглянулся. Тут контролер и ударил. У меня уши заложило, словно в самолете. Цвета не исчезают, горизонт не перекошен, все нормально. Только мутанта не вижу, в мертвой зоне он. Тут аномалии явные, «электры», не лезь вглубь, и останешься цел. Ускорился по возможности, выскочил на улицу. Не вижу! Он умный, рядом с кровососами держался, они его охраняли. К башне пойду. Чувствую, что-то с шага меня сбить пытается, ну-ну. Я отчетливо представил себе стакан из бронестекла с печальным узником внутри. Не знаю почему. Уши моментально прошли. Вон, бежит на кавалерийских кривых ножках, некогда ему нас пси-излучением атаковать. Поймал я его голову в прицел и не стал стрелять. Подумал четко, уходи, и к людям не лезь. Последний раз прощаю. Ради Темной Звезды. Все мы дети ее. Посмотрел на наших собирателей. Залегли все, кроме трех автоматчиков и Ярла. Пригнулись, к бою готовы. А сектора обстрела им Ярл определял. Отметочку в уме, вечером поговорить с человеком, чего желает. Может, и договоримся до результата.
Слепые псы без поддержки контролера разбежались по кустам. Отбились мы.
Встал, винтовку на плечо, стволом в землю повесил, спустился в ложбинку к добытчикам. На них стоило посмотреть в этот момент. Что я делаю здесь, в этой пакостной сточной канаве? По колено в грязи, не пристало смотреть свысока. Ну, а если пришел, будь любезен, живи, или вздергивай знамя, на котором начертан бодрящий девиз: «Облапошь дурака!». Мое место в Милане, на подиуме. Буду кепи белые рекламировать. Глаз от меня оторвать не могут. Сейчас дыру просверлят.
— Ярл, — бросаю мимоходом, — отряди к башне двух автоматчиков. Там два кровососа мертвые лежат. На Янтаре ученые за них приличные деньги дают, за челюсти.
И дальше к стрелкам двигаюсь. С Пикой обнялся, Стилету руку пожал.
— Вот, ты, братишка и поручкался со зверем за речкой неведомым. Контролером кличут, — сказал я Пике. — Молодцы, не подпустили его на расстояние прямого ментального удара. И в бегство обратили. Фланг удачно бригадой прикрыли, только три автомата двух кровососов не остановили бы. Как «Грозу» из ремонта заберем, твой автомат Ярлу отдадим. Если он, конечно, в «Свободу» не вступит. Да и Скрипа ствол можно по жребию разыграть. Поговорите с анархистами, где тайник Угрюмого? Говорят, там оружия на взвод. Посидим немного, оружие почистим и на прогулку. К Барьеру или лагерю наемников. Думайте, где интереснее будет.
И к котелку с чаем тянусь. В жару надо пить чаще. Все, кроме спиртного и воды из луж. И не есть желтого снега. Это моя точка зрения. Старина Билли, считал иначе. Ром был его отцом и матерью. Бонс его фамилия.
— Ты не очень легко одет? — нейтральным голосом спросил Стилет.
— От тебя я такого не ожидал, — возмутился в ответ. — Навалились всем кагалом. Сначала Бродяга, потом часовые на выходе. Вам, наверное, завидно. Нет у вас такой классной кепочки.
Похохотали. Народ в это время падаль в аномалии покидал, плоть в три ножа на мясо разделали, стали коптить и в углях запекать. Жизнь налаживалась.
— В «Броне Долга» по Милитари лучше не ходить. Перепутают с личным врагом, пристрелят по ошибке. В черной коже на солнце жарко. Подвигов на сегодня у нас в плане нет. Типа, дойти до Припяти и потребовать у «Монолита» отдать их Черный Камень.
Анархисты на запах мяса набежали. У меня в рюкзаке почти полная бутылка завалялась, я из нее рот полоскал после драки. Забыл совершенно. Выставил им угощение, чего лишнюю тяжесть таскать. Они нам стали крестики на карте ставить, где тайники могут быть, потом рукой махнули.
— С вами пойдем, расширим маршрут, — сказали. — Наемники у себя тихо сидят, не больше пятерки их там. Чего их стеречь зря.
Мне такой поворот понравился. Ярл у добытчиков бригадиром стал нечаянно. Мы у него трех рабочих попросили на случай удачи и пошли, как цыгане, что шумною толпой, по Бессарабии кочуют. Девять человек, из них один голый, это я, другой с гитарой, это Стилет у гостей отобрал. Монстры, уцелевшие, обратно за барьер в страхе побежали. Это предположение. Практически шабаш летний. Идем, песни поем. Застава на Барьере вся к нам навстречу вышла. Пятеро их.
Кэп, Макс, Несталкер и ударная группа заняли развилку между входом в Ржавый лес, он же Рыжий, он же Старый Парк, и дорогой на Припять и Радар. Радар еще называют станция дальнего обнаружения. Крутые ребята наши анархисты. Лезут вперед на земли «Монолита», ничего не боятся. Жалко, что Несталкер далеко ушел, хотелось пообщаться. Если бы он к нам примкнул, усилились бы наши позиции. Неужели он нашел общий язык с контролером? Я, кстати, сам только что одного напугал. Можно считать, тоже поговорили. Перешли линию Барьера. Колья с головами снорков стояли вместо пограничных столбов. Передернуло меня. Лапы им рубил, было дело, но мне за это деньги платили. А тут чистое зверство, в смысле, человечность.
В ворота вошли, осознал свою ошибку. Анархисты просто дурачились. Здесь, на Радаре, на колья человеческие черепа надевали. Вкруговую, рядом с костром. И кости обглоданные рядом. Ну, ребята, здесь у вас перебор. Напугать вы меня не напугали, но за людей я вас считать не буду.
Подошли к кресту могильному. Отвалили камень в изголовье вбок. Да здравствует военно-промышленный комплекс и его заводы, Тульский и Ижевский! Оружия там было на всех наших работников. У проходной рядом со шлагбаумом стволы после боя не прибрали. Кэп с Максом прошли не оглядываясь. Между камнями рюкзак лежал, в нем тоже железо складировано. Мы, конечно, все забрали, но двигались на пределе.
У штабного вагончика Кэпа лагерем встали. Добычу сортировать. Стилет у нас в оружии разбирался лучше всех, ему и доверили это дело. Мы с Пикой к народу присоединились, стволы разряжать. Тот ящик на хуторе, эта же рука собирала. Все подряд сбросано. Патроны выщелкивали и концепцию создавали.
— Всем рабочим одинаковые стволы, — сказал Стилет мысль здравую. — Девять человек, столько же «Калашниковых», только здесь всего четыре можно собрать. Износ затвора в полевых условиях не ремонтируется. Две «трехсотки» западных близки к идеалу. Одна штурмовая винтовка хороша. Но ведь это другой калибр, разные патроны. Снайперская винтовка укороченная, это вообще серьезно. Стрельба ювелирная. Цель нашел, на спуск нажал и исчез. Труп есть, а тебя нет. Оставлять надо однозначно. Только в обойме четыре патрона, а у бармена они на вес золота.
Все равно стволов не хватало, даже с учетом того, что мы автоматы Пики и Скрипа передадим в рабочую бригаду. Двое оставались пока без нового оружия.
Я у Лукаша не хотел перед глазами мелькать, нагрузился отобранными для добытчиков стволами и патронами, пошел домой, на Бар. Пика повел всех носильщиков к Скряге. Какой смысл далеко идти, если цены и здесь такие же? Никакого. На Милитари от груза избавимся.