"Фантастика 2024-77". Компиляция. Книги 1-26 (СИ)

Прибрав снаряжение и патроны и, перетаскав на кухню продукты, мы утилизовали весь накопившийся мусор в нашу домашнюю «жарку». Перспективное направление, подумал я, безопасное уничтожение отходов. Вообще, если хорошо подумать, мы в Темной Долине снимаем пенки — «конденсаторы» и артефакты. Даже на этом мы заработали миллионы. Надо думать, как заработать сотни миллионов. Аппетит, как известно, приходит во время еды.
— Господа офицеры, прошу к столу.
А ведь точно, подумал я, у меня ведь тоже чин не малый. Зря я себя отделял, армейцы отдельно, я и дядька Семен отдельно. Надо бы и ему звание выхлопотать. Я открыл панель компьютера и попытался достучаться до Умника. Загорелась надпись «отстань от меня, до вечера я занят». все время так с этими друзьями, когда им что-то надо, они тут как тут, а когда ты хочешь о чем-то посоветоваться, тогда всем немедленно некогда.
— До вечера надо перенести часть экипировки и патронов на временный склад в ангаре, — рассказал наши планы на вторую половину дня генерал-майор Найденов.
Хорошие планы, мирные. По крайней мере, никуда под землю не полезем. Привычная переноска тяжестей на свежем воздухе. Все, кроме меня из здесь присутствующих, уже были на Агропроме, только мне завтра там будет все в диковинку.
Нет ничего лучше, чем сидеть в засаде. Ты выбираешь место будущего боя, готовишь укрытие, запасную позицию, и спокойно ждешь врага. По прикидкам Клерка, в подземелье должно быть не более полусотни бойцов противника. Уничтожить его группе удалось лишь пятерых, потеряв при этом одного своего. У организованной им засады было две цели. Уничтожить солдат врага и захватить пленного для допроса. Он ведь понятия не имел, что там дальше за центральным залом. Сейчас ему оставалось только ждать. Удача сопутствует терпеливым.
Первая растяжка сработала через двадцать минут. Плохо у вас, господа бандиты, с наблюдательностью. Не заметить тонкую шелковую ниточку дорого иногда обходится. Насколько дорого, уточним позже, когда спустимся и посмотрим. Десять метров от трубы до лестницы защитники Агропрома одолели минут за пятнадцать. Наверное, носами землю рыли, принюхивались и каждую подозрительную железку оглядывали со всех сторон. А настоящую ловушку все равно пропустили.
Клерк пристроил гранату прямо под ступеньку, выведя нитку наружу на следующий поворот лестницы. Получилось, как в старой шутке, граната отдельно, а нитка отдельно. Идущему впереди не угрожало ничего, кроме рикошета и взрывной волны.
Получилось так, как и было задумано. Идущий впереди наемник снес тоненькую ловушку, крепкая нитка выдернула предохранительное кольцо, сработал запал и через отведенные четыре секунды раздался взрыв. Оба сюрприза сработали, праздник удался.
— Огонь! — командовал Клерк и четыре ствола обрушили свинцовый дождь на пролеты винтовой лестницы.
Первым погиб стоявший впереди и контуженный взрывом солдат из наемников. Последний оставшийся в живых по примеру Фрола укрылся за нижней ступенькой и выпустил вверх две длинные очереди. Ему не повезло. Обозленные потерей Раскатова и занимающие выгодную господствующую позицию наверху бойцы отряда просто изрешетили его.
— Вот вам, гады, за дружка моего, — высказался Фрол.
— Погорячились, надо было его попробовать живьем взять, если там кто раненый есть, не добивайте. Допросить надо, — распорядился команданте. — Ну, по привычной дороге вниз.
И пошли по привычной дороге то ли в ад, то ли в рай.
В отряде не было баловней судьбы и им не повезло. Выживших в коридоре не было. Поговорить о дальнейшем маршруте было не с кем. Радовало только одно — пять вражеских трупов. Счет стал десять один в пользу Темной Долины, и это примиряло с потерей Раскатова.
Клерк вел Фрола вдоль левой стены, а Лаврик со своим напарником крался вдоль правой. Подойдя к дверному проему центрального зала, где в прошлый раз они приняли бой с кровососом, командир сделал отмашку. Всем стоять. Присев на колено, он высунул голову из-за угла.
Не один он был такой умный. Были и на Агропроме любители посидеть в засаде. Автоматная очередь выбила крошки бетона прямо перед его головой. Стрелок сделал поправку, и пуля ударила в каску. Так и пацифистом стать не долго, подумал Клерк, сплевывая кровавую слюну и пытаясь сообразить, на самом деле пол качается или это просто последствия контузии.
 
— Больше не высовывайся, — сказал Лаврик. — Щиток тебе разбило вдребезги.
— Сходи наверх. Горе все пули в грудь достались, а шлем у него целый, поменяешься, — предложил Фрол.
— Хорошо, я мигом, — согласился с разумным предложением Клерк. — Без меня не геройствуйте. Беспокоящий огонь, чтоб враг не спал, но в зал ни шагу.
Пол по-прежнему водил хоровод и командир, как стоял на четвереньках, так и побежал к лестнице. Подобравшись к ней вплотную, он вцепился руками в перила и, неуверенно перебирая ногами, пополз наверх. Лаврик высунул из-за угла ствол автомата и дал наугад короткую очередь. Ответный огонь начал крошить в пыль бетонный косяк.
— Ствола три по нам работает, — сделал вывод Фрол, глядя на пулевые отметины в стене.
— Трое на трое. У них, практически, нет шансов. Чего нам Клерка ждать, мы их сейчас одной левой сделаем, — впал в боевой раж обычно спокойный Бывалый.
Более привычный к дисциплине Лаврентий замялся.
— Клерк ведь сказал не лезть в зал.
— А мы не в армии, — срезал его Фрол и, согнувшись калачиком, вкатился внутрь.
Из дверного проема он углядел у стены зала железный настил для обслуживания оборудования, возвышающийся на метр от пола. Именно там он намеревался укрыться. Автоматные очереди впивались в пол с опозданием на пол секунды, там, где он только что был. В центре зала стоял сложный и как все в те старые времена очень железный прибор неизвестного назначения. На половине пути к противоположной стене эта гора стали уже укрыла Фрола от вражеского огня.
Услышав, что пули уже не шлепаются в опасной близости от него, нарушитель дисциплины остановился, огляделся и, найдя лучшее место для укрытия, залег в импровизированном окопчике из стальных брусьев. Потратив секунды три на то, чтобы поудобнее устроиться, он немедленно открыл огонь. Стрелял он по привычке банковских налетчиков короткими наводящими ужас очередями. Два-три патрона и каждому из стрелков противника казалось, что на прицеле именно он. Высунувшиеся из-за угла, Лаврик и Бывалый поддержали своего приятеля шквальным огнем. Бой за центральный зал вступил в новую фазу.
Кречет сбился с шага. Он был чрезмерно удачлив и никогда особенно не прислушивался к внутреннему голосу, говорившему ему об опасности. Как было два года тому назад в Таиланде. Снайпера на крышах, снайпера на крышах, жаловался внутренний голос. Ну и что? Один сам упал с крыши, а у другого винтовку заклинило.
Осознание того, что он идет прямо в ловушку, становилось все сильнее. Вот так и становятся параноиками, подумал Кречет. Он находится на самой охраняемой базе Украины, вокруг два полка армейцев и полк стражи. В чем же дело?
Из-за неотъемлемой черты всех военных аэродромов громадной горы использованных бочек вышла девушка. У нее были особые приметы — снайперский прищур, приятная внешность и стальной характер. Именно из-за избытка железа они поругались год назад.
Проводник махнул всем своим спутникам открытой ладонью прямо вперед. Народ подобрался грамотный, в сигналах разбирающийся и согласно молчаливому приказу продолжил движение. Девушка приблизилась на опасное расстояние, взяла Кречета за руку и тихо сказала:
— Максим, целый год выдерживать характер — не очень ли жестокое наказание за несколько неудачно сказанных слов?
Кречет вспомнил. Самыми мягкими словами были кровавый маньяк, патологический убийца и неудачник. Больше всего его в тот момент обидел именно неудачник. Это он-то, чье везение вошло в легенду.
Проводник представил себе добродушную улыбку подполковника Смирнова и стекающие струйки пота на лбу генерала Найденова. Хорошие ребята, с такими можно ходить в разведку. Они уже знали, что Герда летит к нему и даже довольно прозрачно намекнули.